Добродетель злодейки. Том 1 - Jin Bae Hee - Страница 23

– Подождите. – Она отпустила руку Ракишана и схватила подвеску, а после одним движением надела украшение на шею. Почему-то возникло чувство, что его непременно нужно надеть.

– Ну вот, теперь пойдемте.

Несмотря на слова Лераджии, Ракишан застыл на месте и не двигался. Его цепкий взгляд из-под круглых очков был устремлен на нее.

– Что вы стоите? Пойдемте же.

Раздосадованная Лераджия поторопила его, однако Ракишан внезапно развернулся и преградил девушке путь.

– Прошу прощения за дерзость…

– Что-то не так?

– Вам лучше снять подвеску.

– Какое дерзкое замечание. Невозможно. Я не желаю, чтобы мужчина, которого я вижу впервые, указывал мне, какие украшения носить, – возразила Лераджия.

Помощник Изаны не шелохнулся. Между ними повисло тяжелое молчание. Затем он смягчил свой пронзительный взгляд и задумчиво посмотрел на девушку. Он как будто пытался что-то припомнить.

– Возможно, если я скажу по-другому, мнение госпожи Лераджии немного изменится, – произнес он тихим голосом, словно делился очень важной информацией.

– Что…

В тот момент, когда она хотела спросить, что он имеет в виду, Рара прервал ее:

– Украшение, подаренное господином Гешутом, лучше снять.

– Гешут?.. Вы… вы знаете моего дедушку?

Рара вежливо улыбнулся.

– Если вы спрашиваете, знаком ли я с ним, могу с уверенностью ответить утвердительно.

– Кто вы такой?

Лераджия изо всех сил старалась сохранять спокойствие. То, что дедушка Гешут подарил ей подвеску с кулоном, не являлось секретом, все близкие знали об этом. Но мужчина говорил так, будто ему ведома тайна, о которой никто не догадывался.

Что же делать?.. И почему помощник Изаны кажется ей смутно знакомым?

Между тем мужчина скривил губы и тихо ответил:

– Я – Ракишан. Тот, кто в прошлом носил имя Хамель Брей.

После встречи с Изаной я несколько раз внимательно перечитала книгу «Заключенный принц и дочь маркиза». Особо тщательно я просмотрела те части, которые пропускала при первом прочтении.

Признаюсь, мне до дрожи не нравились сцены любовных игр Лераджии и Изаны, но я заставила себя прочитать их.

Отчасти для того, чтобы быстрее предсказывать будущие события, а отчасти потому, что не хотела повторять ошибку, совершенную несколько дней назад с Изаной. Конечно, вторая причина была весомее. К сожалению, неловкие слова, сказанные Изане, никак не забывались.

Наоборот, со временем они донимали меня все сильнее.

«Черт».

– А-а-ах.

Когда до жути стыдные слова вновь всплыли в памяти, из моих уст вырвался сдавленный стон. Есть ли что-нибудь более унизительное? К тому же в ушах до сих пор звучал веселый смех Изаны.

Несмотря на чувство стыда, прекрасное лицо Изаны стало для меня восхитительным воспоминанием. Кроме того, это был настоящий смех, без капли фальши. Мне вдруг захотелось услышать его снова. Даже если опять придется испытать унижение.

К счастью или нет, но Изана больше не спрашивал меня о Лераджии. Возможно, он так много хохотал, что забыл основную причину нашей встречи. Мы обменялись парой ничего не значащих фраз и расстались. Рара, который привез меня во дворец, благополучно доставил обратно в особняк.

Хоть я и была рада, что не стала оправдываться перед Изаной в тот день, какое-то неприятное чувство все же тревожило меня. Ведь я не могла поверить в то, что Изана расхотел задавать вопросы о Лераджии. В романе он склонен дотошно докапываться до всего, что его интересовало. Именно эта черта характера и привела к тому, что в итоге он выяснил очень многое о Гешуте.

Что ж, значит, надо оставить все как есть. Наверняка и нынешний Изана продолжит тщательное расследование и опять примется расспрашивать про Лераджию. Даже если лучше ему этого не знать, он будет пытаться раздобыть хоть что-нибудь стоящее – прямо как Изана из романа. Раз ему не удалось получить особых сведений от меня, где он теперь будет их искать? Неужели при встрече с Лераджией? Боже мой. Но ведь информацию действительно можно получить только у Лераджии!

А будет ли все в порядке? Я пожалела о том, что, возможно, мне стоило больше рассказать Изане. Но, увы, Изана в любом случае встретится с Лераджией и будет общаться с ней наедине.

Я полагала, что это должно произойти. И тогда Изана окончательно поймет, что не может читать мысли Лераджии.

А сейчас у меня не было способа помешать их встрече. Однако имелось кое-что, что я могла сделать. Я смогу воспрепятствовать зарождению их любви. Это ощущалось как моя женская миссия.

Вызвал ли он Лераджию во дворец? Что он спросил, если вызвал ее? Надела ли Лераджия чертову подвеску с алым кулоном, отправившись к Изане? Я надеялась, что она надела украшение. Если так, он не сумеет прочесть ее мысли и станет подозревать ее еще сильнее. Изана не сможет понять, почему мысли Лераджии недоступны для него. Он спросит ее о слухах, которые связаны с ним самим, а Лераджия, конечно, с готовностью заявит, что ей ничего не известно. Но Изана, не имея никакого представления об ее истинных мыслях, не сможет полностью ей поверить.

Хотелось бы, чтобы все пошло так, как я ожидала, но я напомнила себе, что в уравнении всегда всплывают новые переменные, причем там, где их совсем не ждешь.

– Новые переменные, значит.

В этот момент кто-то постучал в дверь два раза.

– Джинджер. Ты в комнате? – раздался мамин голос.

Я перестала расслабленно сидеть на диване и выпрямила спину.

– Да.

Мама вошла в комнату и села напротив меня.

– Моя Джинджер, что-то ты сегодня выглядишь неважно. Тебя что-то беспокоит?

Видимо, я не смогла скрыть свое замешательство. Наверное, на моем лице отразилась растерянность.

Однако я вздохнула и беспечно ответила маме:

– Люди всегда озабочены какими-то вопросами. Но, как обычно и бывает, в конечном счете все это – бессмысленные переживания, которым не стоит уделять время. Потому что невозможно что-то сделать или изменить.

– Доченька, лучше бы ты не беспокоилась о таком.

– Увидела вас, мама, и все тревоги, что были минуту назад, вдруг исчезли, – сказала я с улыбкой.

Мама довольно рассмеялась.

– Вот и хорошо. Кстати, Джинджер, я заглянула к тебе, потому что нам надо кое-что обсудить.

– О чем вы?

– Пришло важное письмо от семьи герцога.

– Семьи герцога?

Отправить письмо мог глава рода. Неужели отец Кики дал о себе знать?

Меня вновь охватило дурное предчувствие.

– Ага. В нем сказано, что пора бы уже назначить дату вашей свадьбы.

– Что… что вы сказали? Св-свадьбы?

Нет! Боже мой! Свадьба с Кишоном Микельсеном! Это поистине ужасное слово. Оно казалось даже кошмарнее слова «имбирь». Пока я беспокоилась об Изане и Лераджии, я совершенно позабыла о Кики. И даже о том, что давно должна была разорвать помолвку.

– Джинджер, ты еще не думала о свадьбе? Ведь Кики – твой жених уже довольно длительное время. Естественно, что от дома Микельсенов приходят такие вести.

– Мм… Мама. Дело в том, что… Возможно, прозвучит нелепо, но я не хочу выходить замуж за чертова сына герцога. И помолвку я, разумеется, собираюсь разорвать.

Мама, которая пребывала в приподнятом настроении, сразу же помрачнела и плотно сжала губы. Она явно колебалась.

– Джинджер Торте, всё в порядке? – начала она осторожно.

– Что?

Это была совсем не та фраза, которую я ожидала услышать. Я надеялась, что мама спросит причину моего теперешнего отношения к Кики.

Тем временем мама с понимающей улыбкой продолжила:

– Наверное, есть какие-то обстоятельства? Я верю решению своей дочери. Это же не моя свадьба, а твоя. Так что и решение за тобой. Хотя я не сомневаюсь, что, как ты выразилась, чертов сын герцога что-то натворил.