Выбери любимый жанр
Мир литературы

Выбрать книгу по жанру

Фантастика и фэнтези

Детективы и триллеры

Проза

Любовные романы

Приключения

Детские

Поэзия и драматургия

Старинная литература

Научно-образовательная

Компьютеры и интернет

Справочная литература

Документальная литература

Религия и духовность

Юмор

Дом и семья

Деловая литература

Жанр не определен

Техника

Прочее

Драматургия

Фольклор

Военное дело

Последние комментарии
Сергей2018-11-27
Не книга, а полная чушь! Хорошо, что чит
К книге
Lynxlynx2018-11-27
Читать такие книги полезно для расширени
К книге
Leonika2016-11-07
Есть аналоги и покрасивее...
К книге
Важник2018-11-27
Какое-то смутное ощущение после прочтени
К книге
Aida2018-11-27
Не книга, а полная чушь! Хорошо, что чит
К книге

Завтра обязано быть (СИ) - Мирова Ульяна - Страница 29


29
Изменить размер шрифта:

Вкратце это звучало так: вечером, после отбоя, группа осужденных вышла на плац и остановила меня, выдвигавшуюся на обход по контрольно-следовой полосе. Они попытались отобрать ключ от калитки. Однако, заходившие для усиления дежурной смены, сотрудники других колоний спугнули их.

Еще Вера поведала Ирине, что я была напугана и плакала от страха.

И, поскольку мужской персонал заполнил собой все посты, было принято решение отпустить сотрудников женского пола по домам.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

После Иринкиного рассказа жизнь, которая казалась мне оконченной, заиграла новыми красками.

И, поскольку, даже если Вера не поняла истинную причину моих слез, то можно быть совершенно спокойной и уверенной в том, что другие не знают.

И тут, чувствуя, как огромная гора сомнений, страха, унижения начала медленно сползать с моих плеч, я снова разревелась. Вся боль, мучившая меня со вчерашнего вечера, выходила из меня реками слез. Когда слезы закончились, наступил мой черед рассказывать. Я поведала Ирине все, что тревожило меня. И я спросила ее, знает ли она, что с осужденным. Она поняла сразу, про кого я спрашиваю.

- Его нет в учреждении. И я не знаю, где он. Прошло уже больше месяца. За это время его могли этапировать куда угодно.

В тот вечер всех осужденных, покинувших помещения отрядов после отбоя водворили в дисциплинарный изолятор за нарушение распорядка дня. Каждый провел там свой срок. Позже всех этапировали в другое учреждение.

Ирина, узнав от меня подробности того события, понимала мое беспокойство.

- Мне звонили с того отдела, спрашивали, когда я смогу описать в рапорте события того вечера. И я думаю поехать завтра. – Я замолчала, ожидая ответа Ирины.

- А что ты изменишь тем, что в рапорте укажешь, что он вытащил тебя из толпы и защищал? Что изменится для него? – она вопросительно уставилась на меня.

- Ничего не изменится, - она стала отвечать сама, не дождавшись моего ответа.

- Он нарушитель, в тот вечер он нарушил распорядок дня и в дисциплинарный изолятор его водворили законно. Другой вопрос, почему он пошел тебя спасать? Это уже вопрос к тебе, почему? И этот вопрос наводит на мысль о «связях с осужденным», иначе зачем ему рисковать собой?

Я совершенно не думала об этом, но понимала, что Ирина абсолютно права. И, пытаясь спасти его, я могу сделать ему только хуже.

- А если ты еще озвучишь то, что он останавливал тебя на плацу, а потом писал тебе на мобильный, то ты утопишь и его, и себя. Помимо «связей» с тобой, его могут признать злостным нарушителем установленного порядка отбывания наказания за хранение мобильного телефона и перевести в строгие условия. Пожалей парня.

Крыть было нечем, Иринка была права на все сто. И мое присутствие завтра на работе становилось бессмысленным.

Ничего нельзя было изменить.

Когда она ушла, я увидела на тумбочке в коридоре выброшенный мною тогда телефон. Я стояла и смотрела на него непонимающим взглядом.

Когда наконец я нашла в себе силы включить его, телефон запиликал, оповещая меня о пришедших уведомлениях.

Их было много и почти все они оповещали меня о звонивших мне людях.

Несколько раз звонил Горин.

Я не готова сейчас с ним говорить. Я ни с кем не готова сейчас говорить.

Возможно позже.

Глава 15

Я отсутствовала на работе почти два месяца.

Сначала прошли синяки, потом срослись ребра. Сотрясение напоминало о себе редкими головными болями. И редкий кашель выдавал остатки пневмонии. Но я была здорова. Здорова и готова работать дальше.

Иногда звонил Горин. Я не брала трубку. Я не могла разговаривать ни с кем, даже с ним. Слушать слова сочувствия мне было невыносимо.

Жизнь на работе текла своим чередом. Все занимались своими делами, не обращая на меня совершенно никакого внимания. Даже Мадам.

А поскольку Мадам была как лакмусовая бумажка, которая меняла свое поведение при появлении пикантных новостей, то я окончательно убедилась в том, что я могу быть спокойна.

На работе меня не хватились, поскольку я отсутствовала по уважительной причине.

С утра я ушла в зону, одев форму, заботливо постиранную и выглаженную Ириной. Я не боялась встретить там своих обидчиков, которые, все до единого, убыли из учреждения.

Я попросила сопроводить меня в санчасть и там, дождавшись Иринку и заварив себе по кружке чая, в хозяйственной комнате мы пили чай и размышляли о том, сколько событий произошло на наших глазах за такое короткое время.

Если бы кто-то пару лет назад сказал нам, что может произойти подобное, мы бы не поверили. Мы бы сочли это бредом сумасшедшего. Как в такое можно поверить, смотря в детские лица осужденных?

Сегодня я планирую подать рапорт в тот самый отдел, описывая в нем события того вечера и особенно подробно я опишу действия спасшего меня осужденного. О других встречах с ним я умолчу. Я видела его четыре раза в своей жизни и была ему очень благодарна. И, возможно, мой рапорт хоть что-то изменит в его судьбе в лучшую сторону.

Размышляя об этом по дороге за зону, я увидела нездоровое оживление. Причину этого оживления мне озвучила Мадам, прихорашиваясь перед зеркалом.

После обеда планируется строевой смотр личного состава. На нем будут присутствовать сотрудники Главка.

Как некстати. В свой первый рабочий день так попасть.

Времени до построения практически не оставалось. Наскоро пообедав, я пошла переодеваться.

В строй я встала практически одной из последних.

Я стояла в ожидании руководства, которое должно было выйти из штаба с минуты на минуту и думала о том, чтобы это поскорее закончилось.

Когда прозвучала команда: «Товарищи офицеры»! я подняла глаза. В сопровождении начальника колонии, из штаба выходил Горин.

Глава 16

      Я смотрела на него и не понимала. Зачем он приехал, зачем проводит этот так невовремя организованный строевой смотр?

Я стояла и чувствовала, как он прожигает меня глазами. Мне казалось, что все сотрудники видят это.

Наконец, построение закончилось. Прозвучала команда: «Разойдись» и я пошла в сторону рабочего места.

Уже заходя в кабинет, я услышала трель телефона.

Горин, ну кто же еще может позвонить именно сейчас? Понимая, что от разговора с ним никуда не деться, я ответила на вызов.

-Добрый день, -начал он осторожно. Я решила последовать его примеру:

-Добрый день.

И он предложил мне встретиться на том же месте, где мы ранее с ним уже встречались. Похоже, это становится традицией.

Когда я подошла, он в нетерпении поглядывал на дорогу, откуда ожидал моего прибытия.

Увидев меня, Горин стремительно направился ко мне навстречу, окидывая меня жадным взглядом. Он рассматривал меня так внимательно, как будто хотел убедиться в том, что со мной в порядке.

-Слава Богу. - Он замолк на минуту и продолжил:

- Я переживал за Вас. Когда я узнал о произошедшем, места себе не находил.

Он подумал и добавил:

- Я думал приехать, потому что не мог дозвониться до Вас, но не хотел, чтобы у Вас были дома проблемы из-за меня. — Вот тут я была ему очень признательна. Что бы подумал Милый о его посещении?

- Когда мне сообщили, что Вы вышли на работу, я ни минуты не раздумывал, -он замолчал, а я смотрела на него и мне была приятна его тревога за меня.

И в эту минуту я понимала, что если такой достойный мужчина переживает за меня, то мне можно больше ничего не бояться. Ничего плохого со мной уже не произойдет. Он этого не допустит.

Я видела, что он совершенно искренен со мной.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

И я была благодарна ему за это.

Заключение

Прошло время. И все окончательно встало на свои места.

Моя жизнь вошла в прежнее русло.

Я жила все в той же квартире.

Я работала на той же работе.

Но я успокоилась Мне стало казаться, что все это было не со мной, в какой-то другой жизни, в другой реальности.