Дни Киберабада - Макдональд Йен - Страница 5

Он свернул к новому мосту в Рамнагаре, отчаянно гудя большущим неуклюжим грузовикам. Шоферы сигналили в ответ и скверными словами поносили этих робоваллахов, которые выглядят как девчонки. С трассы А на трассу В, с нее на проселок и просто по сухой земле, взметая пыль широкими колесами «хаммера». Радж дергался на своем сиденье, улыбался сам себе и махал руками, как бабочка крыльями, бормоча что-то под нос и временами выглядывая в окно. Его смазанные гелем волосы заскорузли от пыли.

– Что ты там ищешь? – спросил Санджев.

– Он идет, – ответил Радж, подпрыгивая на подушке сиденья. – Еще немного, и мы сможем делать все, что нам вздумается.

Едва услышав: «Садись за руль», Санджев понял, куда ему ехать. Встроенный навигатор и сарисин вели машину за него, но он и сам знал каждый поворот и развилку. Вот лес Бора, все те же серые стволы без веток, вот гребень между рекой и полями, с которого мужчины их деревни следили за сражением, после которого он влюбился в роботов. Роботы всегда чисты, всегда верны. Это мальчики, управляющие ими, чувствуют обиду, неудачи, разочарование.

Поля были пыльными квадратами, тучи пыли носились между полосами колючих изгородей. Здесь еще целое поколение не прорастет ни травинки. Глиняные стены домов потрескались, школа осталась без крыши, ветер занес пылью храм и цистерны. Пыль, всюду пыль. Кости трещали и рассыпались в прах под колесами. Несколько семей, настолько отчаявшихся, что уже не в силах были добраться даже до Варанаси, заняли их старую деревню. Санджев видел иссохших как скелеты мужчин, усталых женщин, чумазых от пыли детей, ползавших перед хижинами из кирпича и пластика. Яд, глубоко проникший в Ахрауру, прогонит и этих.

Санджев остановил «хаммер» на гребне. Желтый свет солнца, невыносимая жара. Радж вышел и огляделся:

– Что за навозная дыра!

Санджев присел в тени кабины, глядя, как Радж расхаживает взад-вперед, взад-вперед, пиная прах Ахрауры тяжелыми подковами сапог.

«Ты их не остановил, да? – думал Санджев. – Ты не спас нас от разносчиков чумы».

Радж вдруг подпрыгнул и ударил кулаком воздух:

– Вон, вон, смотри!

Пыльная буря надвигалась по мертвой земле. Солнце с высоты играло отблесками в сердце смерча. Вихрь, двигаясь против ветра, шел к Ахрауре.

Робот остановился у подножия холма, где стояли в ожидании Санджев и Радж. «Эй Си Ар Райтеон», тяжелый пехотный бот, возвышавшийся над ними на несколько метров. Ветер унес обволакивавшую его пыль. Он стоял в тишине, грозный, сияя горячими отблесками брони. Санджев в жизни не видел ничего прекраснее.

Радж поднял руку. Бот развернулся на стальных копытах. Из раскрывшихся карапаксов показались орудия – Санджев никогда не видел столько орудий сразу. Радж хлопнул в ладоши, и бот всеми своими орудиями обрушился на лес Бора. Гранаты в пыль разносили сухую серебристую древесину, снаряды перемалывали ее в черную труху, стена леса превратилась в стену пламени. Радж развел ладони, и рев орудий затих.

– В нем все, все, что было в наших старых сбруях. Сандж, мы всем будем нужны, мы можем делать что хотим, мы будем настоящими героями мультиков!

– Ты его украл.

– У меня есть все инструкции. Это целая система.

– Ты украл этого робота.

Радж сжал кулаки, устало покачал головой.

– Сандж, он всегда был мой.

Он раскрыл ладони, и робот заплясал. Задвигались руки и ноги, повторяя каждое па, каждое движение, каждый наклон и кивок настоящей песни-танца Болливуда. Пыль взлетала из-под ног боевого бота. Санджев кожей чувствовал взгляды поселенцев, в ужасе замерших в развалинах деревни.

«Простите, что напугали вас».

– Все, что мне вздумается, Сандж! Ты с нами?

Санджев так и не успел ответить, потому что над рекой вдруг взревели реактивные двигатели. Он закашлялся, задохнулся в облаке пыли. Судорожно полез за ингаляторами: два вдоха из голубого, один из коричневого, и к тому времени, как воздух сладкой струей проник к нему в легкие, реактивный моноплан с зелено-бело-оранжевой круглой эмблемой воздушных сил Бхарата опустился на стручки дюз в оседающей пыли. Откинулся трап грузового люка: женщина в камуфляжном комбинезоне цвета пыли и в шлеме с зеркальным визором направилась к ним по гребню.

Беззвучно вскрикнув, Радж, как мечом, ладонью рубанул воздух. Бот присел, из расщелин в дюжине орудийных кожухов показались стволы. Не замедлив широкого уверенного шага, женщина подняла левую руку. Стволы спрятались, орудийные порты закрылись, боевая машина покачнулась, будто смутившись, и тяжело осела на мертвое поле: голова обвисла, руки волочатся в пыли. Женщина сняла шлем. На экранах джемадар выглядела килограммов на пять тяжелее, но у нее и впрямь были полные бедра. Она засунула шлем под мышку, а свободной правой рукой отодвинула волосы, показав завиток пластикового эмбриона-игрушки за ухом.

– Пойдем, Радж. Все кончилось. Пойдем, нам надо возвращаться. Не скандаль – тут уж ничего не поделаешь. Нам всем придется решать, что делать дальше, понимаешь? Мы полетим самолетом, тебе понравится. – Она с головы до ног оглядела Санджева. – Полагаю, ты можешь отвести назад машину. Кто-то должен это сделать, а так будет дешевле, чем присылать за ней человека из дивизиона, – ваша затея и без того дорого обошлась. Я перепрограммирую сарисина. И нужно еще забрать это… – Она покачала головой и поманила к себе Раджа. Тот, как теленок, покорно и безропотно пошел за ней к черному моноплану.

Черные вороны вприпрыжку подобрались к роботу и блестящими голодными клювами принялись ковыряться в трещинах брони.

Кайл и река

Кайл первым увидел взрывающегося кота. Он возвращался из магазина, расположенного на территории лагеря, держа в руке рожок с ледяной крошкой[26] – наградой за то, что он забил гол в матче среди тех, кто младше одиннадцати; прищурившись, он взглянул на строительный вертолет (они до сих пор были большущими, расчудесными и захватывающими) и увидел, как кот перепрыгнул с медицинского центра на кофейню «У Тиннемана». Кайл принялся показывать пальцем на животное, и спустя несколько мгновений охранники заметили его в своих визорах, закричали. Лагерь мгновенно ожил: мужчины и женщины стали разбегаться кто куда, родители сгребали детей, секьюрити направляли оружие туда-сюда. Тем временем кошак, почуяв, что его засекли, в два прыжка оказался на крыше бронированного «лендкрузера», затем соскочил на землю и стал искать цели. Охранник направил на кота пистолет. Секьюрити явно был новеньким. Даже Кайл знал, что так делать не стоит. На самом деле перед ними был совсем не кот, а умная ракета, которая только вела себя как животное; если попытаться поймать этого «зверя» или прицелиться в него из оружия, он атакует и взорвется. Стоя в тени аркады, Кайл мог разглядеть выражение лица охранника, пытающегося поймать в прицел мечущегося и уклоняющегося робота. Взревела пулеметная очередь. Кайл еще никогда не слышал ее так близко. Дух захватывало. Повсюду с треском летали дикие пули. Кайл подумал, что ему стоило бы спрятаться за чем-нибудь твердым. Но ему хотелось видеть. Он столько раз про это слышал, а вот теперь все происходило на главных улицах, прямо у него на глазах. Которакета подобралась уже совсем близко. Тогда секьюрити наудачу выпустил очередь – стальной кот взвился в воздух и взорвался. Кайл отшатнулся. Ему еще не приходилось слышать чего-то столь громкого. Стоящий рядом автомат с кока-колой прорешетило шрапнелью, которая оставила на его корпусе красно-белые звезды. Охранник упал, но двигался, отползая на спине от места взрыва; прибыли настоящие военные, а вместе с ними медицинский «хаммер» и разведдроны. Кайл стоял и глазел. Было круто круто круто – такое зрелище для него одного. А затем появилась мама – она бежала, размахивая руками, на неловких ногах, чтобы все это у него отнять, подхватить его на глазах у всех и запричитать:

– Ох, ну как тебя угораздило о чем ты думал ты в порядке в порядке в порядке?