Новый вызов (СИ) - Баранников Сергей - Страница 11

Этот обход вообще выдался невероятно сложным.

В одной из палат уже с порога мы почувствовали запах дыма. При этом форточка была распахнута настежь. Возможно, мужчина открыл бы и окно, да только кто ему позволит это сделать? В целях безопасности окна в палатах были под замком, а ключ находился только у дежурной медсестры и заведующего отделением.

— Что здесь происходит? — потребовала объяснений Сарычева, скривившись от едкого дыма.

— Лечение пошло немного не по плану, — принялся оправдываться мужчина, отчаянно пытаясь потушить лампадку. — Я хотел наполнить комнату запахом ладана, но перестарался.

— Кто вам позволил снимать лампадку с потолка? И как вам это вообще удалось? — засыпала целительница вопросами бедолагу.

— Уметь надо, — уклонился он от ответа.

— И зачем вам понадобился ладан?

— Все эти ваши лекарственные травы — не более, чем пища для коров. А я же вам не животное! Лечиться нужно благовониями! Только они смогут выгнать заразу из тела и поставить человека на ноги.

— А разве они не из растительных веществ делаются? — опешила Паршина, но её вопрос остался без внимания.

— Вы будете рассказывать как лечиться одарённому целителю с опытом работы более двадцати лет? — вспыхнула Сарычева, а Макс прыснул от смеха и выскочил в коридор, чтобы дать волю эмоциям и хорошенько посмеяться.

— У вас зашорено мышление! — не отступал мужчина. — Узко мыслите! О чём с вами можно говорить?

— Так, полагаю, наши лекарства вы не принимали, — произнесла целительница, направившись к прикроватной тумбочке.

— Разумеется, нет. Вот они, стоят в целости и сохранности.

— Всё равно придётся вылить, — отмахнулась женщина. — А вас мы выписываем. Угрозы для жизни нет, а нарушители пожарной безопасности нам не нужны. Имейте в виду, что я буду рекомендовать проверку вашего психоэмоционального состояния.

— Хотите меня упечь к душевнобольным? Боитесь конкуренции? — вспылил мужчина. — Ничего у вас не выйдет! Знаете что? Я сам ухожу!

— Напишите отказ от госпитализации, и можете быть свободны, — сухо ответила женщина и демонстративно вышла из палаты.

После обхода я направился в процедурную, куда должны были прийти ходячие пациенты. Работать там всё-таки куда удобнее, чем в переполненной палате, где прикроватные тумбочки заняты лекарствами и вещами, а о полной стерильности не может быть и речи. Кто-то тайком ест пирожки, наполняя палату лакомыми запахами, другие снимают грязные носки, третьи болтают, не давая возможности сконцентрироваться.

По дороге к процедурной я заметил, как в отделение вошёл мужчина и попытался прошмыгнуть мимо сестринского поста.

— Мужчина, вы к кому? — поинтересовалась медсестра, когда в отделении появился посторонний.

— Мне бы друга проведать, — начал он, указывая на полный пакет.

— Посещения у нас проходят в отдельной комнате, а пациенты сами выходят к близким, если могут передвигаться самостоятельно. К кому вы пришли, и кем приходитесь больному?

Молодец, Михайловна, никого постороннего не пропустит! Иначе бы отделение давно превратилось в балаган. Я понимаю, когда в палате всего один пациент и тяжёлый, тогда можно пустить близкого родственника, но у нас есть такие пациенты, которых нужно всеми силами беречь. Некоторые настолько ослаблены после операции, что любой вирус может вызвать серьёзные проблемы. А те, кто может ходить, могут и выйти к посетителям в специальную комнату с мягкими диванами. Там они не будут никому мешать и могут не стесняться окружающих.

— Да я не знаю, он в этой больнице вообще, или нет, — замялся мужчина.

— Так у меня спросите, я всех знаю.

— Колокольцев Илья!

Пока Михайловна сверялась со списками больных, я сразу понял, что у нас такого пациента нет.

— Может, вы перепутали отделения? Спросите в инфекционном на другой стороне здания, — посоветовал я. — У нас Колокольцевых точно нет.

Пока мы общались с гостем, мимо прошмыгнула девушка в белом халате.

— Михайловна, а у нас новая медсестра в отделении? — удивился я, проследив за девушкой.

— Какая ещё новая? Я сегодня единственная медсестра на смене. Из младшего персонала ещё две санитарки и всё.

— А это тогда кто? На санитарку не похожа.

Дежурная медсестра проследила за моим взглядом и подскочила с места.

— Девушка, вы куда? И вообще, вы кто?

Та замерла на входе в третью палату, где лежал боец. Полицейский уже отошёл в сторону, заметив белый халат, но после вопроса Михайловны заметно напрягся. А дальше всё развивалось настолько стремительно, что я едва успевал реагировать. Страж схватил девушку за руку, но та отшвырнула в сторону поднос с настойками, выхватила перцовый баллончик и брызнула в лицо. Страж вмиг позабыл обо всём, закрыв лицо руками и закричав от жгучей боли, а девушка высвободилась и рванула в палату. Я успел заскочить следом за ней, но у меня не было ничего подходящего под рукой. Разве что ручка, подаренная отцом, но её я даже не успел испытать. Да и не хотелось светить перед хранителями порядка свой последний аргумент в самозащите. Наверняка там мощный парализующий яд, использование которого вызовет массу вопросов.

Девушка брызнула из баллончика в лицо пациенту, а затем бросилась к окну, но тут её ждало разочарование. Рамы были крепко заперты, а стёкла сделаны из ударопрочного стекла. Стул, полетевший в стекло, оставил на нём лишь пару царапин.

— Всё кончено! — твёрдо произнёс я, шагнув ей навстречу. Совершенно не хотелось подходить близко, потому как в кармане куртки, оставшейся в ординаторской, у меня была похожая штука, и я прекрасно знал что случится, попади эта смесь в глаза или слизистую носа. Полицейский и пациент ярко демонстрировали последствия на собственном примере.

— С чего ты взял? — рассмеялась она, но смех больше походил на истерику.

— Потому что отсюда есть только один выход, и он у меня за спиной.

— Тогда мне придётся убрать тебя с пути, — решительно произнесла девушка и вскинула руку, чтобы выпустить очередную струю из баллончика, но я оказался быстрее. Быстрым движением я ударил по её кисти, отводя её в сторону, а затем заломил руку и повернул к себе спиной. Каким бы лёгким я ни был, всё равно тяжелее хрупкой девчонки, поэтому наша борьба продлилась всего пару секунд. Когда в палату вбежала Сарычева в сопровождении Макса, Марины и Алёны, всё было уже кончено.

— А ты неплохо проводишь время, — нашёл время для шутки Ключников. — Хотя бы номер телефона у неё взял, прежде чем улечься сверху?

— Могу уступить тебе эту задачу. Но будь осторожен, девчонка жгучая, как этот перцовый баллончик в её руках. Потянешь ли, Макс?

Я не терял время напрасно и уже воздействовал на нервные центры девушки с помощью дара, отправив её в лечебный сон. Пусть немного отдохнёт от наведения суеты, ей предстоит долгий разговор с хранителями порядка.

Пока Михайловна причитала, мы оказали помощь полицейскому и пациенту. Несколько минут ушло, чтобы привести его в чувства.

— А во флаконах был яд, — заметил Макс, рассматривая содержимое подноса, рассыпавшееся по полу. — Мне кажется, это предназначалось для нашего больного.

— Тимур, — прохрипел парень, преодолевая боль в отёкшем горле. — Меня зовут Тимур. Спасибо, вы уже дважды спасли меня.

— У тебя сильный заступник, который приглядывает за тобой, — покачал головой Макс. — Считай, тебе сегодня здорово повезло.

— Кстати, а где тот тип, который отирался возле сестринского поста? — спохватился я.

Мы с Ключниковым выбежали в коридор, но гостя уже и след простыл. Вот и гадай теперь — он оказался здесь неспроста, или случайно зашёл? Разумеется, никто его не запомнил, а следящие кристаллы пусть и заметили его визит, запечатлеть лицо не смогли. Да и я не удивлюсь, если окажется, что усы у него были бутафорские, для отвлечения внимания.

После этого инцидента любые доводы Радимова уже не помогли парню задержаться в отделении. Хранители порядка забрали его, как только тот пришёл в себя.