Знахарь VI (СИ) - Шимуро Павел - Страница 29

— Переходим к пробам, — сказал я. — С вашего разрешения, буду комментировать ожидаемый результат до начала реакции.

Глава Торговцев хмыкнул.

— Вы настолько уверены в своём средстве?

— Я уверен в данных. Вчера провёл двенадцать полевых тестов на городских колодцах в присутствии двух Стражей. Результаты задокументированы и могут быть представлены Совету.

Я достал пачку берестяных копий и положил на стол перед ним. Глава Торговцев не стал их брать, но посмотрел на верхнюю полоску, прочитал подпись Стража и промолчал.

Первая проба.

Снял глиняную крышку с плошки номер один. Втянул воздух — запах железа, кислятина, тонкая нотка сладковатого, характерная для тяжёлой стадии. Я знал этот запах — он преследовал меня с тех пор, как мы начали бороться с Мором в Пепельном Корне.

— Тяжёлая стадия, — сказал я, прежде чем вскрыть капсулу. — Ожидаю почернение нитей в течение двадцати-тридцати секунд.

Зерно легло на дно. Бордовые нити протянулись к стенкам, густые и яркие, а через шестнадцать секунд начали темнеть. На двадцать второй секунде они были чёрными — густой, плотный чёрный, который поглощал свет кристаллов, как будто в плошке лежал кусок ночи.

Я поднял плошку и показал Совету.

— Тяжёлая стадия. Подтверждено.

Вторая проба. Тот же запах, та же уверенность.

— Тяжёлая стадия.

Зерно. Нити. Двадцать четыре секунды до полного почернения. Результат идентичен.

Правый купец откинулся на спинку кресла и скрестил руки на груди. Его выражение изменилось: настороженность сменилась чем-то похожим на удовлетворение. Он видел работающий инструмент и уже прикидывал маржу.

Третья проба.

Я снял крышку. Втянул воздух. И на долю секунды замер, потому что запах был другим — не кислятина с железом, не сладковатый тяжёлый дух терминальной стадии — чистая вода. Почти чистая. С едва уловимым привкусом чего-то постороннего, который я не смог бы описать словами, но который «Витальная Настройка» считала мгновенно: минимальная концентрация мицелия, на самой границе обнаружения.

Записка Тэлана не лгала.

Я не дал себе ни секунды на размышление. Голос вышел ровным.

— Эта проба отличается от предыдущих. Концентрация значительно ниже. Ожидаю раннюю стадию: рыжеватый оттенок нитей, медленное потемнение.

Зерно легло на дно. Бордовые нити протянулись к стенкам. Десять секунд. Двадцать. На тридцать третьей секунде я заметил: края нитей начали менять цвет, бордовый сдвигался в сторону рыжего, как закат сдвигается от алого к оранжевому. Медленно. Неоднозначно для неподготовленного глаза.

Но Совет уже видел калибровочный тест. Они знали, как выглядит «чисто». И то, что плавало в третьей плошке, было другим.

— Ранняя стадия, — сказал я. — Концентрация мицелия минимальная, на границе обнаружения. В практическом применении это означает, что вода из данного источника опасна для употребления, хотя визуальный осмотр и проба на вкус не выявят отклонений. Именно этот диапазон обнаружения делает Индикатор ценным по сравнению с существующими методами диагностики.

Зал погрузился в тишину.

Солен смотрел на плошку. Его лицо оставалось непроницаемым, но я заметил одну вещь: большой палец его правой руки, лежавший на столе, чуть сдвинулся. В прошлой жизни я видел такое у коллег на консилиумах, когда диагноз подтверждался и отступать было некуда.

— Продолжайте, — сказал он.

Четвёртая проба. Чистая вода. Бордовые нити без потемнения.

— Чистый результат, — прокомментировал я.

Пятая проба. Запах кислятины. Средняя стадия.

— Средняя стадия. Ожидаю коричневые нити за тридцать-сорок секунд.

И тогда Глубинный Пульс пришёл.

Без предупреждения, просто волной. Рубцовый Узел откликнулся: шестнадцать микро-ответвлений, вросших в аорту, одновременно завибрировали, как струны, задетые случайным порывом ветра.

АНОМАЛИЯ: Глубинный Пульс, внеплановый удар.

Интервал нарушен. Рубцовый Узел: резонансный отклик (3.2 сек).

Рекомендация: подавить внешние проявления.

Моя правая рука дрогнула. Палец, державший плошку, соскользнул на миллиметр, и плошка качнулась, чиркнув дном по столу. Жидкость плеснула, но не перелилась. Я выровнял захват плавно, медленно, как будто просто перехватывал посуду поудобнее. Всё заняло меньше секунды.

Никто из Совета не обратил внимания. Левый купец рассматривал нити в пятой плошке. Правый листал берестяные копии. Глава Торговцев смотрел куда-то поверх моей головы, видимо, считая в уме. Лира наблюдала за мной, но её взгляд был направлен не на руку, а на лицо.

Солен смотрел на мою руку.

Его глаза сузились на четверть секунды. Потом лицо вернулось к обычному выражению, но та четверть секунды была. И я знал, что он видел дрожь. И он знал, что я знал.

Шестая проба. Чистая.

— Чистый результат, — сказал, и голос не дрогнул, потому что я вложил в контроль над голосом всё то внимание, которое не смог вложить в контроль над правой рукой.

Шесть из шести. Предварительный отчёт по двенадцати колодцам подтверждён. Индикатор Мора определяет все стадии заражения, включая раннюю, которую визуальный осмотр и проба на вкус не выявляют.

Я убрал капсулы, вытер плошку тканью, выпрямился и посмотрел на Совет.

— Благодарю за внимание. Готов ответить на вопросы.

…

Тишина после последнего теста длилась восемь секунд. Я считал.

Первым заговорил левый купец, что рассматривал нити в пятой плошке.

— Вопрос к Мастеру Солену. Ваши попытки воспроизвести средство, какой они дали результат?

Солен даже не повернул головы.

— Четыре итерации. Максимальная реакция — двенадцать процентов от того, что мы наблюдали сейчас. Ключевой компонент не идентифицирован.

Купец хмыкнул и посмотрел на меня.

— Сколько комплектов вы можете поставлять в месяц?

— При текущих ресурсах, где-то пятьдесят-шестьдесят комплектов по три капсулы. При масштабировании производства на месте, если будет обеспечен доступ к сырью, до ста двадцати.

— Себестоимость?

— Две с половиной Кровяных Капли за комплект. Рыночная цена — двадцать. Маржа позволяет содержать производство и обеспечивать гарантированное качество.

Правый купец поднял руку.

— Как долго сохраняет годность?

— Девяносто дней в смоляной оболочке. После вскрытия он становится одноразовым.

Купцы переглянулись. Я видел, как в их глазах загорелся тот огонёк, который появляется у людей, считающих деньги быстрее, чем произносят слова: маржа восемьсот процентов, продукт одноразовый, спрос растёт с каждым днём эпидемии.

Солен поднялся.

Движение было неторопливым, обдуманным, и когда он заговорил, голос звучал ровно, без нажима.

— У меня предложение к Совету, касающееся интересов общественной безопасности.

Все замолчали, даже купцы перестали считать.

— Эпидемия распространяется, — продолжил Солен. — Четыре колодца из двенадцати заражены, и по данным нашего гостя, в ближайшие две-три недели заражение достигнет западных источников. В этих условиях диагностическое средство, способное определять раннюю стадию заражения, является вопросом выживания города. Не прибыли — выживания.

Он обвёл взглядом Совет, задержавшись на каждом лице ровно столько, сколько нужно, чтобы слова осели.

— Я предлагаю включить рецептуру Индикатора Мора в гильдейский каталог как средство общественного здравоохранения. Это позволит Гильдии организовать массовое производство, обеспечить бесперебойную поставку и контроль качества. Автору дозволена разовая компенсация в размере пятисот Кровяных Капель и почётное звание Гильдейского Консультанта с правом совещательного голоса при обсуждении вопросов, связанных с данным средством.

Пятьсот Капель. Звучало как состояние для деревенского алхимика. По сути, это означало одно: Солен получает рецепт, я получаю титул без реальной власти, а через полгода обо мне забывают, потому что «Гильдейский Консультант» — это человек, к которому обращаются, когда им удобно, и игнорируют, когда нет.