"Фантастика 2026-73". Компиляция. Книги 1-28 (СИ) - Иванович Юрий - Страница 188

– М-да! – сделал Поль соответствующий, хоть и крайне неприятный вывод. – Теперь ещё и барона придётся искать по этим пещерам. Что-то мне подсказывает, что заблудимся напрочь. Считайте, что этот «грот» отыскать – невероятная удача.

Продолжавшая поправлять на себе амуницию, Умба самостоятельно встала на пост у границы вязкого пара:

– Чего нам блудить здесь, теряя время? Сейчас хватаем любого местного за шкирку, и он нас с превеликим удовольствием приведёт куда угодно. А если правильно использовать наш главный козырь? – при этом она с обоснованной гордостью глянула на Труммера. – Так мы это баронство за пару часов завоюем! Потом, по праву сильного, станем жить-поживать, да сальцо наживать.

Тут стал ворочаться и пришёл в себя окончательно Гроссер. Вначале он отстранился от ладоней хлещущего его по щекам Поля:

– Да хватит меня избивать! Проснулся я, проснулся! – после чего возразил на последние слова ачи: – В этом королевстве право сильного не действует. Чтобы стать бароном, надо вначале получить согласие герцога, а потом высшее королевское благословение. Что есть дело нереальное и для нас изначально смертельное.

Приведя друзей в сознание, а’перв занялся вплотную осмотром убитого им ченнелингера. При этом мародёрил основательно, ничем не брезгуя, снимая с тела даже нижнее бельё. Слишком уж опасным и живучим показался ему остывающий враг, и очень хотелось выяснить причины невероятного сопротивления. Дело в том, что как обладатель паранормальной способности он много раз слышал о технических устройствах, которые в полтора, а то и в два раза усиливали силы а’перва, е’втора и’трета… да кого угодно.

Да и Прогрессор как-то раз во время разговора на эту тему подтвердил: «Есть масса всего и разного, что может улучшить любые способности. Но для этого надо побывать у меня в Лабораториях. Хе-хе! Чего бледнеешь? Не хочешь?.. Ну и дурак. Сильнее стал бы, зарабатывал бы втройне, да и вообще… Правда, при побывке в иных секторах подобные улучшения не действуют с первого часа, а с последующих пропадают начисто. И устройства ломаются. Или надо перебираться в Дикие земли и среди дикарей становиться невероятно крутым и бессмертным. Но там шаманов да колдунов-затейников своих хватает. Опять же, их ухищрения внутри Большой стены не действуют».

Естественно, дэмы не желали иметь у себя под боком каких-то чужих, слишком навороченных а’первов. Своих растили и бережно лелеяли. Хотя не факт, что бережно.

В любом случае поощеру очень захотелось выяснить: чем же таким ченнелингер пользовался, что стал настолько сильным и живучим?

Арсенал недавнего врага поражал своим обилием, разнообразием и загадочностью. Да и с точки зрения банального богатства тянул на приличное баронство. Или на графство. Один пояс, который носился поверх одежды, чего стоил! Широкий, с многочисленными кармашками, с подвесками и со сложной инкрустацией из костяных и серебряных накладок. На подвесках плотные мешочки с полудрагоценными камнями и с кусочками резко пахнущей древесины. В кармашках – драгоценные камни, высушенные косточки и окаменевшие семена каких-то неведомых растений.

Имелся и второй пояс, тонкий, неширокий, носимый на уровне солнечного сплетения. Как раз по центру – бляха из серебра, с десятком вставленных внутрь хризолитов. Ну и в самом поясе, по кругу, восемнадцать кармашков, в каждый из которых вложена пластинка жёлтого янтаря.

Мало того, на руках и ногах ченнелингер носил по три, четыре браслета разной ширины и насыщенности драгоценными камнями. То есть он сам по себе выглядел как ходящая сокровищница. Наверное, только короли или цари Диких земель, напялив на себя короны и прочие государственные регалии, могли сравниться себестоимостью подобного носимого на себе богатства.

Присматривающийся краем глаза к горке трофеев Гроссер озадаченно мотал головой:

– Мне чего-то боязно становится. Кого это ты ухлопал? Никак здесь сейчас лежит один из потаённых магистров нашего королевства. Слышал о таких страшилах, но до сих пор сталкиваться не доводилось. И не удивлюсь, если местный барон у этого чудовища находился в услужении. А не наоборот.

– Ещё мне кажется, что в здешних шахтах добывают золотоносную руду, – огласил Поль, живо облачаясь в трофейную экипировку и жестами поторапливая товарищей, прячущих оба мёртвых тела в каком-то подобии кладовки. – Что в сумме наталкивает на здравую мысль: бежать отсюда без оглядки!

– Только бы Самуэля отыскать, и сразу ноги – в руки! Но тебе-то все эти пояса и браслеты помогут? – сомневался Гроссер.

– Вряд ли. Каждый браслет, камень, да и пояса в целом нуждаются в кропотливой перестройке на параметры моего тела. А как это сделать, не имею зелёного понятия.

Натекшую на пол кровь затёрли. Теперь здесь ничего не напоминало о скоротечных стычках. Если кто и будет искать ченнелингера, подумает, что тот ушёл куда-то со своим личным охранником. Теперь следовало двигаться не спеша, выискивая «добровольного» провожатого и стараться не нарваться на большой отряд из местных вояк.

Вначале четвёрке боевых товарищей повезло. Они перехватили бегущего уверенно в тумане парнишку лет пятнадцати. Вполне прилично и красиво одетый, тот мчался по своим неведомым делам и весьма удивился, когда оказался подвешен на высоте полуметра и прижат к стене:

– Кто такой?! – рыкнул на него всё ещё обезображенный шрамами предводитель недавнего восстания.

– Я? – растерялся на несколько мгновений парнишка. – А вы кто такие? – Тут же его тельце несколько раз хряснулось о стенку и глупые вопросы больше не звучали. – Я личный посыльный баронессы. Она меня послала в оранжерею за цветами.

– Зачем ей цветы?

– Да у неё в гостях не то гость, не то пленник, который обещался показать моей госпоже самые полезные лепестки и тычинки.

– Возвращаемся обратно к баронессе! – приказал Гроссер, ставя посыльного на ноги и разворачивая в обратную сторону. – Нам с ней надо срочно пообщаться. Пошёл!

И они двинулись в путь. Но на этом вся удача и кончилась.

Пойманный язык выглядел покорным, осознающим риск для своей жизни и готовым к полному сотрудничеству. Он уверенно вывел своих нежданных конвоиров в сухие тоннели, где пар отсутствовал как таковой. Затем без колебаний, но с кажущейся покорностью поднялся выше на два этажа, где в широких коридорах появилась мебель, ковры на полах и гобелены на стенах. На одном из поворотов мало́й приставил палец к губам и предупредил:

– Тсс! Здесь недалеко личный кабинет барона. А его светлости нельзя мешать, он работает над очередной поэмой.

Все непроизвольно стали идти тише и задумались о странностях местного нувориша. Вот тут шустрый малец и вырвался из крепкого захвата. Ринулся вперёд, сотрясая воздух истерическим криком:

– Стража! Тревога! В замке чужаки!

В следующее мгновение он рухнул на пол, обессилев после парочки воздействий «откат». Всё-таки Труммер успел среагировать, скорей всего не просто забрав большую часть жизненной энергии, а сгоряча и выбив дух из героически действовавшего парнишки. В последовавшей после этого кутерьме некогда было пожалеть несчастного отрока.

Крик раздался в самом неудобном для диверсантов месте возле караулки, где располагалось дежурное отделение всего замка. И вояки, во главе со своим разводящим, не спали, как хотелось надеяться и как ведут себя порой им подобные. Чуть ли не сразу они сплошной колонной ринулись с оружием в коридор, крича при этом и попутно несколько раз дёргая за висящую у двери верёвку. Тут же где-то далеко наверху стал гулко бить колокол. При такой системе оповещения даже мёртвые будут знать о прорвавшихся в замок лазутчиках.

Вот тут и пошла великая замятня, в которой главную скрипку пришлось играть а’перву.

Глава 20. Расстановка приоритетов

Первыми нужный трактир отыскали егеря из шестнадцатого сектора. Они же оперативно вытрясли из хозяина всю полезную информацию и выяснили, как в этих местах пленяли и грабили неосторожных путников. Причём тотальное руководство во всём графа Соляка не вызывало сомнений. Трактирщик даже показал письменные инструкции в толстой тетради, которые графские прихвостни роздали под подпись каждому владельцу общественных харчевен и постоялых дворов. И всё награбленное (что не удалось припрятать исполнителям) шло в графскую казну.