Вампир-мститель (ЛП) - Харпер Хелен - Страница 22

— Я не видела её с прошлого месяца, — говорит миссис Маус. — Надеюсь, она не впуталась во что-нибудь глупое.

Брайант потирает подбородок большим пальцем и кивает.

— Действительно.

Я хватаюсь за края стула. Ну давайте же. Дайте мне что-нибудь, с чем можно было бы работать.

— Я имею в виду, — продолжает кто-то ещё, — каждый имеет право жить своей собственной жизнью, но, похоже, она планировала переспать с несколькими партнёрами.

— Ну, — осторожно говорит Брайант, бросив мимолётный взгляд в мою сторону, — это не совсем то, что она сказала.

Мне приходит в голову, что именно поэтому она заставила меня прийти на эту встречу. Существуют строгие ограничения на то, что она может мне рассказать. Всё это относится к врачебной тайне. Но если кто-то ещё, кроме неё, повторит её слова…

— Что именно она сказала? — внезапно спрашиваю я, заставляя всех остальных подпрыгнуть.

Наступает долгое молчание, и я думаю, что совершила ошибку, вмешавшись. Затем заговаривает темноволосая девушка.

— Она хотела знать, какова вероятность того, что человек, который занимался сексом с несколькими людьми, передаст венерическое заболевание.

Кто-то ещё фыркает.

— Это были не совсем её слова. Она сказала следующее: «Если ты трахаешься с несколькими людьми, насколько выше вероятность того, что ты передашь «пылающие сёдла» кому-то другому?»

Остальные морщатся от такого выражения. Учитывая, что это собрание по борьбе с венерическими заболеваниями, можно было бы подумать, что они будут менее щепетильны — хотя, как эвфемизм, «пылающие сёдла» звучит довольно образно. К тому же, это довольно глупый вопрос.

Лиза Джонсон, возможно, и не вдохновляла академический мир, но я не встречала ничего, что указывало бы на то, что она полная идиотка. На самом деле, более вероятно, что она заговорила об этом, потому что искала кого-то, кто смог бы отговорить её от того, что она планировала. Нет никаких сомнений, что это как-то связано с её исчезновением.

Теперь, когда я сижу и замечаю, что группа, похоже, стремится мне помочь. Это, конечно, не потому, что я вампир, и я сомневаюсь, что это связано с моей славой; я думаю, это результат того, что я приструнила придурка-мужа Изабель. Интересно, чувствовали бы они то же самое, если бы знали, как Изабель была недовольна моим поведением.

— Она хотела узнать, есть ли способ остановить месячные, — вставляет миссис Маус.

— Я её не виню. Я ненавижу, когда мой Пол всё равно хочет секса, а я такая, ну знаете, противная внизу.

Противная? Она, должно быть, шутит, да?

Доктор Брайант прерывает её.

— Итак, дамы, вы знаете, что нет ничего плохого в том, чтобы заниматься сексом во время менструации. Это зависит от вашего личного выбора. Табита, если тебе это не нравится, тебе следует поговорить со своим парнем.

— Как будто это поможет.

Я приподнимаю брови.

— Я могу поговорить с ним, если хочешь.

Группа замирает. Табита неловко кашляет.

— Нет. Всё в порядке, — она снова кашляет. — Спасибо.

Одна из молчаливых женщин нервно заламывает руки, бросая на меня застенчивый взгляд.

— Мисс Блэкмен, эм…

— Зовите меня Бо, — это меньшее, что я могу сделать, учитывая всю информацию, которую они мне до сих пор предоставили.

Она краснеет и улыбается.

— Бо. У вас… у вас, э-э, бывают менструации?

Я стараюсь не показывать, что меня слишком удивляет её официальность.

— Нет.

— Ха! — говорит темноволосая девушка. — Вот это явно повод для вербовки.

Выражение моего лица становится каменным.

— У меня никогда не будет детей. Меня ненавидит 99,9 % населения. Я не могу выходить на солнечный свет.

— Пока нет, — перебивает она. — Но у вас также есть сверхспособности.

Я стискиваю зубы.

— Это не сверхспособности. Я не могу становиться невидимой, летать или что-то в этом роде. Я просто немного сильнее и быстрее, вот и всё.

Кто-то ещё открывает рот, явно для очередного вопроса. Я опережаю её.

— Вы не хотите быть вампирами, — решительно заявляю я, и мой тон не допускает дальнейшего обсуждения этого вопроса. — Итак, Лиза что-нибудь говорила, когда была здесь в прошлый раз? Ещё что-нибудь упоминала о ком-то, с кем она встречалась? Или о том, куда она могла пойти?

Женщины переглядываются.

— Нет, — наконец отвечает Табита. — Но в конце сеанса она очень крепко обняла меня. Обычно она не была такой чувствительной, и я была немного озадачена. Она как будто прощалась со мной или что-то в этом роде.

Мои подозрения, что Лиза ушла по собственной воле, усиливаются с каждой минутой. Не думаю, что её родители хорошо воспримут эту новость. Я обдумываю всё это, пока Брайант переводит разговор на другие темы. Когда я погружена в собственные мысли, остальное время пролетает незаметно, и я удивляюсь, когда все встают, чтобы уйти.

— Спасибо, что пришли, мисс Блэкмен. Я серьёзно, Бо.

Я пожимаю женщине руку. Другие подходят и бормочут похожие формальности.

— Вы придёте в следующий раз? — спрашивает Табита.

— Я сомневаюсь в этом. Но если у меня возникнут ещё какие-нибудь вопросы о Лизе…?

Они все энергично кивают.

— И если у Изабель возникнут ещё какие-нибудь проблемы, не стесняйтесь обращаться ко мне, — я киваю в сторону Брайант. — Я оставлю свой номер телефона у доктора.

Их благодарность почти смущает. Они уходят одна за другой, пока не остаёмся только я и доктор Брайант. Она окидывает меня холодным, оценивающим взглядом.

— Я надеюсь, вам это помогло.

— Вообще-то, да. Спасибо, — я наклоняю голову. — У меня есть ещё несколько вопросов.

— Я не могу обсуждать историю болезни Лизы.

Я прикусываю внутреннюю сторону щеки. Как я и подозревала.

— Можете ли вы сказать мне, по крайней мере, были ли у неё нормальные месячные?

— Нет, я не могу вам сказать.

— Или давали ли вы ей что-нибудь, чтобы остановить месячные, как она просила? — я знаю, что на рынке есть противозачаточные таблетки, которые способны это сделать. Очевидно, Лиза ещё не принимала их, иначе она бы вообще не задала этот вопрос.

— Нет, этого я тоже не могу вам сказать. Правила относительно того, что я могу и чего не могу говорить, очень чёткие, мисс Блэкмен. И вообще, я не видела Лизу с того последнего сеанса.

Это означает, что если она и изменила свой обычный рецепт на таблетки, то не через доктора Брайант. Хороший доктор проделала замечательную работу, обойдя законы о конфиденциальности пациентов. Я поднимаю подбородок и встречаюсь с ней взглядом.

— Вы мне очень помогли, — честно говорю я. — Но почему вы мне доверяете? В последнее время я получаю столько же плохих отзывов, сколько и хороших.

Она обдумывает этот вопрос.

— Лиза — хорошая девочка. Она наивна и часто бывает слишком упрямой и пылкой себе же в ущерб, но у неё доброе сердце. Это не похоже на неё — просто взять и уйти, не сказав ни слова своим родителям. Остальные были правы. На нашем последнем занятии она задавала очень странные вопросы.

— Тогда почему вы ничего не предприняли?

Она приподнимает бровь.

— А что бы вы хотели, чтобы я сделала? Связала её, чтобы помешать ей найти как можно больше мужчин, с которыми можно переспать? Она была взрослой, мисс Блэкмен, и вполне способна делать свой собственный выбор.

Я пристально смотрю на неё.

— Она и есть взрослая.

Почему так много людей, кажется, убеждены, что она уже мертва?

Брайант краснеет.

— Вы правы. Она взрослая. Не была. Я просто… — она качает головой. — Это на неё не похоже. Вот и всё. Я ничего такого не имела в виду.

Я внимательно изучаю её. Она выглядит искренне раскаивающейся, но за этим кроется нечто большее, чем кажется на первый взгляд.

— Что вы мне недоговариваете? — она опускает взгляд. — Доктор Брайант? — подталкиваю я.

Она вздыхает.

— Я не всегда работала в этой клинике. Я переехала сюда полгода назад с другого конца города. У меня там была пациентка, молодая женщина по имени Мелисса Грик. Она была очень похожа на Лизу — высокие идеалы и решимость изменить мир.