Калгари 88. Том 11 (СИ) - "Arladaar" - Страница 10

— Здравствуйте, — вежливо поздоровалась Арина. — Я тоже рада вас видеть, Евгения Ивановна. Я в спортивном лагере была, а до этого мы довольно часто виделись и с Сашей, и с Максимом.

Неожиданно Арина заметила, что врач смутилась, и сразу же поняла почему: наверняка Евгения Ивановна знала, что Макс раньше считался парнем Люськи, а сейчас она сама недвусмысленно дала понять, что Сашка ходит с Максом. Ну как вот ей сказать, что Арина только рада этому исходу событий? Она действительно рада, что Макс и Саша стали дружить. Арина решила не таить ничего.

— Знаете, я на самом деле очень рада, что Максим и Саша дружат, — заметила она. — Я это заметила ещё весной. Из них получится очень хорошая пара. И они прямо идеально подходят друг другу. Оба такие увлечённые учёбой, чтением книг…

Арина вдруг сообразила, что разговор приобретает ненужный окрас, и прервалась. Вот вечно её желание всем помочь и хоть как-то скрасить неловкость… Однако женщина восприняла этот поток мыслей без лишних мыслей, а наоборот, обрадовалась, что для Арины никакой проблемы в дружбе Сашки и Максима нет.

— Зато сейчас, наверное, будете видеться чаще, — заметила Евгения Ивановна и переключилась на работу: — Ты, наверное, насчёт комиссии? Ваши девочки уже вчера приходили. И сегодня обещали прийти.

— Да, — подтвердила Арина. — Мне осталось только пройти у вас осмотр и сдать флюорографию.

Евгения Ивановна замерила рост, вес, давление крови, оценила телосложение и сказала, что всё нормально.

— Если будут какие-то проблемы со здоровьем, обращайся к Миронову или ко мне, — заметила Евгения Ивановна и расписалась в медицинском листе медосмотра. — А так ты полностью здорова, Люда.

Арина поблагодарила врача, взяла лист и вышла из кабинета, едва не столкнувшись у входа с Муравьёвой. Зоя была одета как Золушка: в невесомое белое платье с короткими рукавами, белые гольфы и белые туфельки. Русые волосы частично стянуты на затылке в хвост, торчащий вверх, а часть падает на плечи.

— Люська, подожди меня, — попросила она. — Мы потом вместе на флюрку поедем.

Арина согласно кивнула головой и села на лавочку подождать подружку. Вместе так вместе… Пожалуй что, это было и к лучшему. Вдвоем веселее.

… От детской поликлиники до городской больницы было приличное расстояние в четыре остановки, но решили прогуляться пешком и поболтать: день был хороший, почему бы и нет. Лето, беспечно жаркое лето…

— Какие у тебя вообще планы? — поинтересовалась Арина, искоса глянув на Зою.

Как-то незаметно одногруппница, и так-то не низкого роста, стала ещё выше, сейчас она была, ну, может, на 3–4 сантиметра пониже, чем Арина. Во время пребывания в «Совёнке» Зоя тоже очень прилично сбросила вес, даже ещё больше, чем Арина, и подкачалась. Сразу видно: настроена на успешный сезон! Сейчас для неё не было никаких преград, кроме Авдеевой, чтобы стать чемпионкой города среди юниоров.

— Ну какие планы, — Зоя посмотрела куда-то в небо, как будто задумавшись. — Ты же слышала, что говорила Виктория. Тройные прыжки будут изучать все. Поэтому буду учить тулуп и сальхов. Мне, кстати, очень помогло, когда я на тебя смотрела, точнее, как ты прыгаешь. Я думаю, у меня получится. А если честно, то, наверное, у меня планы в этом сезоне стать чемпионкой города и поехать на чемпионат области. А уже с него отобраться на первенство Союза. Не знаю уж, получится или нет…

— Обязательно получится! — заверила Арина. — Стать чемпионкой СССР очень сложно. Там много девчонок, которые реально сильные, и мне даже повезло, что я прошла через них. Но выиграть чемпионат области и просто отобраться на первенство Союза реально. Говори, если что-то непонятно, я тебе буду подсказывать.

Так, в душевных разговорах и подбадривании друг друга, подружки дошли до больницы, и нашли место, где проходят флюорографию: рентгенологическое отделение. Уже подходя к нему, Арина неожиданно чуть не столкнулась с врачом, который её осматривал зимой, когда она лежала в неврологии. Как его звали? Кажется, Евгений Иванович Милохин. Могло показаться странным, что Арина вспомнила врача, но у неё всегда была хорошая память на имена. Вспомнил Арину и Милохин! Правда, частично.

— Здравствуй, девочка, как здоровье? — удивился Милохин. — Что здесь делаешь?

Кажется, врач всё-таки забыл, как звать Арину. Да и, судя по всему, фигурным катанием он совсем не интересовался. Как можно не узнать чемпионку мира и национальную гордость???

— Здравствуйте, Евгений Иванович, — поздоровалась Арина. — Мы проходим медосмотр, и нас послали сюда проходить флюорографию.

— Как здоровье? С чем ты у нас лежала? Я уже, кажется, забыл, — поинтересовался врач.

— Здоровье нормальное, а лежала я потому, что упала на катке, — напомнила Арина, но увидела, что врач так и не вспомнил её. Похоже, замучила текучка.

— Ну и хорошо, желаю удачи и всего хорошего, — весьма формально сказал врач и пошёл дальше по коридору.

Милохин так и не вспомнил ни про «диагноз неизвестен», ни про необычность его бывшей пациентки, которая вела себя очень странно, говорила очень странные слова… И сначала почему-то назвала себя Ариной. И которая всего за четыре месяца стала знаменитой на всю страну спортсменкой. Если бы Милохин уже тогда заинтересовался этими странными несуразностями и удивительным исходом диагноза Хмельницкой. Но увы… Заполонила рутина, неизбежно сопровождавшая молодого врача, всё забылось и всё прошло…

… В целом, вторник прошёл позитивно, теперь можно было спокойно ждать пятницу, чтобы решать текущие дела: например, ехать примерять платье и потом сразу же направляться в спортивный диспансер, чтобы получить допуск к тренировкам.

В четверг вечером вернулся с Севера отец, крепкий, и весёлый. Приехал на такси, нагруженный чемоданами, сумками и подарками. Приехал насовсем. О чём и радостно сказал, едва зайдя в квартиру.

— Ну вот я и дома! — счастливо сказал он и сел на маленький пуфик у входа. — Как я рад вас видеть, девчонки! Никуда от вас больше не уеду!

Александр Тимофеевич, словно опомнившись, тут же вскочил на ноги и сразу обнял Дарью Леонидовну и Арину.

— Я там рыбки вяленой привёз, — смущённо сказал он. — И… Подарки. Духи каждой. Красная Москва!

Сразу же устроили праздничный ужин, чтобы отпраздновать воссоединение семейства. А позже, оставив родителей пообщаться, Арина позвонила на домашний телефон Соколовских. Как всегда бывало, трубку взял сам Владимир Степанович.

— Алло! Здравствуйте. А можно Елизавету Константиновну? Я по делу, — вежливо сказала Арина.

— Здравствуй. Сейчас, — коротко буркнул Соколовский и позвал жену. — Лиза, тебя!

Через пару десятков секунд подошла Елизавета Константиновна.

— Здравствуйте, я Люда Хмельницкая, — смущённо сказала Арина. — Вы говорили позвонить в четверг насчёт платьев.

— Ох, Люда… — смущённо ответила Елизавета Константиновна. — Я очень извиняюсь, но платья ещё не готовы, даже мерять нечего. Извини пожалуйста, но работа оказалась сложнее, чем мы думали. Намного сложнее. Позвони в понедельник.

— Хорошо, спасибо, до свидания… — вздохнула Арина и положила трубку.

Почему-то она так и думала… Для этого времени она задумала слишком сложный раскрой, а Анька нарисовала слишком сложный дизайн. В 2022 году на вооружении швей были лазеры и компьютерные машины, здесь же были только мелки и ножницы… Впрочем, если удастся всё, что она задумала, результат может превзойти самые смелые ожидания. Пусть даже для этого нужно немного подождать…

…В пятницу Арина получила полный допуск к тренировкам. Миронов повертел в руках медицинский листок, достал из папки результаты анализов, ЭКГ, флюорографии и вклеил их внутрь листка, тщательно смазав поверхность канцелярским клеем из пластикового тюбика. Потом оставил своё дело и внимательно посмотрел на Арину.

— Как себя чувствуешь?

— Нормально, — уверенно ответила Арина.