Кто убийца? - Грин Анна - Страница 13

– Что случилось?

– Мы хотим доверить вам то, что сейчас узнали, – прошептал мне на ухо Грайс. – Позвольте вас познакомить: мистер Раймонд, мистер Фоббс.

Я поклонился и с нетерпением ждал разъяснения.

– Это вопрос первой важности, – сказал Грайс, – и, я думаю, мне нечего напоминать вам о том, что все должно вами храниться в тайне.

– Конечно.

– В таком случае расскажите все, Фоббс.

– Я в точности исполнил ваше приказание, мистер Грайс, и последовал за мисс Элеонорой, когда служанки повели ее в комнату. Когда она пришла туда…

– Куда? – спросил Грайс.

– В свою комнату.

– Где она находится?

– Около самой лестницы.

– Это не ее комната; впрочем, продолжайте.

– Не ее комната? Ну, в таком случае, ей, значит, только нужен был камин, ради которого она и пошла туда, – воскликнул Фоббс, ударяя себя по коленке.

– Камин?

– Простите, я немножко забежал вперед. Итак, она сначала почти не заметила моего присутствия, хотя я шел следом за ней, и только когда она отпустила прислугу, она вдруг увидела меня. Она взглянула на меня гневно и с презрением, потом, по-видимому, примирилась с моим присутствием. Так как мне надо было следить за ней, то мне ничего больше не оставалось делать, как пройти за ней в комнату, дверь которой она за собой не заперла, и сесть в отдаленный угол комнаты, откуда я мог ее видеть. Она поглядывала время от времени на меня, прогуливаясь беспокойно взад и вперед по комнате. Вдруг она остановилась посредине комнаты и воскликнула: «Пожалуйста, принесите мне стакан воды, – графин стоит вон там, на столике». Чтобы добраться до этого столика, я должен был зайти за высокое зеркало, доходившее почти до потолка, и потому я колебался, исполнить ли мне ее просьбу или нет. Но она обернулась и посмотрела на меня с такой мольбой, что, мне кажется, и вы, господа, не устояли бы.

– Хорошо, дальше, дальше, – в нетерпении торопил его Грайс.

На одну минуту я потерял ее из виду, но ей только того и нужно было; когда я вернулся, она стояла уже около камина на коленях и что-то отыскивала у себя на груди, что, очевидно, было там тщательно спрятано. Я зорко следил за ней в то время, как подавал ей воду, но она, казалось, не обращала на меня никакого внимания и смотрела пристально на огонь. Она отпила только глоток воды, отдала мне стакан, а затем наклонилась над огнем и, потирая себе руки, прошептала: «Ах, как холодно». И действительно, она дрожала всем телом, в камине тлело только несколько угольков. Она снова начала что-то искать у себя на груди, это возбудило мое подозрение, я наклонился и заглянул ей через плечо. Она бросила что-то в огонь, при этом я услыхал легкий металлический звук… Я только что собирался осмотреть камин, как она схватила корзину с углем и высыпала ее всю в огонь, говоря: «Пускай разгорится, здесь так холодно». – «Таким образом вы ничего не добьетесь», сказал я, – и начал осторожно вынимать опять уголья из камина, пока…

– Пока? – спросил я, заметив, как он и Грайс обменялись многозначительным взглядом.

– Пока я не нашел вот этого, – сказал Фоббс, протягивая мне ключ с надломанной дужкой.

X

Грайс получает новое предложение

Это открытие привело меня в ужас. Значит, прелестная, очаровательная Элеонора была… я не мог докончить фразы даже мысленно, про себя.

– Вы, кажется, удивлены, – заметил Грайс, внимательно разглядывая ключ, – ведь недаром же эта барышня дрожала, путалась, падала в обморок.

– По-моему, наоборот, та, которая падает в обморок, дрожит и теряется, наверное, не может совершить подобного преступления, – сказал я. – Покажите мне ключ.

Он подал его, говоря:

– Это как раз тот, который мы ищем, в этом не может быть никакого сомнения.

– Если она скажет мне прямо в глаза, что не виновата, я поверю ей, – сказал я очень решительно.

Грайс посмотрел на меня с удивлением.

– Вы еще верите женщинам? – сказал он. – Хотел бы я знать, долго ли еще будет в вас держаться подобная вера.

На это я ничего не ответил, – мы помолчали немного.

– Нам остается теперь только одно, – сказал Грайс. – Фоббс, пригласите сюда мисс Элеонору, или, лучше, скажите, что я прошу ее в гостиную.

Как только Фоббс ушел, я сделал было шаг по направлению к мисс Мэри, но Грайс удержал меня.

– Пойдемте со мной, – сказал он, – мне хотелось бы, чтобы вы присутствовали при нашем разговоре, – мисс Элеонора сейчас придет в гостиную.

Я колебался, но мысль, что я снова увижу ее, заставила меня решиться. Я попросил Грайса подождать минутку и подошел к Мэри, чтобы сказать ей, что ухожу.

– Что случилось? – спросила она испуганно.

– Ничего такого, ради чего вам нужно было бы пугаться, – успокойтесь!

Но она прочла на моем лице беспокойство, терзавшее меня, и сказала:

– Нет, что-то случилось, я чувствую.

– Ваша кузина сейчас сойдет вниз.

– Сюда, – повторила она и заметно вздрогнула.

– Нет, в гостиную.

– Что-то в доме происходит странное, – сказала она, – я чувствую, что со всех сторон нас подкарауливает несчастье, но никто не хочет сказать, в чем именно заключается опасность.

– Мисс Левенворт, – попробовал я успокоить ее, Бог даст, ничего не случится такого, что могло бы вас испугать. Но если что-нибудь произойдет, я первый сообщу вам об этом.

Я молча поклонился ей и последовал за Грайсом, а она осталась сидеть одна, откинувшись на подушки дивана.

Не успели мы войти в гостиную, как появилась и Элеонора.

Она вошла гордая и спокойная, приветствуя нас легким кивком головы.

– Меня просили прийти сюда, – сказала она, – нельзя ли по возможности скорее сообщить мне, в чем дело, так как я устала и нуждаюсь в отдыхе.

– Мисс Левенворт, – сказал Грайс, потирая руки и поглядывая на дверную ручку, – мне весьма жаль, что нам пришлось побеспокоить вас, но я очень хотел бы знать…

– Каким образом у меня очутился ключ, который ваш помощник достал из камина? – спросила она.

– Да, вы угадали, мисс Левенворт.

– Я отказываюсь дать вам какие-либо объяснения по этому поводу, хотя должна сказать, что этот человек совершенно прав, утверждая, что у меня был ключ и что я бросила его в камин.

– Однако…

Но она уже повернулась к двери.

– Я должна извиниться, что отказываюсь отвечать, – добавила она, – но никакие доводы с вашей стороны не заставили бы меня изменить мое решение; вы бы только напрасно потеряли со мной время.

Она мельком взглянула на меня и вышла из комнаты.

Одну минуту Грайс стоял пораженный, глядя ей вслед, потом вышел на лестницу проводить ее.

Я не успел опомниться от удивления, вызванного этой сценой, как услышал шаги в передней и увидел мисс Мэри, которая направлялась ко мне, видимо испуганная, с пылающими от возбуждения щеками.

– В чем дело? – спросила она быстро. – Элеонора созналась в чем-нибудь?

– Ни в чем она не созналась, – сказал я, вздохнув, – в этом-то и состоит все несчастье. Ваша кузина отказывается отвечать на некоторые вопросы, не понимая, что тем самым навлекает на себя…

– Что навлекает?

– Множество неприятностей, которых могла бы избежать.

Одну секунду она смотрела на меня испуганными, недоверчивыми глазами, потом опустилась на стул и, закрыв лицо руками, со стоном проговорила:

– Ах, зачем мы только родились на свет! Зачем не погибли мы вместе с нашими родителями!

– По-моему, отчаиваться еще рано, – сказал я. – Будущее, правда, в данную минуту темно для вас, но мрак может рассеяться. Ваша кузина послушается благоразумного совета и объяснит…

Но Мэри не слушала того, что я говорил. Она вскочила со словами:

– Можно с ума сойти, право, можно с ума сойти!

Я смотрел на нее с удивлением и, казалось, только теперь понял ее. Она, по-видимому, решила, что сама навела нас на след открытия, которое должно было погубить ее кузину, и это приводило ее в отчаяние.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».