"Фантастика 2026-73". Компиляция. Книги 1-28 (СИ) - Иванович Юрий - Страница 42

– Нет уж! – резко оборвал его Надариэль. – Постарайся месяц быть дома и никуда не отлучаться. Не то точно без сестры останешься. А чтобы ты бедных нянь не обманывал, да и выбрал среди них самую лучшую, я тебе небольшую ссуду дам. – Он подхватил на отдельно стоящем столике мешочек с монетами и бросил а’перву: – Лови! Потом отдашь из вознаграждения! – видя, как парень подозрительно пялится на пойманный мешочек, добавил: – Там две сотни, по мелочи хватит.

Брать ссуду у самого дэма – даже таких сказок не существовало. Так что обдумать случившееся не было резона. Поэтому Поля больше заинтриговало другое:

– Из какого именно вознаграждения мне придётся отдавать?

– Да из какого хочешь, – равнодушно пожал плечами Бенджамин. – Можешь из «десятидневного», за которым придёшь через девять дней. А можешь из «шестидневного», которое каждому из вас полагается за нашу месть колдунам.

Волна радости окатила парня с ног до головы и обратно несколько раз. Теперь уже точно глупая и счастливая улыбка изуродовала его лицо до неузнаваемости. Факт не аннулированной благодетелем награды обозначал полное решение всех финансовых неурядиц на ближайшие годы. Можно будет и нянь пяток содержать, и Ласку баловать, и Галлиарду обеспечить всем для неё необходимым. Вопрос, конечно, ещё открытый, суммы и качество вознаграждения, пока не получишь, не оценишь. Но тем не менее следовало уже прыгать до потолка от радости. Подобного подарка судьбы (это помимо того, что остался жив и заполучил себе сестру!) он никак не ожидал.

Поэтому лишь через несколько минут, когда способность мыслить вернулась в норму, до него дошла и вторая часть сделанного объявления. Вначале попытался сам проанализировать услышанное:

«Шестидневная награда – за рейд возмездия к колдунам… Правильно? Ну да… Странно?.. Ну если рассуждать вообще о странности моей жизни в последние сутки, то чего только в ней не случается. То есть за последнюю миссию мне тоже неслабо так отломится от щедрот моего основного благодетеля. Если вспомнить истории, то некоторые счастливчики после такого богатства переезжали в элитную зону Параиса, непосредственно возле Внутренней стены. Но это – ладно, там видно будет… Но почему он сказал «вам»? Что за странная оговорка? В чём подвох? Решил меня называть на «вы»? Или решил поиздеваться? А может…»

Но ничего толкового в голову не приходило. И тем не менее ослышаться Поль не мог. Как и представить себе, что дэм оговорился. Даже если такое случалось, всё делалось преднамеренно, каждое слово что-то означало, и горе тому, кто подобную оговорку неправильно интерпретировал.

Ничего не оставалось, как, деликатно подбирая каждое слово, задать такой вопрос, чтобы эта непонятная деталь разъяснилась:

– Вынужден признаться, что последние сутки не совсем благотворно повлияли на мою сообразительность. Даже высказать должным образом свою радость по поводу предстоящих награждений не получается. – Поль не забывал, что дэмы в подавляющем большинстве случаев лесть не любили. Но парочку слов, пусть и косвенно, сказать следовало. – Поэтому прошу простить меня за неуместный вопрос, дэм Прогрессор… – Не прочитав никаких отрицательных эмоций на лице Бенджамина, поощер продолжил: – Мне самому приходить за «шестидневной» наградой?

Ему казалось, что, если на него сейчас наорут или попытаются наказать за тупость, он сошлётся на то, что малышке здесь очень нравится и он мог бы явиться сюда вместе с ней. Если можно. Получалась вполне сносная отговорка.

После чего оставалось удивляться ответу:

– Конечно, сам! Сестру вообще постарайся никогда в приморский участок сектора не пускать. Запомни: никогда! И не только в моём секторе! – и настораживаться после прозвучавшей угрозы: – Иначе она может оказаться в лаборатории.

Ещё бы! Человек, оказавшийся в научно-магическом центре драйдов, по умолчанию не мог быть простым существом. И следовало, учитывая тот факт, что того самого человека и остальных, подобных ему, колдуны пытались уничтожить ценой собственной жизни. Скорее всего, в том центре шла очень секретная работа по усовершенствованию паранормальных способностей организма. Сложно себе представить, какие это способности, но ещё сложней понять невероятный факт: как такой страстный фанат собственных исследований, обладатель гигантского Полигона отпускает девочку из другого мира? Как он отказался от шанса её исследовать? Почему он даже не пытается расспросить её о том, что с ней творили колдуны? Узнать, чего они добивались? Вот уж где загадка так загадка, сразу омрачившая радость Труммера.

Да и озаботившая его не на шутку:

«Как это я сразу не сообразил? Очередной исторический нонсенс: обещание награды ребёнку, которого просто спасли из плена. Да ещё в чужом мире… Не иначе как властелин хочет избавиться от возможной опасности, в то же время не уничтожая её, а оставляя под моим опекунством. При этом он делает всё, чтобы помочь мне с обеспечением крохи. Даже «шестидневную» награду готов для неё выдать. Вот уж: «…и помыслы неведомы его!» Но это ладно, мне остаётся только порадоваться за сестру, будет ей нормальное приданое, если что. А вот нежелание дэма видеть ребёнка в приморском участке сектора может оказаться тревожным звоночком. Вполне возможно, что он сразу рассмотрел ту самую особенность и теперь предвидит большие неприятности. А значит, и мне придётся быть настороже… Лучше всего выяснить как можно быстрей, что она умеет «вытворять»… Жаль, что это прояснится годам к пятнадцати-шестнадцати… Ох, чувствую, что ещё придётся с малышкой намучиться…»

Всё это он додумывал, глядя на оружие, которое прибывший порученец быстро и сноровисто разложил на отдельном столике. Он же приступил к краткому инструктажу по использованию и должному обслуживанию. Причём пистолета дарилось три, вместо двух утерянных, и четыре ножа, вместо двух прежних.

Тогда как Надариэль брал каждый дар по очереди и укладывал в какую-то шкатулку. Причём крышка шкатулки оказалась усеянной выдавленными на ней буквами, расположенными хаотично. Нечто подобное, но гораздо тоньше, Труммер уже видел несколько раз, и теперь понял суть и назначение данной шкатулки. Тем более что в течение минуты оно наносило на сталь имя нового обладателя: «Поль».

Радоваться а’перв уже устал, как и удивляться, поэтому постарался ничего из инструкций не упустить. Потому что оба пистолета для поясного и третий – для скрытного ношения под мышкой значительно отличались от купленных им когда-то за свои деньги. Причём в положительную сторону отличались. Они оказались не семнадцатой модели, а девятнадцатой и двадцать первой соответственно. Между собой их можно было образно сравнить как зубочистку – с идеальной рапирой, сделанной великим мастером. Повышенное качество, скорострельность и надёжность нового оружия само по себе являлось великим даром. Но и оно не шло ни в какое сравнение с нанесённым на видное место именем.

Именное оружие в ДОМЕ считалось особым, хотя и не являлось такой уж большой редкостью. Ибо считалось: такое оружие красть нельзя. А если оно терялось и кем-то случайно находилось, то следовало немедленно сдать в ближайшее административное здание или в участок к жандармам. В противном случае если дэм или дэма того желали, местонахождение помеченного ими оружия находилось легко и быстро. А виновные в его хищении, сокрытии или попытке перепродать уничтожались самым изуверским способом. Порой со всеми своими ближайшими родственниками, а то и соседями. Именно поэтому от любого человека, обладающего именным оружием, лихие людишки сразу старались держаться подальше. Во избежание, так сказать, и на всякий случай.

Правда, тоже стоило помнить, что как раз те самые обладатели именного оружия и являлись часто лихими людишками. Но ведь никто и не утверждал, что ДОМ полон мира и справедливости.

Инструктаж закончился, оружие заняло отведённые ему места, и порученец, явно занимавший должность оружейника, умчался. Зато в помещении появился главный консул сектора Шунт Стерликос. Стараясь не коситься на вооружённого до зубов поощера, он ровным тоном доложил: