Метод Чарли (ЛП) - Кеннеди Эль - Страница 41

— Звучит прекрасно. Итак, продолжим? — Она тянется к диктофону.

Я киваю, чувствуя, как часть давления спадает с моей груди. Я всегда должен быть так осторожен в таких ситуациях, но сейчас я почувствовал искренность от Тессы. И зная, что я не иду в ловушку, я говорю более открыто, чем обычно.

Мы говорим больше о моей мачехе. Моих занятиях. Почему я хотел учиться в Брайаре и как я решил играть в хоккей в шесть лет, потому что все остальные виды спорта меня скучали.

— Значит, тебе нравится волнение, — подсказывает Тесса.

Она не знает и половины.

Но моя сексуальная жизнь, увы, не тема для этой статьи.

— Наверное, да, — отвечаю я, пожимая плечами.

— А как насчёт насилия? Это тоже тебя привлекает?

— Я бы не назвал это насилием, в конце концов. Правила контактной игры в колледже строгие. Драки не допускаются.

— Тогда агрессия. Физическая составляющая спорта. Тебе это нравится.

— Я имею в виду… — Я усмехаюсь ей. — Ничто так не заставляет сердце биться чаще и адреналин бежать по венам, как хоккей. Это потрясающе.

Губы Тессы изгибаются.

— Я считаю, это первая искренняя улыбка, которую ты мне сегодня подарил.

— Это увлекательный вид спорта.

— Но планов стать профессионалом нет?

— Честно говоря, я не думаю, что хочу такую жизнь. Это большая нагрузка на организм. Много давления, чтобы всегда быть в лучшей форме. Много разъездов и времени вдали от дома.

— Хм, и к кому бы ты хотел возвращаться домой? У тебя есть вторая половинка?

— Пока нет. Но да, мне было бы тяжело находиться вдали от моей девушки долгое время. Профессиональный хоккей — это жертва. Есть мужчины, которые пропускали рождение своих детей, потому что были в разъездах на пятиматчевой серии. Это совсем другой уровень самоотдачи. Есть ребята в моей команде — Колсон, Райдер, Линдли. Они хотели играть в профессионалах с того момента, как надели коньки. Но я никогда не мечтал об этом, когда рос.

— Кем же ты хотел стать, когда вырастешь?

— Не знаю. Я всё время менял решение, — признаюсь я. — Иногда полицейским, иногда пожарным. Иногда думал стать врачом, пока не понял, что там слишком много биологических жидкостей.

Она смеётся.

— А как насчёт того, чтобы пойти по стопам отца?

Я кривлюсь.

— Ни за что.

— Тебе не понравилось бы быть политиком?

— Нет, мне не нужно такое внимание. Постоянное внимание прессы, всегда нужно говорить правильные вещи. — Я делаю паузу. — Хотя я не против закулисной работы.

— Эй, если тебе нравится волнение, — говорит она, соблазнительно поигрывая бровями, — нет ничего более захватывающего, чем работа в избирательной кампании. Ты когда-нибудь помогал в кампаниях своего отца?

— Кроме обязательных фотосессий, нет.

— Интересно.

— Но, как я уже сказал, я был бы не против. Это действительно звучит как вызов — взять неопытного кандидата, отшлифовать его, представить национальной аудитории и дать ему возможность продать свои политику и идеалы публике.

— Но ты не сделаешь этого для своего отца.

Я пожимаю плечами.

— Если бы я когда-нибудь работал в кампании, это должен был бы быть кто-то, кто…

Я замолкаю, понимая, на какую мину чуть не наступил.

— Закончи мысль, — подталкивает Тесса.

— Нет, всё нормально.

— Рекламная статья, — напоминает она мне. — Сотрудники твоего отца ясно дали понять, что ни одного негативного слова на странице не будет. У них есть окончательное утверждение перед печатью.

Я снова пожимаю плечами и решаю закончить мысль, потому что она права — папа заплатил хорошие деньги за эту статью; он ни за что не позволит напечатать то, что я сейчас скажу. К тому же, Тесса мне нравится. Она кажется умной. Я надеюсь, однажды она сможет писать серьёзные статьи.

Я встречаю её взгляд.

— Я хотел бы вести кампанию за кого-то, кто более достоин.

Она приподнимает бровь.

— Ты считаешь, что твой отец недостоин?

— Это не то, что я сказал. Он хорош в своём деле. Но я чувствую, что, вероятно, лучше бы соединился с чьей-то другой политикой и общим подходом.

Она снова меняет тему.

— Что ты думаешь о скандале в УКС?

К счастью, я готов к этому. Пиар-фирма моего отца прислала мне стандартный ответ, который я должен использовать.

— Я сосредоточен на своей собственной программе. Но если в обвинениях есть хоть доля правды, я хотел бы, чтобы виновные были наказаны по всей строгости закона.

На этом интервью заканчивается, и, честно говоря, я не могу сказать, что мне не понравилось. Тесса говорит, что свяжется со мной, если у неё будут дополнительные вопросы, и я провожаю её до её машины, прежде чем сесть в свою и поехать домой. У меня как раз достаточно времени, чтобы вздремнуть и перекусить, прежде чем мне нужно будет вернуться в кампус, чтобы сесть на автобус. Обе игры на этих выходных в Нью-Хейвене.

Я подъезжаю к дому, когда уведомление загорается на моём телефоне.

Чарли.

Моё сердце мгновенно переходит на вторую передачу. Не думаю, что я когда-либо был так нетерпелив открыть сообщение.

Я не теряю времени, печатая ответ. Я знаю, что Бек не будет против. Он хочет этого так же сильно, как и я.

ЧАТ ХОККЕИСТОВ

Глава 23

Шарлотта

Животные для сексуальной поддержки

Я паркую свою машину в нескольких домах от места назначения, потому что отказываюсь рисковать, чтобы кто-то её увидел, на случай, если я останусь на ночь.

Не то чтобы я планировала оставаться на ночь.

Мы просто смотрим кино.

Я не собираюсь заниматься сексом с двумя хоккеистами.

Это.

Просто.

Кино.

Когда я сказала Фейт, что иду сегодня вечером в дом Уилла Ларсена, она допросила меня так, будто поймала на контрабанде кокаина через границу. «Кто дал тебе наркотики! Кто познакомил тебя с Уиллом Ларсеном!»

Я сказала ей, что он мой напарник по лабораторным. Мы познакомились в классе, он пригласил меня на свидание, и мы выпили в Бостоне на днях. Затем последовала долгая нотация и манипуляция чувством вины, потому что я выбрала Данте своим контактом для убийств на то свидание вместо Фейт.