"Фантастика 2026-76". Компиляция. Книги 1-35 (СИ) - Буланов Константин Николаевич - Страница 31

О невозможности доведения количества танков до штатной численности Павлов имел возможность говорить из-за того, что знал — поставок большого количества Т-34 в ближайшее время можно было не ожидать, так как эту модель танка как раз в текущем месяце снимали с производства. Как уже сняли с производства 45-мм ПТО и 76-мм дивизионные пушки.

Но если в отношении пушек причинами прекращения их выделки было достижение и даже превышение количества, потребного армии в соответствии с мобилизационным планом, а также готовность промышленности к переходу на изготовление более мощных орудийных систем, то с танком дело обстояло несколько иначе.

Армейское командование оказалось столь сильно недовольно изобилующей огромным количеством детских болезней тридцатьчетвёркой, что ей на смену собирались принять на вооружение совершенно новую машину под индексом Т-34М, впрочем, не имеющую вообще ничего общего с текущим Т-34. Разве что броневая защита и вооружение оставались теми же, тогда как всё остальное было полностью новым.

— Хм. Если исходить из подобных обстоятельств, то вы, конечно же, правы, — привычно прогнулся под вышестоящее начальство генерал-майор. — В таком случае нам остаётся только передислоцировать на оборонительные позиции три стрелковых корпуса.

— Которых совершенно точно не хватит для сдерживания потенциального противника! — мигом парировал Павлов, прервав докладчика. — Ведь вы опять собираетесь размазать каждую стрелковую дивизию по фронту в 20 километров минимум! И это при том, что лишь 2 из них имеют хотя бы 12 тысяч человек личного состава, тогда как в остальных не наберётся и 6 тысяч! Потому давайте-ка, товарищи, начнём постепенно вносить правки в ваши планы…

Глава 13

17.06.1941 авиационное утро. Часть 1

— Сейчас бы чашечку горячего кофе… плеснуть себе в лицо, чтобы гарантированно проснуться, — непрестанно зевая, пробурчал под нос Дмитрий Григорьевич, развалившись на заднем сиденье своего служебного автомобиля.

Вчерашнее совещание со штабными командирами затянулось аж до 2-х часов ночи, завершившись к обоюдному неудовольствию сторон компромиссным вариантом хода учений, что нежданно-негаданно по воле Павлова вот-вот обязаны были начаться одновременно по всему округу.

А как бы ещё ему представлялось возможным залегендировать одновременное снятие с места огромного количества частей с их последующей передислокацией отнюдь не на полигоны или же в привычные летние лагеря?

То-то и оно, что никак иначе!

И даже тот масштаб учений, что был затеян и озвучен им своим подчинённым, обещал в самом скором времени привнести в его собственную жизнь огромное количество неприятных вопросов со стороны высшего командования КА и возможно даже со стороны НКВД.

Но деваться было попросту некуда. Учитывая расстояния и дичайший некомплект автотранспорта, многие стрелковые части хорошо если к 22 числу должны были выйти в пешем порядке к назначенным им рубежам обороны. А ведь им всем там ещё предстояло как следует окопаться. Да и многочисленные гипотетические форс-мажоры были приняты генералом армии во внимание. Отчего ему и пришлось подставляться под подозрения раньше времени, чтобы успеть претворить в жизнь хоть что-то из задуманного. Всё же он являлся реалистом и потому прекрасно понимал, что план максимум — был невыполним. Да и не следовало скидывать со счетов человеческий фактор. Ведь это была не игра в какую-нибудь там стратегию, когда выбранные юниты осуществляли именно то, что им приказывал игрок. Здесь везде и всюду были исключительно живые люди с их ленью, некомпетентностью, перестраховкой, непониманием момента и много чем ещё. А потому те или иные провалы были неизбежны. И к этому тоже следовало быть готовым!

Вот и засиделись допоздна, планируя как, кто и где сможет стать поддержкой или же прикрытием частей 1-го эшелона обороны.

При этом никто, естественно, не отменял назначенную ещё в воскресенье встречу с авиаторами, отчего поспать Павлову вышло всего-то 5 часов. А ведь 5 часов сна для молодого паренька и для 44-летнего уставшего мужика — это две большие разницы. Вот и поклёвывал он носом даже те считанные минуты, пока добирался из квартиры до здания штаба.

— Доброе утро, товарищ генерал армии! — первым поприветствовал своего непосредственного руководителя командующий ВВС ЗОВО, вслед за которым потянулись и все прочие 68 собравшихся в зале совещаний краскомов. Помимо 43 командиров авиаполков, 9 командиров авиадивизий и 3 командующих ВВС армий, Павлов, поразмыслив, также пригласил на грядущее обсуждение не только всю верхушку ВВС округа, но и ряд своих заместителей. Отчего народу в зал набилось столько, что яблоку было негде упасть.

— Здравствуйте, товарищи, — кивнув сразу всем, Дмитрий Григорьевич прошествовал на своё место, во главе стола. — Не будем тратить время зря и сразу перейдём к делу. — Товарищ генерал-майор авиации, — обратился он к Копцу, — доложите о численном составе вверенных вам частей и соединений. Сколько у нас боевых самолётов, каких классов, в каком они техническом состоянии, сколько у нас боеготовых лётчиков. В общем, всё, о чём я намедни отдал приказ собрать всеобъемлющую информацию. А пока вы будете докладывать, приказываю всем командирам полков и дивизий указать всё то же самое на листах бумаги по вверенным вам частям и передать эти данные мне. Будем сравнивать, насколько действительные данные отличаются от того, что имеется на руках у Ивана Ивановича. А заодно узнаем, что у нас изменилось с 1 июня, когда я в последний раз делал доклад в Москву о состоянии авиации нашего округа.

Да, о том, что в ВВС ЗОВО дела обстоят не ахти, Павлов докладывал на самый верх не единожды. Но, судя по всему, воз стоял и ныне там, поскольку даже укомплектование новыми самолётами формируемых 59-ой и 60-ой истребительных дивизий, о чём он чуть ли не умолял наркома обороны, понимая, что небо округа совершенно неприкрыто, до сих пор не состоялось. В каждой из этих дивизий лишь по одному полку получили небольшое количество старых модификаций И-16, которые вышло вырвать из состава действующих полков, на чём пока всё и застыло.

— На сегодняшний день, если не брать в расчёт тяжёлые и дальние бомбардировщики резерва главного командования, а также уже списанные машины, оставшиеся на аэродромах вне штата, в строю находятся 1799 боевых самолётов, включая 224 неисправных борта, — поднявшись со своего места, принялся зачитывать с удерживаемого листка Копец. — Из них 695 фронтовых бомбардировщиков, включая ближние и пикирующие, 78 штурмовиков — в основном представленные устаревшими истребителями И-15бис, 870 истребителей, а также 164 разведчика. Некомплект боеготовых экипажей, к сожалению, изменений не претерпел. Нам как не хватало 446 опытных лётчиков к началу этого месяца, так и продолжает их недоставать. Молодые выпускники лётных училищ к нам, конечно, поступили в должном количестве. Но пока что максимум их возможностей — это взлёт, круг над полем и посадка. Лишь считанные единицы успели освоить полёт в простых погодных условиях хотя бы в составе звена. Спрашивать же с них что-то более сложное — не следует, если мы не хотим ухудшить статистику авиационных аварий и прочих соответствующих происшествий.

— Где у нас в основном наблюдается некомплект боеготовых лётчиков? В каком полку или в какой дивизии? — внутренне поморщившись от озвученных цифр, уточнил первое пришедшее ему в голову Павлов. А как тут было не поморщиться, если, оказывается, минимум четверть всей боевой воздушной техники уже сейчас гарантированно исключалась из участия в грядущих боевых действиях? Ведь требовать от неопытного новичка идти в воздушный бой, было всё равно, что ожидать грандиозного успеха в гонке Формула-1 от вчерашнего выпускника автошколы. К тому же здесь ещё и активная стрельба со всех сторон ожидалась вдобавок!

— Если смотреть на ситуацию в целом, то, не считая формируемых частей, печальней всего дело обстоит с нашей единственной 43-ей истребительной авиадивизией. Там хорошо если четверть лётчиков действительно способны участвовать в воздушных сражениях, — помявшись несколько секунд и даже окинув почти всех собравшихся своим взором, в надежде получить с их стороны хотя бы толику моральной поддержки, всё же «сдал плохишей» генерал-майор авиации.