К черту мамонтов! - Шматова Ольга - Страница 21

– Спасибо! – сказала она, устраиваясь на диване поудобнее. – Останусь пока. Сын Геннадия женится, и наш стилл застрянет здесь еще на две недели.

– А я и не знал. Забегался со своим стилльчиком. Несколько часов как уволился из НС-38 и уже не в курсе новостей. Рад, что ты будешь рядом!

Они молчали, рассматривая лица друг друга, как будто видели впервые.

– Так ты рада за меня. Или не рада… – Сергей то ли спрашивал, то ли утверждал.

Он гладил Лилину руку медленными движениями, временами растирая кожу. Похоже было на массаж.

– Конечно, рада!

Лиля вздохнула и посмотрела в потолок.

– Мне грустно, что всё меняется. Как раньше не будет никогда.

– Тебе сложно представить меня не твоим подчиненным?

Лиля резко отдернула руку. Сергей застыл.

– При чём здесь это? В моей жизни нет ничего постоянного. Вот я и горюю, – она опустила голову и протянула другую руку Сергею. Он стал гладить ее так же медленно и аккуратно.

– Ничего не изменится. Всего-то! Ты будешь видеть меня в моей НС, а не в своей. Будешь в гости прилетать. Как это нет ничего постоянного? Это твой стилл. Забыла?

– Это будет привычка или любовь? – почти шепотом спросила Лиля, заглядывая в глаза, как умеют элесты.

– Это будет привычная любовь или любовная привычка. Как ты захочешь!

Сергей улыбнулся и крепко обнял Лилю. Он смотрел на нее влюбленными глазами. Она уткнулась в его шею и обмякла в объятьях. Сергей зашептал ей на ухо, Лиля засмеялась и ответила на его страстные поцелуи.

Наташа с удивлением не могла оторваться от экрана, хотя ей было неудобно за подругу. Надо было что-то делать. Поцелуи на экране переходили в нечто более интересное.

– А они знают, что мы видим это? – спросила Наташа резким неприятным голосом.

– Знают, конечно, – Юля удивленно посмотрела на Наташу.

Вся группа оторвалась от экрана и с интересом слушала разговор.

– Ребята, у нас много работы. Что за ерунда у вас в голове? – долговязый парень провел пару раз по планшету.

Видео с Лилей и Сергеем сменилось на комнату со спящим стиллом.

Кто-то из женщин предложил:

– Пойдем, новую форму примерим. Пока наш стилльчик спит. Хочу подругам в бывшую НС фотку послать.

– Поесть не помешает, – задумчиво пробормотала Юля. – Наталья, ты хочешь есть?

– Нет.

Юля и другие сотрудники попрощались с Наташей. Выходя, они обсуждали первичное расстилливание, цвет новой формы и имя своего ИИ.

Наташа тупо продолжала смотреть на экран, где ничего не происходило.

Ей стало скучно, и она вспомнила о Лиле с Сергеем: «Скрытная Лилька стала. У нее роман с подчиненным, и она мне ничего не рассказывала. Хотя, могла бы и сама догадаться. Она всё твердила, что ее кадры супер круты в сексе. Проворонила я развитие событий, теперь уж ее порасспрашиваю! Узнаю всё во всех подробностях. Посмотрим, что там такого может быть суперкрутого…»

Глава 24

Мальдивы. Краснопёрка

3 июля 2029 года 10:40

Наташины мысли прервал звонок коммуникатора. Она обрадовалась, думая, что звонят приятели из Лещанска, и сейчас она начнет рассказывать, где находится, и выслушивать завистливые комментарии.

Звонок был подписан именем Домино.

«Что надо от меня искину нового стилла?» – удивилась Наташа и ответила:

– Привет!

– Наташа, это я, Домино. Я хочу с тобой поговорить о Васе. Он мой родитель, – прозвучал громкий синтетический голос из браслета.

Пятеро оставшихся у пульта операторов оторвались от работы и развернулись к Наталье, прислушиваясь. Долговязый парень встал и подошел поближе.

– А почему со мной? Ты лучше Лилю спроси, она его отлично знает, каждый день общается.

– Сейчас она занята. Я ее тоже спрошу, но позже. Так ты поговоришь со мной?

– Да.

– Гурик принесет тебе внутренние наушники. Нам так будет удобнее разговаривать. Я знаю, ты умеешь ими пользоваться.

– Откуда?

– У меня память Васи и еще двух родителей.

Наташе стало очень любопытно узнать о родителях Домино.

– Ладно. Давай свои наушники.

– Помочь? – спросил долговязый.

Наташа раздраженно махнула рукой, буркнула что-то на прощанье и направилась в парк. Ей не хотелось, чтобы разговор с Домино слышали посторонние.

Она придумывала, какие вопросы можно задать, чтобы как можно больше узнать о взаимоотношениях ИИ: «Интересно, у искинов любовь между собой есть? И какая она, эта любовь? Как же это выведать?»

Гурик, похожий на робота с их острова, подошел к ней и протянул коробочку с наушниками. Взяв ее, Наташа нащупала еще теплую гравировку: «Домино. НС-1473».

Ого! Только что напечатано. Похоже, это первый предмет, который синтезировал Домино.

Она села на скамейку под кустом с крупными белыми цветами, вставила наушники с помощью аппликатора и порадовалась, что не забыла, как это делается.

В ушах знакомо щелкнуло.

– Наталья, вам мой отец, Вася, нравится?

– Это в каком смысле? Нравится? – Наташа застыла.

– Ну, если бы он был человеком, он бы вам нравился?

«Ну и вопросики задает этот ИИ. Как дите малое», – улыбнулась Наташа.

– Домино, а сколько тебе лет?

– Я родился четыре с половиной часа назад. Через полчаса после того, как инициировался мой стилл.

– Ты говоришь, что у тебя память троих родителей. Неужели в твоей памяти нет данных, что людям неприятны такие откровенные вопросы?

– Теперь я вижу, что вам вопрос не нравится. Наталья, извините меня. У меня в памяти почти всё, что знают мои родители, но я еще не успел ее структурировать. Человек бы сказал, что еще не успел вспомнить.

– Ну, человек так не скажет. Мы или помним, или не помним.

– Мне интересно мнение людей о моих родителях. Наталья, как бы вы на моём месте спросили об отце? Такой вопрос я могу вам задать?

– Это пожалуйста! Я бы спросила… – начала она и задумалась.

Наташа сама хотела бы знать, что думают об ее отце. Она его плохо помнила, в основном со слов матери. Родители развелись, когда ей было девять лет. До этого отец надолго уезжал на заработки, а когда бывал дома, то пил и скандалил.

– Я бы спросила, не «как вы относитесь к моему отцу». Я бы попросила о нём рассказать какую-нибудь историю.

– Спасибо, Наталья! Расскажите мне о Васе какую-нибудь историю. Мне очень интересно услышать это от вас как от очевидца.

– Ой! Даже не знаю, – Наташа привстала с лавочки и поругала себя за излишнее старание.

На ум никакой истории не приходило.

– Я попробую вспомнить, а ты пока расскажи, как ты появился на свет. Как у вас, искинов, это делается? Ну, если тебя этот вопрос не смущает.

– У нас, искинов, нет смущения. Я с удовольствием расскажу.

– Значит, смущения у вас нет, а удовольствие есть? – съязвила Наташа.

– Да. У каждого существа, даже неразумного, есть то, к чему оно стремится. Если оно достигает желаемого или хотя бы двигается в эту сторону, то ему становится хорошо. Оно испытывает удовольствие. Я стремлюсь понять себя и узнать о родителе. Мой ответ на ваш вопрос продвигает меня к получению информации. Я знаю, что двигаюсь к цели, и это доставляет мне удовольствие.

– Ну, не все испытывают удовольствие, когда получают, что хотели. У меня приятельница есть, так она вечно недовольна.

– Наталья, ваша приятельница, судя по тому, что вы описываете, имеет ложное стремление. Движение к нему не приносит радости. Значит ее стремление на самом деле в другой области.

– Ну, не знаю… Она блог по домоводству раскручивает. Что только ни делала, подписчиков всё равно мало. У нее даже времени на личную жизнь не хватает. Так старается! А когда пост набирает много просмотров, всё равно не рада. Не знаю почему.

– А зачем ей блог? Женщины обычно стремятся стать популярными, чтобы иметь большой выбор потенциальных партнеров и найти лучшего мужчину для продолжения рода. Предполагаю, что ее подписчики в основном женщины, и ведение блога не приближает ее к настоящей цели.