"Фантастика 2026-74". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Голд Джон - Страница 76

Взрослый мужчина и женщина в годах у Цепелина не вызвали никакого интереса. А вот старик в чёрной маске-противогазе приковал к себе внимание.

Зверь не говорил. Он не моргая смотрел на старика-учёного, казалось, выдавливая из того жизнь по капле. Тот вдруг покосился, схватился за горло и, хрипя, упал на колени. Его коллеги тоже.

Дроздов не мог сказать ни слова… Слова застряли в пересохшем горле. Исходящие от Зверя волны Жажды Крови не шли ни в какое сравнение даже с чудовищами из Врат S-ранга [6].

[Да что же такое!] — Анаболик всё никак не мог справиться с обрушившимся на него давлением.

У старика в противогазе прямо на глазах стали седеть волосы. Покрытая потом кожа становилась дряблой. У его коллег дела обстояли так же. Цепелин в прямом смысле слова выдавливал из них жизнь.

— Мы… Мы можем договориться, — прохрипел старик в противогазе.

— Договориться? — спокойно произнёс Цепелин. — Тебе нечего предложить мне, смертный. Я видел лабораторию и людей в клетках. Видел, что ты собирался сделать со Степаном ради своих экспериментов и мелочных амбиций… Я лично возьму тебя за руку и, отведя за грань, передам в лапы Смерти. Такой биомусор, как ты, не заслуживает права жить со мной под одним небом.

Переборов наваждение, Дроздов тряхнул головой.

— Зверь…

— Это МОЯ добыча, — Цепелин продолжал немигающим взглядом смотреть на старика. — Твоя осталась в лаборатории, Повелитель Зверей.

Всего на секунду Анаболику показалось, будто перед ним стоит другой человек. Не тот весёлый Цепелин, а какой-то другой человек. Зверь, ей-богу! Скорее даже Король Зверей.

— Охотница S-ранга из Франции! — Дроздов предпринял последнюю попытку. — Имя не помню. Считай это моей цеховой солидарностью. Если культ держит её в плену, надо узнать, где именно.

Прикрыв глаза, Зверь отозвал свою Жажду Крови. В тот же миг троица постаревших на двадцать лет учёных рухнула на пол.

— Аргумент. Кому-то надо будет зачищать EX-Врата…

Цепелин говорил так, словно речь идёт о шахматных фигурах, а не об Охотниках S-ранга.

— … Если этот биомусор скажет, где она, — холодный взгляд Зверя снова сосредоточился на учёных, — то их жизнь будет иметь хоть какой-то смысл.

— М-мы скажем! — просипела единственная дама. — Офис в Брюсселе. Жанну держат там. Вас… Собирались отвезти туда же.

Антон Цепелин

Выйдя из ангара с учёными, я сел на первую попавшуюся скамейку. Местные работяги оборудовали себе курилку. Даже пепельницы поставили.

Пока Дроздов звонил некоему Мизинцу, я медленно приходил в себя. Следя за флангами, Матроскин и Пётр встали по бокам. Благодаря Клейму Зверя питомцы прекрасно чувствовали моё настроение… Паршивое, надо сказать.

Мне понятны ошибки, совершаемые людьми «по незнанию». Например, охранники Академии по глупости вломились ко мне ночью в квартиру. Или когда Винни полез в битву, считая себя сильнее меня. Даже то, как мы с Анаболиком иногда рычим друг на друга. Тут всё логично. Зверь и Повелитель Зверей видят друг в друге естественных соперников.

Другое дело, когда блоха-учёный нагло разинул пасть на Охотника S-ранга [6]. Пленение Степана, ловушка на Дроздова, шантаж и угроза взрыва, вовлечение меня в эту мелочную игру… Скажем так. Культ Естественного Отбора в лице группы учёных совершил ряд ошибок, которые смываются только кровью.

[Культисты действовали отнюдь не «по незнанию». Это был осознанный злой умысел против тех, кто заведомо сильнее их… Естественный Отбор — это «осознанное зло».]

Если лев не будет убивать зарвавшихся гиен, они со временем сожрут весь прайд. Обожаемых им львиц, мелких львят, других самцов… Всех. Поэтому лев иногда обагряет клыки кровью гиен, но не устраняет их всех. Баланс тоже надо соблюдать. Того требуют законы Матери-Природы.

Оглушённого Степана осьминог усадил на скамейку рядом со мной.

— Что это было? — положив трубку, Анаболик указал на лежащих вповалку учёных.

— Разозлился немного.

Дроздов с презрением глянул на мужика в маске-противогазе.

— Пожалуй, не стану задавать вопросов про фокус с выдавливанием жизни. Скажи хоть, долго они ещё протянут?

— Эти трое, — смотрю на пострадавших, — месяц, максимум два. Остальных задело меньше. Протянут до трёх лет. Кстати, я сейчас уйду. Без обид, Дроздов, но я влез в это дело только из-за Степана. Все разборки с местными… Как их там? Полиция, кажется? В общем, это без меня. С тебя, Охотника S-ранга [6], никто не посмеет требовать отчёты. Мне же эта волокита не нужна.

Анаболик поморщился, но всё же кивнул.

— Обсужу детали с Мизинцем. Попрошу, чтобы без веских причин твоё имя нигде в отчётах не всплывало.

Похлопав конюха по плечу, я направился в сторону выхода из промзоны. Отойдя немного, вспомнил об одном важном пункте.

— Слушай, Дроздов. У вас же в гильдии есть свой алхимик?

Пора вплотную заняться вопросом перехода на D-ранг [2]. За последний месяц моя жизнь слишком часто оказывается под угрозой.

Глава 4

Послание с Небес

Оставив на Дроздова разборки с полицией и культом Естественного Отбора, я отошёл подальше. Огляделся и громко свистнул.

— Гав-гав!

Дворняга Хромая Молли выскочила из кучи палет. Вот уж кто умеет быстро оценивать угрозу и драпать, так это живущие на улицах собаки.

— Пора выполнить мою часть сделки, — произнёс я, гладя Молли. — Есть у меня один знакомый, который бесплатно возьмётся за твоё лечение, а не только осмотр.

Когда я подходил к парковке около трёх зданий-облаков, услышал звуки сирен. Машины скорой, полиция, даже вертолёт в небе появился. Пришлось отозвать Петра и кота Матроскина. В Петрограде есть закон, запрещающий выгуливать монстров и питомцев из Врат за пределами специально отведённых зон.

Вызвав такси, я сначала заехал домой и там снова призвал питомцев. Пусть радуются жизни. Заслужили!

— Мряу! [Моя лежанка!] — кот сразу забрался на подоконник, подставляя мордочку лучам солнца.

— Уру-ру! [Приготовлю ужин.]

— На меня не рассчитывать! — смотрю на осьминога. — Скорее всего, переночую в другом месте. В лучшем случае заеду к вам на завтрак.

Вклад питомцев в минувший бой пусть и невелик по объёму нанесённого урона, но весьма заметен по итогам. Только за счёт хаоса мне удалось оказать Дроздову необходимую поддержку. Без моей стаи культисты задавили бы Анаболика толпой в этой чёртовой лаборатории. Дроздов всё же Повелитель Зверей, а не боец-стихийник.

Вернувшись в поджидавшее меня такси, я направился в «Зверинец».

…

На часах было уже пять вечера, когда я выходил из машины, помогая Молли слезть с заднего сиденья. Прозвище «Хромая» дворняге дали отнюдь не за хорошее здоровье. Собака давно нуждалась в помощи ветеринара.

Дроздов к моему приезду уже сделал пару звонков. Потому в лечебнице «Зверинца» меня пропустили вне очереди. Из-за специфики гильдии к услугам ИХ целителей-ветеринаров прибегают едва не все Охотники из Петрограда.

Мы с Молли прошли через коридор, полный хозяев и их питомцев, ожидающих приёма. Кто-то недовольно зыркал, но, чуя давление Власти, не стал рта раскрывать. Так мы и дошли до кабинета, где проходит первичный приём.

Дама средних лет, увидев собаку, удивилась.

— Шеф, конечно, предупреждал… Не ожидала, что пациентом и впрямь будет пёс с улицы. К нам обычно с питомцами из Врат приходят.

Свистнув Молли, я указал взглядом на кушетку. Дворняга глянула на меня оскорблённым взглядом… Хромая МОЛЧА дала понять, что ей потребуется помощь, чтобы подняться на стол.

— Ах да! Ты же не можешь прыгать.

Вспомнив, я присел и сам поднял дворнягу на кушетку.

— Графиня! — киваю собаке. — Это ваш лечащий доктор. Можете рассказать, где и что болит. Я передам.

Ветеринарша усмехнулась, думая, что это шутка. Однако, когда я стал перечислять все жалобы Графини, улыбка тут же сошла с её лица. Пришлось в срочном порядке садиться за компьютер и создавать карту пациента. Её так и записали — Графиня Молли.