"Фантастика 2026-76". Компиляция. Книги 1-35 (СИ) - Буланов Константин Николаевич - Страница 208

— Не стрелять, свои! — крикнули с лестницы. — Отдельный корпус жандармов!

Ну слава тебе, Господи, наконец-то! Прибыли наши спасители в силах немалых, и с тушением огня справились без привлечения пожарных. Эти, правда, тоже приехали, но в квартиру Денневитц их не пустил, и пришлось им ограничиться осмотром чёрной лестницы.

А вот бригаду, как тут говорят, кареты скорой помощи, Денневитц впустил. Тёзка до их прибытия успел посмотреть Воронкова и убедился в своём полном бессилии. Ну, не совсем, к счастью, полном — он всё же смог уменьшить кровотечение, а я подсказал, как из имевшихся у нас материалов изобразить что-то похожее на окклюзионную повязку, [1] объяснив заодно, зачем она в данном случае нужна.

Зато на младшем унтер-офицере Дягилеве тёзка душу отвёл. Говоря о царапине, унтер, конечно, слишком расхрабрился — пуля хоть и вправду прошла по касательной, но дельтовидную мышцу не поцарапала, а заметно так порвала, пусть и не особо сильно. Дворянин Елисеев убедительно показал, что учился у Эммы не зря, и уже через неполную минуту о ранении напоминала только полоска нежно-розовой кожи.

— Премного благодарю, ваше благородие! — прочувствованно выдал Дягилев, с лёгким изумлением осмотрев результат тёзкиных трудов. Тоже вот, кстати — не имея классного чина, внетабельный канцелярист Елисеев не имел и права на именование благородием, но ещё с тренировок в телепортации унтера обращались к нему именно так, в том числе и формально состоящий в одном чине с тёзкой вахмистр Чучев.

Повязку, что тёзка сделал Воронкову из смятой шляпы и рукавов, оторванных от рубашки самого титулярного советника, врач со «скорой» похвалил, но его подручные тут же заменили её на нормальную. Перевязали также раненого в ногу жандарма и двух налётчиков. Воронкова забрали сразу и повезли в военный госпиталь, как распорядился Денневитц, остальным вызвали ещё две кареты. Увы, ранеными наши потери не ограничились — погибли оба полицейских, дежуривших у чёрного хода. Однако, как бы там ни было, пришло время заняться прочими нашими делами.

Нападавших, как выяснилось, было семь человек, потому им и удалось быстро справиться с двумя охранниками. Мы ухлопали двоих, ещё двоих подранили, причём одного тяжело, из трёх оставшихся двоих застрелили жандармы и только один бросил оружие и сумел сдаться невредимым, если, конечно, не считать изменений внешности, полученных при экстренной укладке мордой в пол. Решительные какие молодчики попались, мать их куда не надо, или же оч-чень хорошо замотивированные… Кстати, и действовали, гады, довольно грамотно, если, конечно, не считать оплошности с выбором оружия. Тёзка, впрочем, тут же пояснил, что автоматическое оружие в частные руки в Российской Империи не продаётся, а о кражах армейских стволов он даже и не слышал. Тогда да, взять ППШ этим ушлёпкам было просто негде. Ну и хорошо, вот уж не хотелось бы…

Разорваться между вывозом трофеев и допросом по горячим следам неведомо откуда взявшихся налётчиков Денневитц, понятно, не мог, поэтому предоставил пока что взятых бандитов жандармам, а сам затребовал для эвакуации бронетехнику. И правильно, нам только ещё одного нападения не хватало, а за бронёй уж всяко безопаснее будет.

В ожидании эвакуационного транспорта Карл Фёдорович успел слегка потрясти Бакванского. Мелко дрожа от страха, отставной чиновник клялся и божился, что к нападению никакого отношения не имеет, и кто эти налётчики такие, знать не знает. То же самое утверждали и его секретарь с охранником, и даже служанка. Верить им Денневитц был поначалу не склонен, однако уже очень быстро непричастность жильцов квартиры к налёту подтвердили жандармы — они сумели быстро и, надо полагать, без особого гуманизма разговорить захваченных налётчиков и явились поделиться полученными сведениями.

Выяснилось, что взялись непонятно откуда эти уроды по очень простой причине — они уже несколько дней жили в этом же доме, в меблированных комнатах четвёртого этажа. Все они принадлежали к преступному миру и, как сами утверждали, были наняты для проникновения в квартиру и поджога содержимого библиотеки. Налёт вообще-то планировался на завтра, но, заметив появление на чёрной лестнице полиции, они доложили нанимателю и тот велел действовать немедленно. В чьих интересах они убивали и умирали, налётчики, конечно, не знали, но своего непосредственного нанимателя тут же и сдали, благо он снимал комнату в тех же меблирашках и сбежать не успел. Увы, наниматель этот, как сказали бы в моём мире, ушёл в глухое отрицалово, отказавшись даже имя своё назвать, не то что отвечать на вопросы по существу. Активации его разговорчивости никак не поспособствовали ни угрозы, ни тумаки с пинками, ни даже несколько профессионально исполненных жандармами болевых приёмов из тех, что не оставляют на теле видимых следов. Ладно, жандармы всё равно весь дом проверят и всех жильцов как следует перетрясут, если кто ещё к нападению причастен, тут же и возьмут, это они умеют.

Тем временем прибыла вызванная Денневитцем бронеколонна — два бронетранспортёра с солдатами Кремлёвского полка и ещё два пустых для вывоза трофеев и арестантов. Прибывшие с колонной сапёры внимательно осмотрели библиотеку и обезвредили заложенные на верхних и нижних полках хитроумные сюрпризы — небольшие подрывные заряды, соседствующие с жестяными банками с керосином и соединённые электрическими проводами. Денневитц приказал забрать с собой и это, причём везти в бронетранспортёре с арестантами, отчего те заметно побледнели. Ничего, им полезно, глядишь, потом разговорчивости и прибавит…

По прибытии в Кремль Денневитц распорядился водворить арестантов в Комендантскую башню, полицейских и гвардейцев отпустил отдыхать, а тёзку вызвал к себе.

— Скажите, Виктор Михайлович, вы посчитали необходимым остаться с товарищами или и правда не могли телепортировать хотя бы арестованных из квартиры Бакванского? — подчёркнуто бесстрастно спросил он. — При штурме укрытия мятежников вы же никаких препятствий к телепортированию не увидели?

— Там, Карл Фёдорович, были солдаты, — напомнил дворянин Елисеев. — Дисциплинированные солдаты, гвардейцы. Я, мягко говоря, не был уверен, что люди сугубо штатские смогли бы одновременно шагнуть в ногу, тем более, когда рядом стреляют.

Прямо и беззастенчиво врать начальству тёзка не стал, но и признавать правильность догадки Денневитца тоже не имел никакого желания. Похоже, получилось. Ну, или надворный советник понял подчинённого правильно.

— Идите, Виктор Михайлович, отдыхать, — уже вполне человеческим, а никак не начальственным голосом сказал Денневитц. — Завтра будем всех их допрашивать, всё завтра.

По привычке тёзка уснул почти сразу после контакта головы с подушкой, я, тоже по привычке, перед сном погрузился в размышления. Размышления, прямо скажу, невесёлые. И вовсе не то меня печалило, что кто-то помимо Денневитца смог узнать о хранившемся у Бакванского компромате, нет. С этим сам же Денневитц разберётся, тёзка ему поможет, и кем бы ни оказался тот, в чьих интересах действовали налётчики, я ему не завидовал — власть уже успела наглядно показать, что с мятежниками и заговорщиками церемониться не станет. Тут, конечно, не мятеж и не заговор, но нападение на представителей власти тоже, знаете, не настолько уж сильно меньшее преступление. И где только таких отмороженных ухарей набрали-то? Далеко не каждый уголовник, даже из самых отпетых, решится первым стрелять в полицейских… Ладно, с опытом Денневитца и способностями дворянина Елисеева скоро всё станет понятным.

А вот мне уже сейчас понятно, что у нас с тёзкой очень-очень большая проблема. Ранен Воронков тяжело, сколько времени пройдёт, прежде чем он сможет вернуться к полноценному исполнению службы, я и представления не имел, но вот что без него поиск заказчика покушения на дворянина Елисеева резко затормозится, если вообще не застынет на месте, это, как говорится, к бабке не ходи. Нет, к жизни в Кремле мы оба почти привыкли, с тем, что сдавать экзамены и за текущий семестр тёзке придётся экстерном, тоже свыклись, и вовсе не эти особенности нынешней нашей жизни нас напрягали. Но ведь пока не найдут заказчика, никуда не денется и вероятность очередной попытки тёзку убить, а вот это уже совсем никуда не годится. Да, с выбором исполнителя неведомый заказчик в этот раз эпично облажался, но что везение, что невезение вечными не бывают, поэтому для нас с тёзкой единственным приемлемым тут решением представлялось выявление заказчика с его последующей нейтрализацией. А человек, который только и может в этом профессионально поспособствовать, из дела теперь выбыл, и выбыл надолго. Тут сон начал одолевать и меня, но я успел сделать в памяти зарубку — надо тёзке посмотреть, можно ли будет как-то ускорить окончательное выздоровление Воронкова, когда его выпишут из госпиталя. Кстати, к этому и Эмму можно будет привлечь, если вдруг какие сложности возникнут…