Цикл "Викинг". Компиляция книг 1-10 (СИ) - Мазин Александр Владимирович - Страница 601

— Думаешь, Рагнарсоны что-то отдадут? — усомнился брат.

— Им придется биться с такими же, как мы. И с англичанами, которых куда больше, чем нас. Да, им удалось побить нортумбрийцев, но это лишь малая часть всех здешних бойцов. А ведь есть еще франки. Чтобы попасть сюда, им надо всего лишь переплыть через пролив. А франки придут непременно. И не только они. Вот объявит главный христианский жрец в Риме большой поход в защиту здешних христиан — и здесь будет не протолкнуться от франкских шевалье и германских риттеров.

— Я не против подраться за право стать ярлом, — ухмыльнулся Медвежонок. — Я это люблю!

— У нас уже есть ярлство, — напомнил я. — Там, в Гардарике. А серебра хватит купить еще одно, хоть на Сёлунде, хоть на Геталанде. И учти: здесь мы всего лишь одни из многих вождей Рагнарсонов. Далеко не самые сильные. А я не хочу быть предпоследним в очереди на раздел добычи, брат. Я хочу быть тем, кто эту очередь составляет.

Медвежонок поскреб подбородок, подумал…

— Ладно, — сказал он. — Ты умен и удачлив. Ты — старший. Делай, как знаешь.

И я сделал. Сказал Ивару, что ухожу, и Бескостный мое решение принял.

Лишь напомнил, что я — его человек.

Что ж, я не против. Быть человеком Ивара Рагнарсона — серьезный бонус.

Особенно если держаться от него подальше.

К тому же мне не нравилась Англия. Ни в прошлой жизни, ни в этой. Ну не лежала у меня душа к здешним зеленым холмам.

Интересно, удастся ли Рагнарсонам сделать ее землей данов? Впрочем, я полагал, что это уже не моя проблема.

Глава, которую стоило бы считать эпилогом, но правильней все же назвать ее: «Пришла беда, откуда не ждали»

Сигурд и Ивар. Бескостный и Змееглазый. Больше никого. Два чудовища в человеческом облике. Правда, Ивар был моим чудовищем. Вернее, я — его. А вот Сигурд…

«Да он в ярости», — сообразил я. Сообразил не сразу, потому что ярость Змееглазого была ледяной. Нет, не так. ЛЕДЯНОЙ.

К счастью, рядом, очень вовремя, возник мой Волк, потому ужас не превратился в панику, а стал обычным страхом, с которым я неплохо умел управляться. Что и позволило мне не трястись, а стоять ровно и ждать, что скажут братья.

— Он неплохо послужил нам, верно, брат? — сказал Ивар, обращаясь к Сигурду.

«Нам», — отметило мое сознание. Уже не «мне», а всей компании «Сыновья Лотброка». Хороший ли это знак? Черт их знает.

— Неплохо послужил, — эхом отозвался Змееглазый. — И отказался от награды. Не захотел стать ярлом. Нашим ярлом.

Не может быть, чтоб Сигурд так взбесился оттого, что я отказался взять в правление кусок английской земли. Не дай Бог, если так!

— Я уже ярл, Сигурд-конунг, — рискнул я напомнить. — И как ярл я бился рядом с вами под знаменем Ворона.

— Верно, — согласился Змееглазый. — Ты храбр и хитер, как сам Локи. — И повернулся к Ивару: — Превзошел в хитроумии даже твоего Красного.

— И они неплохо поладили, — заметил Ивар. — Но мы позвали тебя не затем, чтобы похвалить, Ульф Хвити. Мы позвали тебя из-за твоего ярлства в Гардарике.

Вот теперь непонятно. И тревожно. На моем Замковом острове людей всего ничего. Гуннар Гагара, кучка молодых сёлундцев и несколько сотен кирьяльского ополчения, на которое, собственно, и был расчет, если что-то пойдет не так.

— Мое ярлство? Рагнар обещал мне, что конунг свеев…

— Слово отца — наше слово, — перебил меня Ивар. — Конунг свеев к тебе не придет. Во всяком случае, без разрешения нашего брата Бьёрна, а Железнобокий такого разрешения не даст. Нет, Ульф, нас интересует Гардарика. А раз теперь у тебя там своя земля, то ты должен знать эту землю и тех, кто там правит.

— Вообще-то мое ярлство — это не Гардарика… — Я тянул время, пытаясь сообразить, что им надо. — Она ближе к землям финнов. Но ты прав. О Гардарике я знаю немало. В Альдейгьюборге бывал. И в Пальтескье. И в Хольмгарде[277].

Рагнарсоны переглянулись.

— Хольмгард? — переспросил Ивар. — Это что за город?

— Из новых, — ответил я. — Быстро вырос. Место хорошее.

Братья вновь переглянулись. Но за Новгород я не опасался. Им сначала надо здешний кусок переварить, а это дело небыстрое.

Но не опасался я зря.

— В Гардарике видели «Пенногривого», — прорычал Сигурд. Именно прорычал. Позволил бушевавшей внутри ярости плеснуть наружу.

— Пенногривого?

Это еще что за зверь?

— Мой драккар! — рявкнул Сигурд.

Я похолодел. Все, писец князю Рюрику.

К счастью, лицо удержал. И спросил совсем спокойно:

— У тебя много драккаров, конунг. Прости, но я не знаю их поименно.

— Об этом ты слышал, — вмешался Ивар. — Все о нем слышали. Тот, что пропал.

— А… — Я позволил себе «вспомнить». — Конечно, слышал. Нечасто бывает, чтобы боги позарились на человеческий корабль. Видно, он и впрямь был очень хорош.

— Боги! — взревел Сигурд, поднимаясь. — Боги! Эти жадные крысы в Оденсе солгали мне! Не может такого быть, чтобы Один забрал мой корабль и отдал его какому-то любителю тюлених из Гардарики!

— Я знаю несколько правителей из Гардарики, — осторожно сказал я. — Ты можешь сказать имя?

Сигурд мотнул головой:

— Человек, который признал мой драккар, не знает, кто его украл. Но он видел, что на нем воины.

— Он не мог ошибиться?

Сигурд удивленно посмотрел на меня.

Ну да. Глупость сморозил. Перепутать корабли скандинавы в принципе не способны.

— И те воины, что были на твоем драккаре (из самосохранения я опустил слово «бывшем»), они точно из Гардарики? Точно не из людей Севера?

— Кто из людей Севера рискнет украсть корабль у меня! — зарычал Сигурд, нависая надо мной.

— Брат! — подал голос Ивар. — Брат, мы же хотим узнать правду.

Сигурд медленно выдохнул.

— Так и есть, — сказал он, опускаясь на скамью.

Я вытер рукавом его слюну со щеки.

— Хочешь, чтобы я помог тебе, Сигурд Рагнарсон?

— Да! — рявкнул Змееглазый. — Или ты думаешь, я позвал тебя пиво пить?

— От вашего пива я бы не отказался.

Только так. Нельзя показать страх. Тем более показать, что я что-то знаю. Драконы хотят от меня услугу? Не вопрос. Какова цена?

Сигурд сверлил меня взглядом. Но не знал, к чему придраться. Я же не дерзил, не требовал, просто высказал пожелание.

Ивар засмеялся.

— У этого ярла стальное сердце, — заявил он. И повысил голос: — Эй, там, принесите нам пива. — И уже мне: — Чего ты хочешь, Ульф? Еще один сундучок с золотом?

Хорошо сказал. С упором на «еще».

— Прямоты, — твердо сказал я. — И уважения. Вы — Рагнарсоны. Быть рядом с вами — честь. Тебя, Ивар, я чту не меньше, чем твоего отца. Не будь ты конунгом, просил бы назвать тебя другом. Сигурд — твой брат, и мне этого довольно.

Тут очень вовремя принесли пива, и я прервался. Потому что не знал, что говорить дальше. Не сказать же, то это варяги Хрёрека сперли его драккар. Они ведь мне теперь родня. А Хрёрек… Каким бы змеем он ни стал, но когда-то он взял меня, одетого в рвань, снятую с пугала, и поставил двумя ногами на Дорогу Славы.

А Сигурд… Сигурд — просто ящер, которому нравится вырезать у людей внутренности. Живьем.

— Так ты возьмешься узнать, кто украл моего «Пенногривого»? — не выдержал Змееглазый.

— Не уверен, что смогу узнать что-нибудь новое.

Вот не люблю врать. И всегда радуюсь, когда могу сказать чистую правду, причем в лицо.

— Хочешь, я дам тебе людей? — предложил Сигурд. — Три корабля, две сотни хирдманов. С ними ты любому в Гардарике колено на выю поставишь.

А вот не факт. И про выю. И про то, что это будут мои хирдманы. Хотя заманчиво… Нет, обойдемся.

— Тогда скажи, как поддержать тебя в этом вике?

— Ничего не надо, конунг. Я и так пойду туда, на свою землю. Сначала домой, на Сёлунд, потом в свой городок на острове, а потом и в Гардарику. И там у меня тоже есть друзья, которые накормят меня мясом, напоят пивом и расскажут, что случилось у них, пока меня не было.