Измена. Я тебя (не) отпускаю (СИ) - Ржевская Нионилла - Страница 6

Мария Локтева, одноклассница Анны. В школьные годы девушка жила в достатке и купалась в родительской любви, но потом отец Марии скончался от сердечного приступа и её жизнь изменилась.

Мама Локтевой не долго горевала и вскоре вышла снова замуж, но отчим был строг и девчонка покинула его дом в поисках легкой жизни.

Марие пришлось работать, чтобы содержать себя, но она не теряла надежды и в один из таких дней встретила свою одноклассницу Котову, которая просто светилась рассказывая о своем супругу. Девушка позавидовала и попросила помочь устроиться на работу к Савельеву.

Всё шло хорошо и она соблазнила Олега.

Продолжение следует...

wXk5vbdY Промокод на книгу "Развод. Как вернуть любовь?"(Активирован)

Глава 6

Анна

Что я там хотела сделать? Уборку?

Да, после моего заявления о разводе с Олегом и ухода из его дома, я была настроена оптимистично, но проснувшись утром, я в полной мере ощутила одиночество и, свернувшись клубочком на том же кресле, рыдала, некрасиво хлюпая носом несколько часов.

Но и от этого легче не стало, я поднялась, прошла по квартире и, войдя в свою спальню, упала на кровать, истерика выжала из меня последние силы, и я снова уснула.

Так прошёл целый день, я спала, а проснувшись плакала и снова засыпала, но вечером добавилась ещё одна проблема. Мой организм решил напомнить о том, что я уже сутки ничего не ела.

В квартире, конечно же, не было никаких продуктов, а идти в магазин в моём нестабильном состоянии было глупо, поэтому я взяла телефон и заказала доставку.

Курьер приехал через полчаса, и я открыла ему дверь в том же состоянии, мне плевать, как я выгляжу и то, что одежда помятая, и то, что лицо распухло от продолжительного плача, красивой я хотела быть лишь для одного человека, но и ему моя красота не нужна. Тогда для чего вообще стараться?

Забираю заказ из кафе и бреду на кухню, смотрю на стол и вижу слой пыли.

Возьми себя в руки и наведи порядок хотя бы на кухне!

Мысленно даю себе установку и, взяв в руки тряпку, протираю пыль со всех поверхностей. Затем накрываю стол и ужинаю в одиночестве, ем это, конечно, громко сказано, я просто еле осилила салат из свежих овощей, а остатки просто убрала в холодильник.

Уборка и ужин лишь на время помогают мне отвлечься, но когда я сажусь за чистый стол в одиночестве, мне снова рыдать хочется.

В таком режиме прошло целых три дня, я уже толком не понимала день на улице или ночь, я полностью отдалась своим страданиям.

Вжжж… вжжж… вжжж…

Телефон, на котором я выключила звук, вибрировал и потихоньку двигался к краю тумбы.

Открыв глаза, я смотрела на гаджет, а потом подскочила с кровати и схватила телефон в руки.

Конечно же, я мечтала, увидеть на экране три заветные буквы, которые бы снова подарили мне крылья, но чуда не произошло.

Славик…

Первое желание было вернуть обратно на тумбу, но я так соскучилась по брату, что просто не смогла этого сделать.

— Алло.

Ответила и очень надеялась, что он не поймёт по голосу, как мне сейчас плохо.

— Привет, Аня. Ты почему так долго не брала трубку?

В голосе Славика слышалась тревога.

— Руки были мокрые, я ужин готовлю.

— Блин, ты даже не представляешь, как я соскучился по твоей стряпне. Готов душу продать за один кусочек мясного пирога.

— Там так плохо кормят?

Мой любимый братик год назад огорошил меня известием, что собирается после школы поступать в Рязанское гвардейское высшее воздушно-десантное командное училище. Я, как услышала это длинное название, чуть сознание не потеряла.

Нет, Слава всегда вёл здоровый образ жизни, занимался спортом, учился хорошо, но я никогда не представляла, что он захочет стать военным, да ещё и десантником. Я до сих пор боюсь представить, как он прыгает с парашютом, боюсь, если увижу это хоть раз вживую, то точно упаду в обморок.

— Нет, кормят тут отлично, но еда простая, изысков, как дома нет, поэтому иногда скучаю.

Я с самого августа не видела брата, да что говорить, он даже звонит редко, им не положено иметь при себе телефон.

— Ничего, приедешь на Новый год, я тебя так откормлю, что ты ни в один самолёт не влезешь.

— Ха-ха-ха, ловлю на слове, сестричка. Как у тебя дела?

А вот на это вопрос я не знаю, как ответить, не хочу сейчас говорить о своём разводе, лучше при встрече всё рассказать, чтобы брат не переживал.

— Всё хорошо, братик, открытие ресторана прошло отлично, думаю, он станет популярнее остальных.

— Даже не сомневаюсь, я знаю, что ты там всё сделала по высшему разряду. Прости сестрёнка, я ещё бы поговорил с тобой, но пора уже телефоны сдавать, в воскресенье у меня будет увольнение, и я обязательно позвоню, всё мне расскажешь.

Я даже не расстраиваюсь, слишком раздавлена и боюсь расплакаться прямо в трубку.

— Хорошо, братишка, жду звонка.

— Пока.

Положив телефон обратно на тумбу, я снова расплакалась.

Дзинь… дзинь… дзинь…

Противный звук дверного звонка пробился в моё сознание, и я неохотно открыла опухшие от слёз глаза.

— Не буду открывать.

Прошептала себе под нос и перевернулась на другой бок.

Дзинь… дзинь… дзинь…

Но вот тот, кто стоял в подъезде, был со мной не согласен и уходить никуда не собирался.

Дзинь… дзинь… дзинь…

Подскочив с кровати, я бросилась к входной двери, чтобы сказать всё, что думаю о визитёре, но открыв дверь, застыла с открытым ртом.

— Здравствуйте, Анна.

На пороге моей квартиры в строгом костюме стоял тот самый юрист, в кабинете которого три года назад я стала женой Олега.

— З… здравствуйте.

Мужчина изменился за эти годы, в уголках глаз появились морщины, а на висках седина.

— Я к вам по делу, Анна.

Говоря это, он достал из папки, которую держал в руках бумаги, и я сразу же догадалась, что в них написано.

— Олег Валерьевич обратился ко мне, чтобы я подготовил документы на развод. Вы перед заключением брака подписали брачный договор, поэтому раздела имущества не будет, детей, вы в браке не нажили, вам нужно лишь подписать эти документы, и в течение недели вы получите свидетельство о разводе.

Каждое слово юриста отдавалось тупой болью где-то в груди, но я не плакала, наверное, все слёзы уже выплакала за эти дни.

— Я могу подождать, пока вы изучите составленные мной документы и…

— Не нужно!

Я выхватила белые листы из рук юриста.

— У вас ручка есть?

И минуты не прошло, юрист достал ручку и передал мне, я не раздумывая ни секунды, прислонила бумаги к двери и поставила размашистую подпись.

Всё. Точка поставлена.

— Это всё? Мы разведены?

Юрист проверяет, в тех ли местах я поставила свой автограф, и после того, как удостоверился, снова смотрит на меня, в его взгляде я вижу жалость, да и я сама понимаю, что выгляжу, как побитая собака.

— Не совсем, я передам подписанные документы, и где-то через неделю можно будет забрать в отделении ЗАГСа свидетельство о расторжении брака. Ещё Олег Валерьевич хотел об…

Мне вообще всё равно, что там хотел Савельев, поэтому я не даю договорить юристу.

— Моё присутствие не нужно?

Юрист хмурится, и морщины становятся заметнее.

— Нет, вы документы подписали, больше ничего от вас не требуется, только я хотел сказать…

— Тогда спасибо и до свидания.

Я всегда была вежливой, но сейчас мне абсолютно плевать, что обо мне подумают другие, — я снова не дав договорить юристу и просто захлопываю перед его носом дверь. Облокотившись спиной на дверь, поднимаю лицо вверх и часто моргаю, чтобы проклятые слёзы снова не катились по щекам.

Я слышала, как юрист ушёл, а с ним ушла часть моей жизни, с этого дня начинается новая, в ней не будет Олега.

Оттолкнувшись от двери, иду в ванную комнату, ставлю руки по краям раковины и снова плачу, а потом поднимаю лицо и вижу своё отражение.