Лишняя жена дракона. Газетная империя попаданки (СИ) - Новак Нина - Страница 7

Леди Руш склоняет голову и вздыхает:

– Клер все понимает. Я запрещу ей плакать.

Мужественные, четко очерченные черты Эдриана искажаются тенью сомнения. В подтверждение его гнева на щеках двигаются желваки. На миг венценосные скулы расчерчивает чешуей, но она тут же исчезает, успев вызвать испуганный взгляд леди Руш.

Служанка замирает у постели и Эдриан обращается к ней не глядя:

– Отоприте и приведите в порядок зеленые покои. Они достаточно далеко от меня и вполне приличны.

В глазах леди Руш вспыхивает радость, а я выдыхаю. Мне надо как-то отпугнуть муженька, пока он не вошел во вкус. Создавать «истинную» семью с этим мерзавцем хочется меньше всего.

А он оборачивается ко мне.

– Я, кажется, поторопился. Консумация подождет до окончания отбора. А потом, Мари, ты отправишься в малый дворец в Крашес.

Леди Руш сразу приподнимает подбородок и томно спрашивает:

– Мы уже можем начинать готовиться?

– Да. Отбор будет формальным, выиграет его ваша дочь. Но придумайте испытания поинтереснее, такие, которые не сможет пройти неграмотная.

Император делает паузу и косо смотрит на меня, а потом поворачивается к леди Руш:

– У Мари Идаль не должно быть ни единого шанса выиграть. Газетчикам лучше понять, что история с кольцом недоразумение, а моя избранница леди Клер Руш.

С этими словами Эдриан покидает спальню, оставив меня наедине с женщинами.

Вера, держи себя в руках. Не выпадай из роли неграмотной дурочки.

Но леди Руш на меня даже не смотрит, она прикрикивает на служанку:

– Слыхала? Открой зеленые покои и проводи туда эту уродину.

Уродину?!

Но приходится улыбаться и одергивать платье, переминаясь с ноги на ногу. Пусть думают, что я безобидная.

А леди Руш приближается и приподнимает мое лицо за подбородок.

– Наверное, я должна обращаться к тебе "ваше величество"? – ее голос течет как ручеёк, но глаза пылают опасным светом. – Я позабочусь, чтобы во время отбора ты проявила свои худшие качества. Ты оттенишь мою дочь и, можно сказать, обеспечишь ей победу.

Очень хочется заехать нахальной дамочке по уху. Но нельзя. Пока нельзя.

Отпустив меня, леди Руш дает распоряжения служанке и удаляется. Двигается она плавно, изящно, словно каравелла.

Я уверена, что история с дырявым матрасом была подстроена специально, чтобы иметь возможность ворваться в спальню и не допустить брачной ночи.

Меня переводят в другие покои, куда служанки заносят и одежду в двух чемоданах. В новой спальне довольно уютно, хоть она и небольшая. Отделка стен и мебели зеленая, дерево темное, частично использован мореный дуб.

– Вы чего-нибудь желаете, ваше величество? – спрашивает служанка и начинает кашлять, явно подавившись титулом.

– Спасибо. Я лягу спать.

Как только девушка уходит, я проверяю присланную одежду и обнаруживаю, что это кошмар!

Ярко-зеленые, серебряные, желтые платья, щедро украшенные блестками и бисером. Какие-то дешевые украшения. Уродливые сумки и неудобная обувь.

Что делать с подобным барахлом? Дорога ему одна – на свалку.

Снимаю туфли и валюсь на низкий диванчик.

Нужно будет попросить генерала Шарсо, чтобы подкинул нормальную одежду.

А затем мой взгляд останавливается на газетах, лежащих на журнальном столике. Здесь оставили довольно толстую пачку, а для меня это – источник ценной информации.

Я тянусь к пахнущим типографской краской листам и в голове рождается безумная идея. А что, если я стану освещать отбор как журналист?

Делать это придется тайно, осторожно и под псевдонимом, но какой получится эффект!

Или слишком безумно и опасно? А если еще и выиграть?

Посмеиваясь, раскладываю газеты и погружаюсь в чтение.

8.

Эдриан

От "жены" Эдриан выходит в неоднозначном состоянии духа.

Определенно, девушка внезапно стала красивее. Изменения слишком незначительные, но кто мог подумать, что умывшись и причесавшись, она... похорошеет?

Впрочем, ему мерещится что-то еще, что он никак не может ухватить за хвост.

Эдриан с силой трет переносицу, чтобы стряхнуть наваждение. Бесы, жена его возбудила, хотя решение консумировать брак он принимал с холодной головой.

И все-таки, до чего мерзко. Императрицей должна была стать его Клер.

Мысли о возлюбленной поднимают настроение, испорченное этой Мари Идаль. Она почему-то его слишком тревожит, а рядом с Клер Руш приятно и спокойно.

Сердце наполняется теплом, и он без раздумий направляется к её покоям. Проходя мимо стражи, Эдриан даже не замедляет шаг — охранники лишь почтительно склоняют головы. Но, переступив порог, он удивленно замирает. Комнаты леди Клер пусты.

Её камеристка мирно дремлет в кресле, склонив голову на плечо, но тишина кажется неестественной. Эдриан хмурится и рявкает:

– Где леди Руш?

Девушка вздрагивает и подскакивает с испуганными глазами. Поклонившись императору, упирается взглядом в пол и лепечет:

– Леди Руш плакала, а потом ушла. Кажется, она решила остаться на ночь у одной из своих подруг.

Ничего не ответив, Эдриан быстрым шагом выходит из покоев. Проводит ладонью по лицу и сдерживает порыв нестись искать Клер по комнатам придворных дам.

Любимая решила наказать его.

Ее упрямство вызывает глухое раздражение, но одновременно азарт и желание завоевать расположение девушки заново. Клер не имеет права противиться своему владыке.

За окнами дворца окончательно темнеет, но сенешаль настаивает на аудиенции и Эдриан принимает его в своем кабинете.

– Ваше величество, я выделил... кхм... – одетый в красный парадный сюртук высокий старик кашляет. – Я выделил небольшой штат слуг вашей супруге. Также к ее комнатам приставлена охрана.

Эдриан рассеянно кивает.

– Только пусть остается в тени, – роняет он. – Слухи о том, что я женился не должны выползти за пределы дворца. Возьмите со слуг и фрейлин магические клятвы молчания.

Сенешаль почтительно кланяется в ответ.

– Клятвы уже взяты, ваше величество.

Заснуть этой ночью нереально. Грудь распирает от темных желаний, но Эдриан пообещал Клер верность. Консумация, конечно, не могла бы считаться изменой, но если пойти сейчас к какой-нибудь развязной бабенке...

Нет, Клер не простит. Она и так обиделась.

Ночь император Дургара проводит в фехтовальном зале, где усердно оттачивает владение рапирой, которая не в ходу лет этак двести. Но детское хобби Эдриан пронес через всю жизнь и после неудачной женитьбы только и остается, что выпускать пар фехтуя.

Утром он принимает контрастный душ. Его личная купальня огромна и выложена темной плиткой. Когда-нибудь он приведет сюда Клер.

Эдриан представляет ее белое тело на фоне черно-серого мрамора и кривовато улыбается. А почему когда-то? Это можно осуществить уже сегодня.

Завтракать в одиночестве – его давняя привычка, почти ритуал. В этом есть что-то успокаивающее: тишина, размеренный звон серебра о фарфор, аромат крепкого чая.

Исключение он делает лишь для Клер. Но не в этот раз.

Эдриан склонен думать, что ее мать, леди Руш, подговорила девицу проявить упрямство.

Когда лакей приносит ему надушенную записку, император хмыкает. Так и есть – ему назначают свидание в зимнем саду.

Меньше всего ему хочется романтики, но надо как-то искупить вину, и он соглашается подыграть капризам пленительной женщины.

Во дворце несколько зимних садов и все они заселены редкими и магически сильными растениями. Для свидания Клер выбрала любимый сад его покойной матери и это внезапно коробит Эдриана.

Странно. Ведь леди Клер самый близкий ему человек. Наследие его матери должно принадлежать ей по праву, как будущей императрице Дургара.

А все же в груди нехорошо скребет.

Он проходит в сад и неприятный осадок тут же проходит. Клер, одетая в платье темно-вишневого цвета, разворачивается к нему. Ее глаза вспыхивают, но губы слегка дуются, выдавая обиду.