Пространство. Компиляция (СИ) - Кори Джеймс С. А. - Страница 344

Бык сглотнул. Отдавать командование было больно.

— Хорошо.

— Мы пытаемся вытащить капитана, — добавил Серж.

— Я ее предупредил. Надеюсь, что она не выходит на связь, пока не знает точно, кому может доверять, — сказал Бык и не стал договаривать: «Или они ее уже нашли».

— Ясно, — ответил Серж, и Бык услышал в его голосе ту же мысль. — А когда выследим Ашфорда?..

— Убивать его нам не разрешается, — ответил Бык.

— А если палец сорвется, нас простят?

— Возможно.

Серж усмехнулся.

— Мне пора, босс. Только, когда эс се серадо[7K27] и тебя сделают старпомом, придержишь для меня свое кресло, но?

— Пошел ты, — ответил Бык. — По мне, когда все закончится, хоть сам становись старпомом.

— Ловлю на слове, босс, — сказал Серж, и связь оборвалась.

Глава 39

АННА

Для первой проповеди, с которой Анна выступала перед прихожанами сразу после семинарии, она подготовила семнадцать листов с тезисами. Это был длинный разбор первой главы Малахии, посвященный отношению пророка к недостойным жертвоприношениям в связи с современными обрядами. Подробнейший анализ со всеми аргументами и доказательствами, какие только сумела собрать прилежная ревностная студентка. К концу проповеди Анна сомневалась, что среди слушателей остался хоть один бодрствующий.

Тогда она получила важный урок. Есть места для подробного изучения Библии. Есть даже места, где можно выступать с докладами перед паствой. Но люди приходят в церковь за другим. Узнавая чуть больше о Боге, они хотят стать ближе к нему, и важна именно эта близость. Теперь чаще всего для проповедей Анна обходилась заметками на одной-двух страничках и говорила в основном по вдохновению. С речью о «смешанных» паствах в глазах Господа она справилась, ни разу не заглянув в бумажку, и как будто приняли ее очень неплохо. Закончив короткой молитвой, Анна перешла к причастию, и астеры выстроились в очередь вместе с землянами и марсианами в дружелюбной тишине. Кое-кто обменивался рукопожатием, хлопал соседа по спине. Анна чувствовала, что ей удалось донести до слушателей самую важную мысль в ее жизни.

— Ну, слыхала я и похуже, — шепнула ей Тилли и задержалась, чтобы пожать руку женщине из астеров, которая со слезами на глазах благодарила за организацию собрания. Искренней улыбки у Тилли не вышло, но хоть глаза не закатывала.

Едва женщина отошла, Тилли заявила:

— Мне надо выпить. Пойдем, угощу тебя лимонадом.

— Бар закрыт. Пайки.

— У меня свои поставщики, — засмеялась Тилли. — Парень, ведающий распределением, за тысячу долларов продал бутылочку лучшего ганимедского пойла. А лимонад дал в довесок.

— За тысячу…

— Одно из двух, — перебила Тилли, вставив в рот сигарету, но не спеша закуривать. — Либо мы выберемся отсюда в Солнечную систему, где я богачка, для которой тысяча — не деньги, либо не выберемся, и тогда деньги вовсе ничего не стоят.

Анна кивнула, не найдя ответа. Как бы ни радовалась она дружбе Тилли, иногда приходилось вспоминать, что они принадлежат к разным мирам. Окажись у них с Ноно свободная тысяча долларов, она немедленно отправилась бы на счет, копивший Нами на колледж. Тилли никогда в жизни не приходилось отказываться от излишеств ради необходимого. Вот она, смешанная паства. Всех присутствовавших на службе астеров и внутряков объединяет только то, что никто из них не будет сегодня пить виски за тысячу долларов, — а Тилли будет.

Может, Богу и безразлично финансовое состояние человека, но только ему одному.

— Признаться, лимонад — это заманчиво, — сказала Анна, обмахиваясь ручным терминалом как веером.

Барабан «Бегемота» рассчитывался на обеспечение большего, чем сейчас, количества людей, но, превращая его в военный корабль, системы жизнеобеспечения срезали. Казалось, восстановители воздуха работали на пределе. Или всего лишь отказали кондиционеры. Словом, температура здесь была выше, чем привыкла русская, проведшая последние годы на ледяном спутнике Юпитера.

Распрощавшись с последними прихожанами, Анна вышла из палатки, направившись за Тилли. Снаружи было не намного прохладнее, но вращение барабана в сочетании с работой воздуховодов создавало слабый сквозняк. Тилли критически оглядела раскрасневшуюся подругу с прилипшими ко лбу волосами.

— Не волнуйся, все, кого ждали, уже здесь. Я пару дней назад слышала разговор Кортеса с какой-то шишкой из АВП. Жарче уже не будет. И как только придумают способ охлаждать воздух, не выпуская его в пространство, — сразу начнут.

Анна невольно рассмеялась и, заметив поднятую бровь Тилли, объяснила:

— Мы пересекли всю Солнечную систему, забрались в места, настолько далекие от Солнца, что о существовании Нептуна и не узнали бы, не заметь Бувард, как что-то сбивает Уран с пути по орбите…

Бровь Тилли поползла еще выше.

— Ну-ну?

— И вот мы добрались сюда, не знаю в какую даль, и со всех сторон у нас миллиарды километров пустоты, а мы всё умудряемся толкаться и потеть от тесноты.

— Слава богу, астеры додумались притащить сюда эту колымагу, — отозвалась Тилли, ныряя в свою палатку. Разложив походный стул, она запустила руку в пластиковый кулер. — Представляешь, если бы все мы собрались на «Принце»? Спали бы по дюжине человек в койке. Обожаю астеров!

Анна, стянув с себя сутану, положила ее на постель Тилли и осталась в белой блузке и юбке до колена. Тилли вытащила из кулера пластиковую грушу с лимонадом и протянула ей, а потом налила себе рюмку напитка, прозрачного, как вода, и пахнущего больничной дезинфекцией. Груша оказалась на удивление холодной, даже запотела. Приложив ее к шее, Анна стала наслаждаться прохладой.

— Откуда у тебя лед?

— Сухой лед, — поправила Тилли, закуривая, и сделала первый глоток. — Кажется, он чуть ли не сам собой получается при переработке воздуха — у них там полно углекислого газа.

Анна, услышавшая, сколько стоила бутылка виски, предпочла не спрашивать, во что обходится лед. Сперва они пили в уютном молчании. Холодный лимонад чудесно остужал перегревшийся организм. Потом Тилли предложила чего-нибудь съесть, и подруги сделали вылазку к продуктовому ларьку.

По тесным улочкам палаточного города проходили люди с оружием.

— Не нравится мне это, — заметила Тилли.

И в самом деле, вид у них был угрожающий. Не скучающие безопасники с пистолетами в кобурах, а мрачные астеры, до белизны в костяшках сжимающие пехотные винтовки и дробовики. В группе было не меньше двенадцати мужчин и женщин, и эти люди переходили от палатки к палатке, словно искали что-то. Или кого-то.

Анна дернула Тилли за рукав.

— Может, снова собрать людей в церковь, переждать?

— Энни, если здесь начнут летать пули, даже Бог не превратит палатку в надежное укрытие. Я хочу понять, что происходит.

Анна неохотно пошла за подругой, которая держалась параллельно вооруженной группе. Те двигались целеустремленно, изредка останавливались, чтобы заглянуть в палатку или задать вопрос прохожему. Анне почему-то стало страшно.

— О, — сказала Тилли, — а вот и мы!

Заместитель Быка — Анне припомнилось, что его звали Серж, — появился из-за большой палатки с полудюжиной своих безопасников. Даже на неопытный глаз Анны шестеро с пистолетами выглядели жалко перед дюжиной с винтовками, но Серж улыбался, как ни в чем не бывало. За его спиной стояла мускулистая женщина, и вот она напряженно скалилась. Почему-то от тревоги на чужом лице Анне полегчало.

— В барабане никакого оружия, са-са? — обратился Серж к вооруженным астерам, и его мощный голос донесся до случайных слушателей. — Бросайте.

— Вы-то сами вооружены, — процедила одна из астеров.

Винтовку она держала на изготовку.

— Мы — копы, — ухмыльнулся в ответ Серж, положив руку на рукоять своего пистолета.

— Уже нет, — ответила женщина, быстрым движением прицелилась и выстрелила ему в голову.