Вопреки моей ненависти - Широкова Лия - Страница 9

– Со вкусом у него всё в порядке, – бормочу я, подходя ближе.

На первом этаже тускло горит свет, и сквозь плотную белую тюль не удаётся разглядеть интерьер.

Подойдя к высокой стеклянной двери, хватаюсь за ручку и тяну на себя. Она на удивление легко поддаётся. Вхожу в просторное светлое помещение. Прямо расположена парящая лестница, ведущая на второй этаж. Справа стоит огромный угловой черный диван. Напротив него встроен длинный электрический камин, а над ним висит большой телевизор.

Больше ничего не успеваю рассмотреть, как мои уши улавливают тяжелые шаги. Я перевожу взгляд к лестнице, по которой спускается хозяин этого дома. Высокий, широкоплечий, с пронзительным взглядом темных глаз. На нем черные домашние брюки и белая футболка, подчеркивающая атлетическую фигуру. В его движениях чувствуется сила и уверенность.

– Аврора Сергеевна, вы забыли чемодан, – внезапно раздаётся у меня за спиной.

– Оставь его здесь, – говорит Хасанов.

– Хорошо, – кивает охранник и быстро покидает дом.

Хозяин дома останавливается в паре шагов от меня.

– Что заставило тебя изменить решение?

– Будто ты не знаешь, – складываю руки на груди и выдерживаю его тяжелый взгляд.

Он прищуривается, убирая руки в карманы брюк.

– Догадываюсь, – усмехается он, едва заметно качая головой.

А мне так и хочется вцепиться в его лицо и расцарапать его.

– Я соглашусь на этот брак только при одном условии!

– Каком? – он вскидывает бровь.

– Ты никогда больше не причинишь вреда моей семье.

– Хорошо, – спокойно произносит он. – Пойдём в кабинет, – развернувшись, направляется вглубь дома. Я послушно следую за ним.

Внезапно Хасанов тормозит, и я чуть ли не врезаюсь в его спину.

– Обувь сними, – развернувшись, он смотрит на мои ботинки.

Стиснув зубы, приподнимаю сначала одну ногу, расстёгиваю молнию и сбрасываю ботик, затем еле удерживая равновесие, проделываю тоже самое с другой. Выпрямившись, поправляю сумочку на плече.

– Убери их в шкаф, – указывает пальцем за мою спину.

Смотрю на него не с прикрытым раздражением. Он вскидывает бровь, давая понять, что ждёт, когда я выполню его приказ.

– Ладно, – подхватываю ботинки и направляюсь к встроенному в стену шкафу. Открываю его и ставлю обувь на нижнюю полку.

Хочется хорошенько хлопнуть дверцей, но сдерживаюсь. Натягиваю улыбку и разворачиваюсь, готовясь встретиться с самодовольной улыбкой этого педанта. Но встречаюсь с его удаляющейся спиной.

– Напыщенный индюк, – выругиваюсь и не спеша иду за ним.

Мы проходим в просторное помещение, в котором стоит письменный стол и напротив него два кресла. Слева вдоль всей стены стоит книжный стеллаж. Окна в пол открывают вид на сад.

Хасанов достаёт из сейфа папку и кладёт её на стол.

– Брачный договор в двух экземплярах. Прочитай и подпиши, – протягивает мне ручку.

Выхватываю ручку и ставлю подпись во всех указанных местах, где фигурирует моя фамилия.

– Всё! – швыряю ручку на стол.

– Советую на досуге прочитать договор, – протягивает мне мой экземпляр.

– Обязательно, – выхватываю его и складываю пополам.

Хасанов с довольным выражением лица наблюдает за мной, что невероятно меня раздражает.

– Пойдём, покажу тебе твою комнату, – развернувшись, он выходит из кабинета.

Мою комнату… Настроение немного улучшается, и я следую за ним.

Мы возвращаемся к лестнице. Он проходит мимо моего чемодана и начинает подниматься наверх.

– Пусть прислуга поднимет чемодан ко мне в комнату.

Хасанов замирает и медленно разворачивается.

– У меня нет прислуги.

– Как нет? – искренне удивляюсь я. Вот же жмот! Он что, нанимает клининг, а повар приезжает каждый день? Конечно, постоянной прислуге придётся платить в разы больше.

– Позови тогда охранника, пусть поднимет мой чемодан наверх, или ты сделай это.

– Я? – насмешливо приподнимает брови.

– Он тяжёлый!

– Тяжелый, – словно издеваясь, повторяет он. – А когда ты его покупала, почему не думала, как будет тяжело другим носить его?

– Это уже не мои проблемы, – фыркаю я.

– Теперь твои, – хмыкает он, разворачивается и поднимается наверх. – Твоя комната в конце коридора с права, напротив моей.

Стиснув зубы, смотрю ему вслед. Вот же гад!

Глава 10_Аврора

Он нарочно испытывает моё терпение, выводит из себя. Но он не дождётся, я не позволю ему надо мной насмехаться.

Резко разворачиваюсь и направляюсь к чемодану. Хватаю его за ручку, но он словно прирос к полу. Дёргаю несколько раз – бесполезно, не могу сдвинуть его с места, он весит тонну.

– Чёрт! – со злостью пинаю чемодан ногой, и он с грохотом заваливается на пол. – Ладно, сделаю по-другому.

Присаживаюсь на корточки, ощущаю, как по спине стекает капелька пота.

– Как же жарко, – оттягиваю ворот свитера, но легче не становится.

С нарастающим раздражением расстёгиваю молнию, проклиная всё на свете за то, что именно мне приходится это делать. Еле приподнимаю одну половинку чемодана и отбрасываю её на пол.

Беру первую попавшуюся стопку вещей и поднимаюсь по лестнице на второй этаж, стараясь ничего не растерять по пути. Коридор тускло освещает светодиодная подсветка, тянущаяся вдоль стен. Она словно освещает мне дорогу в ад.

Ускоряю шаг и спешу в самый конец коридора. Слева в стене замечаю еле заметную ручку. Дверь словно слилась со стеной, её почти не видно. Нажимаю на неё и толкаю от себя.

Оказываюсь в совсем небольшой, даже тесной комнате. Бегло осматриваю её. Вдоль всей стены стоит шкаф-купе с зеркальными дверями, отражая моё недовольство. Возле окна – туалетный столик с зеркалом, а напротив – кровать, застеленная серым покрывалом. Не уютно. Морщу нос. Мне совершенно не нравится эта коморка. Надо будет это исправить. Я же теперь хозяйка этого дома, и всё в моих руках.

Бросаю сумочку и вещи на кровать, даже не стараясь сложить их аккуратно. Снимаю пуховик, ощущаю, как взмокло моё тело от духоты, и бегу обратно вниз за следующей стопкой. И так несколько раз. Каждый раз, поднимаясь по лестнице, чувствую, как силы покидают меня, словно кто-то высасывает из меня энергию. На последней ходке, кроме вещей, захватываю и сам чемодан. Тащить его пустым наверх оказывается безумно тяжело. Чувствую себя грузчиком.

С трудом затаскиваю чемодан в комнату и, не сдержавшись, с грохотом захлопываю дверь. Чтобы он обыкался там.

С облегчением падаю на кровать, чувствую, как неприятно прилипает свитер к мокрой спине, но мне плевать, я так устала. На мгновение закрываю глаза, наслаждаясь тишиной и покоем.

Надо позвонить Денису.

Отыскиваю на кровати в куче вещей сумочку и достаю мобильный. Экран загорается, и я вижу пропущенные вызовы от брата.

– Алло, – в динамике раздаётся встревоженный голос брата.

– Я у Хасанова, – сухо сообщаю я.

– Ты ему сказала, чтобы он больше не трогал отца?

– Сказала.

– А про меня сказала?

– Нет, – цежу сквозь зубы.

– Ава, меня ведь из-за тебя сняли с соревнований, – с упрёком выговаривает он. Эгоистичная скотина.

– Из-за меня?! – взвизгиваю я, подскакивая с кровати. – А может, из-за отца? Это ему захотелось новую технологию этого урода, а тот решил, что может нами манипулировать.

– Ладно, ладно, успокойся, – словно делает мне одолжение. – Глупостей пока не делай. Когда отец придёт в себя, тогда и будем думать, что делать дальше.

– Как он? – спрашиваю уже тише, чувствуя, как гнев постепенно отступает, сменяясь тревогой за отца.

– Состояние стабильное. Ждём. Врачи говорят, нужно время.

– Завтра позвоню, – сбрасываю вызов, не в силах что-либо ещё обсуждать.

Бесит! Бесит Хасанов, бесит эта комната, бесит Денис, бесит отец, и больше всего бесит собственная беспомощность. Швыряю телефон на кровать и выуживаю из горы вещей шёлковые шорты и майку. Оглядываю комнату в поисках ещё одной двери.