Трон (СИ) - Войлошникова Ольга - Страница 9

И вот судьба сама толкает меня к нему. И я пошёл. И порадовался своему порыву. Потому что мой друг выкинул самую глупую шутку из возможных.

Он затеял умирать.

05. УСЛУГА ЗА УСЛУГУ

Нитон

В огромной опочивальне пахло болезнью. Этот навязчивый смрад немытого тела, повязок, приторный душок лекарств, шлейф благовоний, безуспешно пытающихся замаскировать всё прочее — куда же без них? И острый запах боли. Мой друг умирал. Умирал страшно, в крови и гное. Огромное прежде тело короля-рыцаря ссохлось до четырёх пудов.

И что-то мне так стыдно стало за новый щёгольский камзол, который я купил и надел перед визитом во дворец с мыслями — всё-таки к королю иду, и потёртые одежды странника как бы не к лицу, да? А оказалось, всем насрать, как и во что одет посетитель. Просто я пришёл к смертному ложу друга.

Он сразу узнал меня и хрипло захохотал:

— Нит! Ты, как всегда, выглядишь, как жених! — он ещё и шутит!

— Фракс. А ты умираешь. — Я помолчал. — Почему ты не позвал меня раньше? Я же вижу. Это, мать его, проклятье!!! — Хотелось орать и рвать шторы. — Почему? Я бы мог…

— Потому что это дела людей. Просто — людей. Я убил их короля, его супругу, их детей, и как итог — меня прокляли. Всё просто. Всё как у людей.

— Но я же…

Фраксин, великий король Ортандии, перебил меня:

— А ты не человек, Нит. Пора смириться с этим. И как к не человеку у меня есть просьба к тебе, друг и наставник…

Он сжал мою руку своими усохшими пальцами, и я в последний раз ощутил могучую для человека силу, удерживащую умирающее тело на поверхности жизни. А ведь Ортандия, наследница Янтарного Трона, не знала более выдающегося короля за всю историю своего существования — уж можете мне поверить. Как ни парадоксально, бывший речной разбойник был… вернее, стал для неё лучшим правителем. Великим! Страшное слово — «был».

— Послушай, Нитон. Не перебивай. У меня полсотни сыновей. Полсотни! Это тех, кого я признал. Есть ещё и бастарды… Но не о них сейчас речь. Друг, я хочу устроить грандиозную охоту. А победитель получит трон.

— Ага… — улыбнулся я. Всё-таки наши многодневные игры в «убей короля» и в «окружение» дали Фраксу понимание, что победа — не всегда победа, а поражение… вот тут сложнее. Поражение — почти всегда поражение… Но! Всегда есть «но!» — И что будет главным условие получения трона?

— Сердце Серого демона!

— Фракс! — я в возмущении подскочил с кресла и отшагнул от ложа. — Ты охренел⁈

Да, здесь меня считали демоном. И я счёл это для себя удобным, никогда не принимая иной формы, кроме неполной боевой. Но такая просьба — это уже слишком!

— Я должен сдохнуть, чтобы твою страну не растащили на лоскуты?

— Ой, вот не надо мне… — старый король вдохнул воздуха, поудобнее устроился на подушках и улыбнулся. — Я же помню, как ты небрежно вырастил отрубленную руку на том турнире!

— Мать твою!!! — я возмущённо прошёлся туда-сюда по опочивальне. — Руку! Руку!!! Не сердце же!

— Ни-и-ит… — Он помолчал и спросил почти заискивающе: — Ты можешь?

— С-с-с-с-сука! — Я длинно выдохнул. — Да. Наверное, я смогу, друг! Как бы ты хотел это устроить?

Он поманил меня ближе сморщенным пальцем и засипел:

— Наклонись, я кое-что скажу тебе…

И когда я склонился, моего уха достиг лёгкий шелест последней воли короля Фраксина.

Я сел на прикроватное кресло, размышляя:

— Н-ну допустим. Именно он?

— Никто другой, — Фракс поджал бледные до пергаментности губы.

— Пусть так, особой сложности в этом нет. Дальше?

— Сейчас пойди в арсенал, там тебя уже ждут.

— С чего бы им меня ждать? — хмыкнул я. — Я ведь и сам не знал, что сегодня тут буду.

— Ты всегда приходил вовремя. Я знал. Надеялся. И отдал все необходимые распоряжения.

— Хитрец!

Король довольно покряхтел.

— Пойдёшь в арсенал. Выберешь, что тебе понравится. Но помни, — Фракс криво улыбнулся, — победить должен именно тот, кого я тебе назвал!

— Да понял я. Только и ты уж будь готов на ответную любезность.

— Какую? — воспалённые глаза впились в меня с подозрением.

— Узнаю старого друга! — засмеялся я. — Всегда настороже.

— Расслабишься с вами, — то ли кашлянул, то ли усмехнулся он. — Что там?

— Помнишь маленький хуторок в двух часах пути отсюда?

— Я ж тебе его уже подарил! — удивился Фракс.

— Было дело… Однако ж, приятель, ты собрался помирать. А бумажек нет.

— Каких бумажек? — озадачился король ещё сильнее.

— Определяющих право на владения. Сейчас, понимаешь ли, всё по бумажкам. А то явится твой наследничек и выпнет меня под зад с хутора.

— Не смеши! — Фракс сипло расхохотался и тут же закашлялся с хрипами и бульканьем. — Кто сможет выгнать тебя? — спросил он, наконец-то отдышавшись. — Тебя⁈

— Ну… — я закинул ногу за ногу. — Видишь ли, я не собирался там постоянно жить. Хотел поселить… кхм… одну девицу.

— Уж и девицу? — расплылся Фракс. — Эх, где мои годы… Но тут я с тобой согласен, к женщинам нужно быть щедрым. Будет тебе бумажка!

— Э, нет! — возразил я. — Мне не с руки сейчас будет туда возвращаться, верно?

— Согласен, — важно кивнул король.

— Ты отправишь туда посыльных. Прямо сейчас. Под видом того, что ты перед смертью вспомнил… скажем, о давно оказанной услуге. И эти твои посыльные поедут — без всякой помпы! — и тихо, скучно перепишут хутор на девушку, которая там живёт. И, — мне вдруг пришла в голову ещё одна мысль, показавшаяся мне весьма здравой, — выписать ей личную бумагу. На родовое имя… — я представил медовые волосы Эмми, — Златова. Ни слова не говоря обо мне. Ну-у, — я задумался, — или какую она себе фамилию выберет.

Я посмотрел на короля, чуть склонив голову.

— Понял, не дурак, — пробормотал он. — А ты, что реально её родовое имя не знаешь?

— Не знаю, — буркнул я. — Сдалось бы мне это имя!

— А ты… — с намерением начал Фракс.

— А я останусь здесь и дождусь возвращения твоих служек. И вот тогда-а я пойду в арсенал. И выберу себе что-нибудь. И мы с тобой начнём нашу игру. Не раньше.

— Моё время на исходе, — буркнул он.

— Согласен. Тогда поторопись.

Фракс вздохнул!

— Вот ты нудный, а! Эй!!! Писаря ко мне!!!

— И вот ещё что, — я снял и пристроил около него сумку со специями, — это передать девушке как королевский подарок. Везти бережно, как ретецианское стекло. И если я узнаю, что что-то случилось с моим грузом — найду ведь и шкуру живьём сдеру.

— Это будет уже не моя печаль, — строптиво усмехнулся Фракс. — Встань за балдахин.

Явился писарь, затем посыльный, затем скрюченный сухонький человечек, похожий на законника. Неожиданно вбежала богато ряженная худая как палка женщина, постояла, прислушиваясь к разговору, сплетя на тощей груди руки и притопывая ножкой — вдруг воскликнула:

— Ах, опять эти распутные бабы! — и умчалась в неприметную дверь.

После её вторжения Фракс долго и тяжело кашлял, а потом сердито дёрнул ногой:

— Ещё эта со мной не спорила! Живо прописать, как я сказал!

— В сословии всё же указать… — начал крючкотвор.

— Дворянка! — гаркнул Фракс. — И пошли все вон, сил нет! Гр-р-р… Нет! Гонца ко мне, сию минуту!

— Не много ли? — усомнился я из-за балдахина, глядя, какая суета организовалась вокруг моего поручения.

— Ты ещё мне будешь! — рыкнул Фракс. — Заварил кашу — ешь!

— Да уж ем…

— Ну и вот… Жрать хочешь, к слову?

— Обедал недавно.

— Эх… А я бы пожрал… если б мог.

— Может, я всё же…

— Не начинай, без того тошно. Звать девчонку как?

— Да не помню я полное имя. У неё пусть спросят. Я называл Эмми.

— Тогда так! Ты! — Фракс ткнул пальцем в одного из писцов, который со страху выпучил глаза и принялся кланяться с каждой новой фразой: — С гонцом поедешь! Найдёшь молодую женщину по имени Эмми. Приметы… Приметы какие, Нитон?