Цикл "Викинг". Компиляция книг 1-10 (СИ) - Мазин Александр Владимирович - Страница 280

Когда кнорр приблизился достаточно, чтобы можно было разглядеть его команду, то многие забеспокоились, потому что выглядели свеи серьезно. Все – бронные, хотя и на веслах.

Ну да, идущий встречным курсом драккар кого угодно насторожит.

– Поднимите белый щит! – распорядился Лейф.

– Нет! – перебил его Эйнар, вспомнивший, что именно он – хёвдинг, сообразивший, куда дует ветер. – Лучше нападем на них!

– Мы и нападем, – спокойно подтвердил Лейф.

– А белый щит? Это же обман!

– Это не обман, – с оттенком превосходства растолковал норег. – Это – хитрость.

– Но если узнают…

– Если узнают, – перебил Лейф растерянного хёвдинга, – подняли мы белый щит или нет, это уже всё равно будет. Но как узнают? Мы ведь никому не расскажем, верно?

Хирдманы поддержали его дружным взрыком.

– Но есть еще боги! – не сдавался Эйнар Прыщик.

– Сделаем им подарок, когда окажемся в святилище, – парировал Эйнар. – Боги любят тех, кто побеждает.

И опять команда Северного Змея выразила полное согласие с чужаком, а не с сыном своего убитого ярла.

И Северный Змей пошел к свейскому кнорру с белым щитом на мачте.

Теперь даже Гудрун видела, что кнорр сидит глубоко. А люди на нем настроены серьезно. Ну как же иначе, если прямо на тебя идет драккар с такими же бронными и оружными, пусть и с белым щитом на мачте? Были бы встречные мореплаватели мирными, не надели бы доспехов, не достали бы из ящиков оружие…

И тут в дело вступил Лейф. Ловко вспрыгнул на борт, показал пустые руки, показал, что просит свеев остановиться. Северный Змей тоже лег в дрейф, сбросив плавучий якорь…

Свеи затабанили. Терять им было нечего. Кнорру от драккара не уйти.

– Мы плывем в Хедебю! – прокричал Лейф. – К Хареку-конунгу! Вы заходили туда?

– Как раз оттуда! – крикнул в ответ здоровенный толстый свей. – И у нас есть кожа[184]от Харека-конунга, а идем мы в Роскилле. К Рагнару-конунгу.

Намек понятен. Харек – за них. И Рагнар, выходит, тоже за них. Кто тогда против?

– Значит, Харек-конунг сейчас в Хедебю? – поинтересовался Лейф.

– Был там, когда мы уходили.

– Это хорошо. А мы – из Сконе. Вот он, – жест в сторону Эйнара, – хёвдинг наш, Эйнар Торкельсон! Он из Сконе.

Эйнар выдвинулся вперед, кивнул важно. Но несмотря на всю свою важность рядом с Лейфом он выглядел тем, кем и был на самом деле. Юношеским прыщиком.

Свеи переглянулись и чуть подуспокоились. Как вождь Эйнар выглядел очень неубедительно.

– А это жена моя, Гудрун! – сообщил тем временем норег. – Она – с Сёлунда. И сам я – из Роскилле! Слыхали о том, что у нас было?

Успокоил. И заинтересовал. Большая часть свеев убрала оружие и сгрудилась у борта.

Потом толстый спросил: а что было?

– Война, – сообщил Лейф. – Сконе теперь за Рагнаром.

– А Харек-конунг?

– А что Харек? Вот мы придем в Хедебю, тогда и узнаем.

– А как цены в Роскилле?

– Это смотря на что, – уточнил Лейф. – Если на рабов, то упали, а если…

– На железо! – перебил толстый свей, должно быть, хозяин кнорра.

– Так вы железо везете? – спросил норег и получил утвердительный ответ. И пояснение: в Дании железо берут дороже, чем в Бирке[185].

Лейф поинтересовался ценами на железо в Бирке, потом спросил, почему не распродали товар в Хедебю?

Получил ответ, что они надеются расторговаться в Роскилле, где, по слухам, цена выше.

А как насчет риска? Всё же воды здесь северные, а кнорр – один-одинешенек. Вдруг кто польстится? В ответ на это главный свей достал кусок пергамента с оттиском печати Харека-конунга. И добавил, что Харек, за некоторую мзду, пообещал свеям безопасность, когда они пойдут вдоль побережья. Мол, только покажи такое – и любой ярл-грабитель тут же отвалит. А дальше, в водах Рагнара Лодброка, – еще проще. Кто рискнет напасть на судно, которое идет в Роскилле для торговли. Если такие корабли грабить, кто тогда товары повезет?

С этим доводом Лейф охотно согласился и сообщил, что так и есть. Рагнар Лодброк за такое шкуры с разбойников снимет и обтянет ими щиты своих хирдманов.

А вообще, если они хотят потолковать о важном, то лично он уже устал через воду орать. Для разговора можете перебраться к нам. Или мы – к вам.

Свеи посовещались и решили, что лучше – к ним. Проявили здоровую осторожность. Вдруг их старших на чужом драккаре повяжут?

Но это была лишь тень прежней осторожности. Лейф сумел их успокоить и заинтересовать.

Корабли сцепились и легли в дрейф. Лейфа и Эйнара пригласили выпить доброго пива и побеседовать о важном. То есть о том, что и почем торгуют сейчас в Роскилле и о какой войне шла речь.

Лейф с Эйнаром не возражали. Он и Эйнар и перебрались на кнорр, прихватив с собой третьего, Тьёдара Певца. Сконский скальд тоже умел располагать к себе людей. Насчет пива не обманули. Выкатили бочонок. На кнорре завязалась неспешная беседа.

Гудрун видела как стоявший неподалеку Фастайр алчно принюхивается и сглатывает. Он бы тоже от пива не отказался. А вот старший брат его Фари – напряжен и сосредоточен. Гудрун вспомнила: перед тем как перебраться на кнорр, Лейф шепнул ему что-то. Ему и еще нескольким сконцам повесомее. Что-то тайное…

Поначалу всё было мирно. Увидев, что Тьёдар прихватил с собой фидлу[186], свеи и вовсе расслабились. Выкатили пиво, расселись вокруг… Разговаривали о разном. Потом Тьёдар спел. Еще поговорили… Пиво настраивало на дружелюбный лад. Гудрун видела, что свеи совсем утратили бдительность, расселись вокруг скальда. Они отложили оружие, сняли шлемы. Смеялись, шутили…

И вдруг все переменилось.

Гудрун не слышала, что именно сказал хозяин кнорра. Да и сказал ли он что-то вообще? Какая разница? Тот, кто хочет найти повод для убийства, непременно его найдет.

– Как ты посмел сказать обо мне такое?! – гневно выкрикнул Лейф, вскакивая на ноги.

Никто ничего не успел сделать. Когда надо, норег был очень быстрым.

Только что он сидел и улыбался, а теперь уже – на ногах. Меч взлетел раз – и хозяин кнорра падает на палубу с разрубленной головой. Еще один взмах – и старший сын отправляется за отцом. И оба даже дернуться не успели, не то что взяться за оружие.

К чести оставшихся девяти свеев, труса они не отпраздновали.

Были они парнями бывалыми, храбрыми и знакомыми с пляской воинов.

И оружие было – при них.

Хозяин кнорра еще опрокидывался на палубу, а свеи уже повскакивали на ноги, и третьего смертельного удара Лейф нанести не успел. Только и смог, что отскочить назад – от сплотившейся стены щитов. То же сделали и Эйнар с Тьёдаром. Последний, прежде чем взяться за меч, заботливо припрятал под скамью музыкальный инструмент.

Кормчий свеев, остававшийся на корме, крикнул, чтобы рубили канаты, но было поздно.

Заранее готовые к кровавому обороту дела сконцы метнули копья – и половина свеев лишилась жизни, потому что строй строем, а когда на каждого бойца приходится не менее трех копий, брошенных с десяти шагов…

А Лейф опять показал себя непревзойденным бойцом. Когда строй свеев развалился, он прыгнул вперед и убил еще двоих: одного – подхваченным копьем, другого – уколом меча под щит.

Теперь в живых осталось лишь двое свеев. Понимая, что драться бесполезно, и не желая попадаться в руки врагов живыми, оба прыгнули в воду. Как были – в доспехах.

Один сразу пошел ко дну, а второй, кормчий, оказавшийся недюжинным пловцом, ухитрился уже под водой избавиться от железа, вынырнул локтях в сорока от корабля и быстро поплыл к торчавшим из воды скалам.

Стрелять в него начали не сразу: думали, что утонул. А потом ни одна стрела пловца не задела.