Опозоренная невеста лорда-дракона (СИ) - Даниярова Рута - Страница 4

— Это ты виноват, Симус, ты! — тетя повышает голос. — Ты отправил его в Гроверхейм заводить нужные связи… А вместо этого он завел любовницу и наделал долгов во всех игорных домах!

— Ты сама его с детства баловала, Элоиза! — В комнате за дверью что-то с грохотом падает. — А теперь из-за него мы можем лишиться доли в руднике!

Тетя и правда боготворила сына и потакала всем его капризам. Когда четыре года назад Гилберт уехал в Гроверхейм, я вздохнула с облегчением. Он вечно делал мне мелкие пакости.

— Лорд Мэлком сегодня потребовал выплаты по долгам Гилберта, но я выпросил отсрочку на месяц, пока заплатил только проценты. К тому же он готов списать половину суммы, если женится на Лилиане.

— Симус, где твоя голова! Если он женится на девчонке, то и так приберет к рукам весь рудник как её муж! — тетя опять почти кричит.

— Ты права, Элоиза, — дядя тут же соглашается.

— Послушай, Симус… — тетка понижает голос до едва слышного шепота, и я, затаив дыхание, замираю у двери. — У Лилианы слабое здоровье после той лихорадки. Всегда можно сказать, что она не пережила… скажем, внезапной болезни… Никто и удивляться особо не будет. Не придется ломать голову, как сохранить доходы.

— Не торопись, Элоиза. Драконы очень богаты. Посмотрим, может быть, после свадьбы Беатрисы…

Дальше их голоса стихают до неразборчивого шепота…

Я отшатываюсь от двери, похолодев от ужаса. В ушах звенит, а по спине бегут ледяные мурашки. За этой дверью решают мою судьбу.

Я понимаю: дяде с тетей очень не хочется лишаться доходов от медного рудника и моста в Соколином ущелье. Они решают, как лучше избавиться от меня. Возможно, брак с отвратительным лордом Мэлкомом — еще не самая плохая участь из тех, что они там обсуждают?

На цыпочках я возвращаюсь в свою комнату, забыв о молоке, и запираю дверь на засов. Спать не могу. Оставаться в этом доме — безопасно ли это теперь?

Мне срочно, прямо завтра же, нужно увидеться с Илиасом!

* * *

Утром за завтраком мне совсем не хочется есть.

Смотрю, как Беатриса с рассеянным видом намазывает сливовым джемом хрустящую пшеничную булочку. Дяди Симуса нет за столом. Наверняка его мучает жестокое похмелье после вчерашних возлияний.

Тетя Элоиза обращается ко мне с легкой улыбкой:

— Ты плохо ешь, Лилиана. Тебе не мешало бы немного поправиться. Мужчины любят, чтобы было за что ухватиться.

— Нет аппетита, тетя, — отвечаю я, отодвигая тарелку.

Зато Элоизе не надо поправляться — она уже давно это сделала. В молодости, несомненно, она была такой же хорошенькой куколкой, как Беатриса. Но сейчас ее фигура расплылась, а на все еще миловидном лице с насмешливыми глазами заметен второй подбородок.

В столовую бесшумно вплывает мажордом Генри. Это сухощавый, подтянутый мужчина лет пятидесяти с аккуратными залысинами и очень светлыми глазами. Он заправляет всеми слугами в доме и предан тетке до мозга костей.

— Госпожа баронесса, позвольте доложить, мне необходимо съездить в город. Нужно закупить провизии к предстоящему ужину, сладостей и тот самый зеленый бархат для новых портьер в гостиную, его наконец обещали привезти.

— Хорошо, поезжай, — кивает тетя, отхлебывая кофе. — Затем зайдешь ко мне для отчета.

У меня сердце подскакивает в груди, как мячик. Это отличный шанс попасть в город и увидеться с Илиасом, не дожидаясь вечера.

— Тетя Элоиза, можно мне тоже съездить в город с Генри? Хочу купить успокоительных трав в аптеке, — спрашиваю я, стараясь придать лицу спокойное выражение. Ни за что не хочу, чтобы она заподозрила мою тайну и догадалась, что я подслушивала прошлой ночью.

— Ладно, — нехотя соглашается она. — Заодно купишь мне лекарство от мигрени. То, что в синем флаконе.

Через четверть часа я уже сижу в добротной крытой повозке рядом с мажордомом. Колеса мерно постукивают по щебню. Генри рассуждает о том, сколько еще хлопот предстоит до приезда жениха Беатрисы, а я целиком погружена в свои мысли.

Через час мы уже в городе, и я прошу остановить повозку возле книжной лавки под предлогом поиска нового романа.

Генри с кучером едут дальше по своим делам, а я, выждав немного, перебегаю пыльную мостовую и открываю дверь лавки, где работает Илиас.

Я замечаю его сразу, но замираю у входа, не решаясь подойти. Илиас оживленно беседует с какой-то богато одетой дамой в серебристом бархатном платье Он любезно улыбается при каждом ее слове.

Подхожу чуть ближе, притворяясь, что рассматриваю веера, и ловлю обрывки фраз.

— Эта ткань, леди, просто меркнет перед вашими глазами. Изумрудный шелк — вот что подчеркнет их глубину!

Дама вся розовеет и расцветает под его взглядом, а у меня в груди рождается неприятное, темное чувство. Словно кошки скребут и оставляют глубокие кровоточащие царапины на самом сердце. Он улыбается ей так же ласково, как и мне!

Наконец, довольная покупкой дама удаляется, и Илиас замечает меня. По его лицу пробегает легкая тень досады. Я делаю вид, что с упоением разглядываю расписную керамическую посуду.

Он быстро подходит ближе и шепчет у меня за спиной, так, что от его дыхания пробегают мурашки:

— Лили, зачем ты пришла? Мы же договаривались на вечер. Это опасно.

— Мне очень нужно с тобой поговорить. Срочно, — тихо, но настойчиво отвечаю я.

— Обойди лавку снаружи и жди за углом, на заднем дворе. Я выйду, как только смогу, — коротко бросает он.

Через несколько долгих минут Илиас выходит, озираясь по сторонам.

— Что случилось, Лили? — беспокойно спрашивает он, беря меня за руку. — И почему ты надулась на меня?

— Я видела, как ты ласково ухаживал за той леди и превозносил ее глаза, — выпаливаю я, и голос предательски дрожит.

Он снисходительно улыбается, объясняя мне, как маленькому, несмышленому ребенку:

— Мне нужно быть любезным, чтобы продать товар. Это моя работа, Лилиана. Если я буду стоять хмурым, никто не купит даже наперсток. Это просто работа, ничего более. Не ревнуй, моя красавица. В моем сердце место только для одной — для тебя.

Я таю от этих слов, но тут же вспоминаю, зачем пришла.

— Илиас, ты должен меня выслушать! — начинаю я, хватая его за рукав. — Дядя хочет выдать меня замуж за старого лорда, а тетка… она замышляет нечто гораздо хуже!

Волнуясь и сбиваясь, я выкладываю ему обрывки подслушанного разговора.

— Значит, у тебя есть наследство? Земля и медный рудник? — переспрашивает Илиас, и в его глазах загорается новый, незнакомый мне огонек.

— Да! Но я смогу получить его только после замужества! — восклицаю я.

Любимый замирает, раздумывая. Я с тревогой вглядываюсь в его красивое лицо, понимая, что от его следующей фразы зависит вся моя жизнь.

Он пристально смотрит мне в глаза, и мое сердце замирает в груди.

Илиас берет мою ладонь, подносит к губам и страстно целует.

— Лилиана, нам нужно пожениться. Тайно. Не здесь. И тогда мы сможем, спустя какое-то время, когда гнев твоего дяди уляжется, вернуться и потребовать твое наследство!

— Вернуться? — не понимаю я.

— Мне скоро нужно будет возвращаться на родину, в Тешинор. Но это слишком близко. Твой дядя легко нас найдет.

Илиас ненадолго задумывается, а потом лицо его озаряется.

— Недавно я встретил здесь знакомого капитана корабля. Он вскоре отправляется в Саридену. Знаешь, где это?

— Я слышала, что Саридена — далекое королевство за двумя морями, где никогда не бывает зимы, — шепчу я.

— Умница, Лили. Если бы у нас были деньги, мы могли бы купить места на его корабле, удобную каюту на двоих. Я открыл бы небольшую лавку в портовом городе, мы нашли бы уютный домик с маленьким садиком у моря. Там всегда солнечно. Море теплое, как парное молоко, а люди улыбаются даже незнакомцам.

Слова Илиаса звучат для меня как сладчайшая музыка. Я закрываю глаза и на мгновение представляю это: я встречаю его вечером с малышом на руках на пороге нашего белого домика под красной черепичной крышей… Мы сможем уехать отсюда и начать новую, свободную жизнь!