Перековка. Малый Орден (СИ) - Игнатов Михаил - Страница 93

Мне надоела эта вежливость и эта неторопливость. Ни к чему Зегриму унижаться. Даже перед теми, кто шагнул в пропасть, падает в бездну и уже мёртв, хоть ещё и не понимает этого.

Спросил:

— Что тебе не нравится?

— Ты ещё кто такой? — презрительно процедил Далан.

Я покачал головой:

— Ну только не делай вид, что тебе не рассказали, кто я, наследник Болайна. Я талант Ордена, носящий маску и лицо того, кто сделал для Ордена больше, чем кто-либо другой за последние пятьдесят лет. Можешь даже называть меня так же, как и его. Атрий.

— Атрий, значит, — буквально выплюнул слова Далан, неожиданно успокаиваясь — даже лицо стало приобретать обычный цвет. — Тоже Предводитель, значит. Не много ли у вас развелось Предводителей, Орден?

— Мы всегда были богаты на таланты, — с усмешкой заметил я.

— Что-то этот, — Далан кивком указал на Тордака, — не выглядит как тот, кому нет и двадцати. Даже я не могу за один вдох сосредоточить свою стихию и проломить чужую.

— Видно, ты мало тренировался, — равнодушно пожал я плечами. — Понимаю. То женщины, то вино, то приятели, даже отцу некогда помогать.

Далан вновь начал багроветь:

— Да как ты смеешь?

— Мне кажется, мы теряем время, — вздохнул я и повернул голову в сторону Санмеда Гарой. — Давайте третий поединок. Нам пора забрать себе эти земли и двигаться дальше.

— Отлично, отлично, — тяжело дыша, сказал Далан. — Думаешь, я не понял, что здесь происходит? Давай, давай сюда третьего. А ты стой! — рявкнул он Тордаку, тыкая в его сторону пальцем. — Стой! Думаете, я это спущу просто так?

Тордак замер, обернулся, вскинув брови. Я, холодно улыбаясь, спросил:

— Что «это»?

— Третьего давай! — буквально приказал Далан.

Я хмыкнул, не стал спорить и объявил имя. Вслух:

— Тивар!

Далан глядел, как тот спустился с берега, как шагает по мосту, и кривил губы в усмешке, а дождавшись, когда Тивар окажется в шаге от линии ринга, торжествующе воскликнул:

— Ха! Как я и думал. Вы что нас, всех за дураков держите? Я же вижу ширину плеч, руки, походку, то, как эти двое держатся. Какие к гарху это молодые таланты? Они старше, чем положено! Они, может, даже старше меня!

Я напоказ, медленно поднял брови и повернулся к этим двум поддельным талантам Ордена.

Вот когда пожалеешь, что у Малого Ордена нет артефактов, которые когда-то при мне использовал Шаугат, чтобы выдать себя за Морщинистого. Тогда он за несколько вдохов поменял лицо, рост, сложение, одежду и даже отпечаток духовной силы.

То, что использовали Тордак и Тивар, было гораздо проще. Насколько хватило сил и умений артефакторов Академии. Будь ты хоть трижды талант и гений, но во всём нужен опыт.

Да и сами носящие сейчас имена Тордак и Тивар, проведя многие годы в тюрьме города Тысячи Этажей, стали сильнее, но вот притворству и умению выдавать себя за другого человека не обучились. И это они ещё были лучше прочих собратьев по заключению и прочих талантов Армии Предела.

Рано или поздно подозрения должны были возникнуть. Только что с них толку?

Да, у Ордена нет артефактов смены облика нужного качества, но есть артефакты, способные обмануть проверку. Фатия уже окупила все сложности уговоров Тизиора и прочее.

Или вот-вот окупит.

Мысль о возможной неудаче я старательно выбросил прочь из головы.

— Серьёзное обвинение, — медленно сказал я, глянул правее и спросил: — Гарой ничего не хотят сказать?

— А что ты хочешь услышать? — удивился Санмед.

— Пошли его подальше, брат Санмед, — неожиданно сказал Далан.

Тот, не будучи Предводителем, ответить мыслеречью не смог, но и меня посылать не стал, удивительно вежливо сказал:

— Если одна сторона требует проверку, то я должен, даже обязан её провести.

Он кивнул своей страже, и один из них тут же шагнул вперёд, на ходу доставая из кисета артефакт в виде толстого диска с кучей символов. Но когда он был уже в двух шагах от Тордака и Тивара, Зегрим рассмеялся:

— Многие годы Орден в своей милости и снисхождении молча смотрел, как Дизир выставляют на поединки младших тех, кто в них участвовать не может. Столь же долго Гарой закрывали на это глаза, спуская нарушения. Но стоило Ордену начать выигрывать, как Дизир решили хоть как-то, раз честно не получается, украсть победу у Ордена. Дизир, с чего вы решили, что у вас получится?

— Решил заговорить о честности, старик? — ухмыльнулся Далан.

Но Зегрим, не обращая внимания на его грубость, повернулся ко мне, уважительно спросил:

— Старший, позвольте я кое-что сделаю.

Я кивнул.

Он тут же повернулся к берегу, нашему берегу, и рявкнул:

— Ирая! Точтал! Далкор!

Строй орденцев расступился, и вызванные, не раздумывая, ушли Рывками к нам прямо с берега.

Красиво, явно хвастаясь, переместились на самый край намороженного острова, через миг склонились и в три горла рявкнули:

— Генерал Зегрим!

Тот повёл рукой:

— В линию.

Ещё один короткий рывок, и они выстроились рядом с Тордаком и Тиваром.

Зегрим же, не опуская руки, повёл ею дальше, остановил, указывая на гаройца с диском-артефактом, и тяжело уронил короткое:

— Проверяй.

Два вдоха тот непонимающе хлопал глазами, а затем Санмед охнул:

— Ты что, смеешь подозревать Гарой в нечестности?

Зегрим твёрдо встретил его взгляд, я же ухмыльнулся и сказал:

— А мы не имеем права сомневаться? Напомни, это не вашего старейшину Страж казнил в нашем городе Меча за своеволие и искажение их воли? Это не на ваших землях было назначено Дикое Время?

— Это… да ты… — растерялся Санмед, побледнел.

Зато налился кровью Далан:

— С каких пор вы равняете себя со Стражами? А? А-а-а… — протянул он, щурясь. — С тех самых пор, как спелись с ними, да?

Сердце у меня на миг пропустило удар. Во всех донесениях Ордена, что я прочёл в прошлом и сейчас, Далан назывался не самым умным из Дизир. Или сейчас он озвучивает не свои догадки? Отца?

Пока я стоял и думал, Зегрим опустил руку и, нахмурившись, спросил:

— О чём это вы, старший Далан? Мне казалось…

— Тебе казалось! — оборвал его Далан. — Всё сразу стало ясно после разгрома гильдии Теней Глаза Рогнама. Вы прибрали к себе сдавшихся убийц, и… — он замолчал, вскинул голову и зашарил взглядом по нашему берегу. — Где эта? Со шрамом на роже? Спрятали? Тоже выставите её следующей на схватках?

Я, понимая, что, чьи бы мысли он ни озвучивал, они были совсем не о том, что происходило на самом деле, пожал плечами и сказал чистую правду:

— Даже не думали о таком.

— Да конечно, не думали они, да…

Я оборвал его:

— Ты много болтаешь пустого.

— Что⁈ — вытаращил глаза Далан.

— Ты плохо слышишь? — изумился я, подкидывая здоровенную охапку колючек в костёр его злости.

— Да ты! — сжал кулаки Далан, наливаясь кровью.

— А ещё ты разбрасываешься обвинениями, — перебил я его, добавляя силы в голос, — очерняешь имя Стражей Границ, назначенных нам самим Императором…

— Назначенных? — скривился тот. — Да они же сюда сосланы!

Я медленно поднял брови вверх, напоказ повернул голову вправо, влево, поднял вверх, оглядывая небо над нами, затем вновь уставился на Далана и громко изумился:

— Неслыханно! Дизир бросается такими словами… Может, ты вызовешь Стражей и скажешь им всё в лицо?

Красное лицо Далана начало бледнеть, он застыл, но тут вмешался Санмед Гарой.

— Нет-нет-нет, — торопливо сказал он, сам то и дело косясь по сторонам. Громко сказал: — Уверен, что Далан Дизир имел в виду совсем не то, что ты услышал. Не думаю, что здесь нужен Страж.

— Почему же нет? — спросил я и покачал головой. — Очень, очень жаль, что мы истратили свой вызов. Мне очень, очень сильно хочется вызвать сейчас Стражей и посмотреть, что они скажут на подобную дерзость. Утешаю себя мыслью, что он сам не выдержит всё это слушать.

— Какая ещё дерзость? — поджал губы помрачневший Далан. Напряг горло, словно Властелин тоже мог оглохнуть. — Я случайно оговорился! Это была глупая мысль!