Ошибка неофита - Леонов Николай - Страница 5

– Ты меня совсем заждался, дорогой. Прости. Ведь ты понимаешь, что я не могла ее так просто отпустить. Мы немного прошлись и перекинулись парой слов. Екатерине сейчас очень тяжело. Я вижу, что добавляю хлопот, понимаю, что это может быть сложно, но оставить подругу совсем без помощи никак не могу.

– Это нормально, когда скорбящие люди хотят узнать, что и почему произошло с их родными, кто виновник всего, что случилось. Желание разобраться в трагедии, получить ответы на свои вопросы вполне объяснимо и совершенно естественно. Негоже оставлять друзей наедине с бедой. Поэтому я помогу, чем сумею, обещаю. А сейчас пойдем. Или ты хочешь что-нибудь заказать?

– Я действительно проголодалась. Прогулки этому способствуют, да и переживания, похоже, тоже не лишают меня здорового аппетита.

– А ты не продрогнешь? Начинает холодать. От реки повеяло сыростью.

– Давай закажем что-нибудь горячее, чтобы не простудиться. Мы ведь здесь ненадолго, поедим и можем домой возвращаться. В конце концов, там запросто можно найти занятие, очень подходящее для влюбленных супругов.

– Как скажешь, дорогая. – Разумеется, Гуров не стал возражать жене и в этом вопросе.

Глава 4

Утро следующего дня началось как обычно. Гуров с женой проснулись, торопливо привели себя в порядок, наскоро позавтракали, после чего разъехались, отправились каждый на свою службу.

По дороге в управление и потом, во время оперативки, полковник вспоминал просьбу Екатерины Строгоновой и прикидывал, как лучше навести необходимые справки. Ведь запрашивать материалы дела, которое расследуют коллеги, без особой надобности не принято. Отправляться в отделение, чтобы поговорить, так сказать, в неофициальной обстановке, в рабочее время не положено.

В конце концов Гуров принял решение поговорить с генералом Орловым и честно попросить позволения прояснить все интересующие его вопросы прямо сегодня, в течение дня. В конце концов, Петр Николаевич был не только начальником, но и давним другом сыщика.

Когда оперативка закончилась и генерал Орлов отпустил всех подчиненных, Гуров задержался в его кабинете.

Отвечая на немой вопрос начальника, он сказал:

– Петр, если ты не слишком занят, то я хотел бы с тобой поговорить, обсудить пару важных моментов.

– Конечно, Лева, рассказывай, что там у тебя.

– Отпроситься хочу сегодня, примерно с обеда, может, чуть позже, и до конца дня. Срочных дел у нас со Стасом сейчас нет, а с текущими вопросами он и сам вполне справится. Я уже договорился с ним на этот счет.

– Конечно, Лева, я тебя отпускаю. Что-то случилось, да? Какие-то проблемы дома?

– Нет, дома все хорошо. Мария попросила помочь своей подруге, коллеге по творческому цеху, Екатерине Строгоновой. У этой женщины недавно убили сестру, а следователи не разглашают никаких подробностей. Вот я и взялся все разузнать. Так что мне придется пообщаться с коллегами, так сказать, неофициально. Я уже узнал, этим делом занимается отделение, которое находится в районе Братеево.

– А что за дело такое? – спросил Орлов и слегка нахмурился.

Генерал-лейтенант совершенно справедливо считал, что обязан контролировать все действия своих подчиненных, касающиеся профессиональной сферы. По своему собственному, очень даже немалому, опыту он хорошо знал, что интерес к делам коллег кончается по-разному. Возникают и не совсем приятные ситуации. Иной раз дело доходит не только до резких взаимных упреков, но и до разборок на высшем уровне. Так что прежде чем начинать интересоваться чужими вопросами, лучше вначале несколько раз подумать и подстраховаться.

– Петр Николаевич, пойми, я не собираюсь ни во что вмешиваться. Коллеги работают. Вполне вероятно, что у них все под контролем. Насколько мне удалось выяснить на данный момент, все то, что произошло в ресторане «Арагви», похоже на простую бандитскую разборку или на устранение авторитета, который что-то с кем-то не поделил. От выстрела, сделанного с дальнего расстояния, погиб Георгий Горевадзе, известный в узких кругах под кличкой Гиви. Пару десятилетий назад он руководил крупной группировкой, а потом вроде бы совсем отошел от дел. Но, разумеется, никто не знает, чем на самом деле промышлял этот субъект.

– А каким боком к этому покушению оказалась причастна подруга твоей жены?

– Да не сама подруга, а ее младшая сестра Галина Родионова. В том-то и дело, что никаким. Похоже, она просто шла мимо, по своим делам, и в числе других прохожих попала под перекрестный огонь. Ведь подпитые бандиты или телохранители авторитета – уж не знаю точно, кто именно – открыли огонь в ответ. Там наши коллеги кого-то задержали. Я выяснил, что уже возбуждено уголовное дело, следствие сейчас в самом разгаре.

– Но если ты уже и так практически все выяснил, зачем тогда ездить, коллег расспрашивать?

– Я просто оказываю услугу женщине, которую очень ценит моя жена. У Екатерины и ее безутешной матери есть вопросы. Чтобы ответить хотя бы на часть из них, я должен быть в курсе всех подробностей этой истории. Согласись, Петр, что сводки отображают далеко не все. Кроме того, следователи работают и к этому времени могут знать гораздо больше.

– Ладно, поезжай, – сказал генерал-лейтенант и махнул рукой, отпуская полковника.

– Хорошо, спасибо, Петр Николаевич, – произнес Гуров, поднялся и направился к выходу из кабинета.

– Погоди, Лев Иванович. Ты ведь не собираешься вмешиваться в расследование? Точно?

– Конечно, нет. Да и зачем, какой в этом смысл? Я просто наведу справки, соберу сведения из первых уст, потом расскажу матери и сестре погибшей женщины, все, что не повредит следствию, и на этом все, обещаю.

– Ладно, тогда я спокоен. Можешь идти, Лева. А я на всякий случай свяжусь с тамошним начальством, утрясу все формальности, чтобы не вышло недопонимания.

Глава 5

Отдел МВД района Братеево находился на улице с таким же названием, располагался недалеко от МКАДа. От управления туда можно было добраться на метро и наземном транспорте, с несколькими пересадками, что не очень-то и удобно. Кроме того, потом полковник собирался встретиться c Екатериной и ее матерью. Поэтому он решил добираться до отдела на своем «Пежо», рискуя надолго застрять в послеобеденных пробках.

Перед самым выездом Гуров снова навел справки и узнал, что дело о перестрелке в ресторане «Арагви» ведет капитан Самойлов Евгений Борисович. Он позвонил дежурному и предупредил о своем визите.

Лев Иванович как никто знал, что работа следователя лишь в какой-то степени состоит из допросов и написания протоколов в кабинете. Хороший специалист безвылазно за столом не сидит. В течение дня он может оказаться где угодно. А Гурову было необходимо застать капитана на месте, чтобы тот обязательно его дождался.

Гуров подъехал к широкому зданию, выстроенному из белого кирпича, около трех часов дня. Он неторопливо поднялся по ступенькам, вошел внутрь и остановился перед турникетом, который разделял небольшое фойе и располагался сразу за окошком дежурного. Навстречу ему как раз шли несколько мужчин. Поэтому Лев Иванович отошел чуть правее, пропустил их и полез в карман куртки за удостоверением, чтобы представиться дежурному и уточнить, в какой именно кабинет ему следует пройти.

В этот момент дежурный, розовощекий блондин плотного телосложения с погонами старшего лейтенанта, высунулся в окошко и зычно выкрикнул:

– Эй, Самойлов, ты куда это лыжи смазал? К тебе же сегодня приедет какой-то полковник из главка. Оттуда звонили, предупреждали, что он после пятнадцати ноль-ноль будет, и просили тебя никуда не отлучаться.

Эти слова прозвучали слишком гулко. Они отражались от стен фойе, отделанных матовой керамической плиткой.

– Ну его, этого полкана, – буркнул высокий мужчина примерно сорока лет, одетый в черные джинсы и основательно потрепанную кожаную куртку.

Его физиономия тоже была слегка помятой, подпухшей и давно не бритой.