Добродетель злодейки. Том 1 - Jin Bae Hee - Страница 12

– Кишон Микельсен. Если ты еще раз солжешь мне, я тебя не пощажу. Отвечай честно.

– Ха… Джинджер, что опять случилось? Почему такое страшное лицо?

– Лераджия пришла на бал с алым кулоном на шее.

– Что это имеет общего со мной… Что? Она с алым кулоном? – Кики часто заморгал от шока.

– Я не говорю дважды. Ты обманул меня и дал подделку, верно?

Еще до того, как я успела договорить, Кики в умоляющем жесте схватил меня за руки. Он понял, что его ложь раскрыта, и принялся причитать, чуть ли не плача. Впрочем, это не вызывало у меня ни капли жалости.

– Джинджер! Я… я не хотел тебя обманывать. Просто… достать настоящее украшение было невозможно…

– Замолчи. Мне не нужны твои дурацкие оправдания. Из-за тебя я оказалась в ужасной ситуации. Есть только один способ, чтобы ты получил мое прощение. Живо ступай к Лераджии и обменяй подделку, которую ты дал мне, на настоящий кулон. Даю тебе ровно тридцать минут. Делай все что хочешь, но выполни мой приказ! Иначе я пообщаюсь с твоим отцом, которого ты боишься больше всего на свете, и скажу ему, что хочу разорвать нашу помолвку.

«„Ваш сын Кишон невыносимо ветреный“. Что ты будешь делать, если я скажу это герцогу? Тебя изобьют до потери пульса».

Отец Кики был иногда крайне недоволен нравом отпрыска.

Кики крепче ухватился за мою руку, глядя на меня покрасневшими глазами. Он мог вот-вот заплакать.

– Джинджер! Только не это! Прошу тебя, пожалей меня. Если ты скажешь такое… меня могут вычеркнуть из родословной.

– Ты обменяешь или нет?

– Ладно, я заменю. – Он поколебался всего пару секунд, но в итоге сдался.

– На минуту отвернись.

– Что?

– Давай быстрее!

Когда я раздраженно прикрикнула, Кики подчинился.

– Не смотри, пока я не скажу, что можно.

– Хорошо.

Я приподняла платье и вытащила из-под нижней юбки спрятанный мешочек. Открыв его и вытряхнув содержимое на ладонь, я достала реплику, которая выглядела в точности как подвеска с алым кулоном.

– Теперь можешь обернуться.

Я протянула ему ладонь.

– Тридцать минут и ни секундой больше. И если ты снова попытаешься меня обмануть, я это так не оставлю. Ты думаешь, что я не смогу отличить подделку от настоящего украшения? Сегодня я окончательно поняла: фальшивка отличается по блеску.

Я повертела вещицу в руке, чтобы свет играл на ограненном камне. Подвеска действительно красиво блестела, отражая свет, но это было несравнимо с тем, как сиял кулон Лераджии.

Его блеск был более глубоким и насыщенным, поэтому никаких сомнений в подлинности, конечно же, не оставалось. Ювелирное изделие Лераджии не выходило у меня из головы.

Кики тяжело вздохнул и кивнул. На его лице было написано, что он никогда не был серьезнее, чем сейчас. Он некоторое время рассматривал кулон, а потом с недоумением спросил:

– Но, Джинджер, почему я должен так поступить?

– Не пытайся узнать! Это для твоего же блага.

Какое-то время Кики паниковал. Это был не первый раз, когда его охватывало это чувство. Например, когда отец узнавал о его возмутительном поведении, Кики часто впадал в панику. Но сегодня душевная тяжесть, которую он испытывал, была весьма значительной. Кики безнадежно смотрел вслед Джинджер, которая, раздраженно озвучив свой вердикт, скрылась из виду.

Даже спустя некоторое время он не мог сдвинуться с места. Кики нервно сжимал и разжимал кулак, в котором был кулон, и вздыхал. Как же подменить им настоящую подвеску Лераджии? От безысходности все поплыло перед глазами. Он не мог понять, почему Лераджия, носившая его подарок, снова надела прежнее украшение.

Поведение Лераджии было неясным, но поведение Джинджер поставило его в тупик. Почему она одержима кулоном Лераджии? «Женский мир, сколько ни сталкивайся с ним, совершенно непостижим», – подумал Кики.

Пока он размышлял, минуты сменяли друг друга. Кики мысленно сравнивал риски двух вариантов. Первый – подменить кулон Лераджии. Если удастся провернуть это с помощью уловки, все обойдется, но можно и попасться. Ущерб в случае такого провала – разочарование Лераджии. Второй – не суметь подменить украшение. Тогда ущербом будут не только взрывные причитания и упреки Джинджер, но и наверняка взбучка от отца. Его могли и правда вычеркнуть из реестра рода герцогов. При этой мысли Кики побледнел как полотно.

Любому очевидно, что ущерб от второго варианта гораздо сильнее. Хорошо. Решено. Нужно подменить украшение Лераджии на реплику.

Кики лихорадочно соображал: сначала нужно как-то снять подвеску с шеи Лераджии, а потом незаметно подменить.

«Ты сможешь, Кишон Микельсен».

Кики сделал глубокий вдох, собираясь с силами. Дрожащей рукой сунул фальшивку в рукав, чтобы можно было быстро достать подвеску в любой момент.

Юноша без труда нашел Лераджию. Затем сглотнул слюну и подошел к ней. Самым заметным в облике Лераджии был, конечно же, алый кулон, излучающий загадочное сияние.

На первый взгляд подделка выглядела точь-в-точь как оригинал, но если присмотреться, то, как и говорила Джинджер, сияние оказалось несколько иным. Даже если удастся подменить кулон, Лераджия рано или поздно заметит, что подвеска ненастоящая.

Кики застыл как вкопанный. Он чувствовал себя очень усталым. Однако выбора у него не было, поэтому Кики с наигранной улыбкой прошептал Лераджии на ухо:

– Леди, мне нужно вам кое-что сказать. Не пройдете ли вы на террасу?

Лераджия изумленно посмотрела на него, но все же кивнула. Кики продолжал улыбаться. Похоже, дело шло на удивление гладко.

Очутившись на террасе, где он только что был с Джинджер, Кики первым заговорил с Лераджией:

– Леди, я беспокоился, что вы опаздываете.

– О, Кики! Представляете, у кареты сломалось колесо. Наверное, стоило поехать вместе с вами.

– Д-да, вы правы. Но почему вы сняли мой подарок? Это очень обидно, – заметил Кики как бы невзначай и надулся.

Девушка виновато ответила Кики:

– Украшение, которое вы мне преподнесли, невероятно изысканно, но слова дедушки постоянно всплывали в памяти, и мне пришлось сменить ваш подарок на кулон. Мне жаль. Но я обязательно надену его, когда встречусь с вами в следующий раз.

– Ваш дедушка? Если это не будет невежливо, леди, могу я спросить, что сказал ваш дедушка?

– Он говорил, чтобы я всегда надевала подвеску в важные дни. А еще дедушка утверждал, что камень защитит меня от опасностей. – И Лераджия нежно коснулась кулона кончиками пальцев.

Ощутив гладкую прохладную грань драгоценного камня, Лераджия вдруг затосковала по давно умершему родственнику. Когда она прикасалась к этой вещице, ей казалось, будто дедушка рядом. Она долго молча перебирала подвеску пальцами. Вспомнив дедушку, она горько улыбнулась.

Увидев такую Лераджию, Кики растерялся еще больше. Она так дорожит кулоном! Как же его украсть?

– Леди, возможно, я недостоин встречаться с вами…

«Я собирался украсть подвеску, которой вы дорожите, чтобы спасти себя. И я до сих пор гадаю, как мне выкрутиться».

Кики впал в ступор и вздохнул еще глубже.

Лераджия подняла взгляд от подвески и пристально посмотрела Кики в глаза.

– Кики, что вы такое говорите! – произнесла она серьезным тоном и взяла юношу за руку.

Лераджия ласково погладила тыльную сторону его ладони, надеясь, что Кики вновь обретет душевное спокойствие.

– Неправильно так унижать себя.

– Леди Лераджия…

«Если ты узнаешь, что я задумал украсть кулон, ты разочаруешься во мне и многое поймешь».

Кики приуныл, его печаль возросла.

– Кики. Вы очень плохо выглядите. Что-то случилось с Джинджер? Расскажите мне. Возможно, я смогу вам помочь, господин Кики.

«Леди, простите меня. Я трусливый человек, поэтому, зная, что огорчу вас, я все же должен подменить ваш кулон. Иначе меня убьет Джинджер или мой отец».