Шаман из Рода Человеческого (СИ) - Пламенев Владимир - Страница 1

Шаман из Рода Человеческого

Глава 1

— НЕ СМЕЙ УМИРАТЬ! НЕ СМЕЙ! — девичий голос сорвался и сменился на хриплые всхлипы.

Я распахнул глаза и смахнул слой снега, залепивший мне веки.

Сумерки. Ветер. Ничего не видно — только порывы снежной бури, кружащие вокруг меня. А в груди — пожар, согревающий моё тело так, что снег мгновенно таял на лице.

Какого…

Я же… умер?

И тут перед глазами вспыхнули буквы, будто вырезанные в пространстве светящимися чернилами. Они сияли сквозь несущийся снег:

Твой новый Путь начинается здесь.

Мы будем ждать тебя на Вершине.

...

Пробуждение завершено.

Культивационный Путь: Шаман.

Уровень 1.

Открыто взаимодействие с миром духов.

Пройдите Шаманское Посвящение, чтобы открыть внутренний информаторий.

Эм… что за…

Какой ещё культивационный путь? Какой шаман⁈ У меня предсмертный бред⁈

Последнее воспоминание — как я, из последних сил, поднял сани с антибиотиками из ледяной воды. Надо былоссрочно доставить лекарства в отдалённую деревушку. Иначе почти двести человек погибли бы от тифа.

Я был не экспедитором, а этнографом. Но в тот день, кроме меня, доставить груз из райцентра было некому. Приближалась пурга, которая сделала бы доставку невозможной. А я знал дорогу. Так мы с молодым фельдшером — Лёшкой — и отправились в путь.

Вот только я провалился вместе с санями в воду, когда пересекали замёрзшую реку, а Лёшку успел столкнуть на лёд. Потом мы вместе достали сани: я стоя по грудь в ледяной воде, а Лёшка вместе с собачьей упряжкой — с более толстого льда.

И почему река треснула тогда⁈ Лёд держался крепкий! Видимо, я нарвался на трещину…

В любом случае, Лёшка с моими собаками должен добраться до деревни сам. А я… разберусь, где оказался сейчас.

— Не смей! Братик, родной, не умирай, я заклинаю тебя… Духи неба и земли, оставьте кровь рода моего в мире живых! Заклинаю! Заклинаю! Заклинаю! У меня больше никого не осталось! Только не его! Заклинаю! Либо заберите меня с ним! Я не хочу оставаться одна! НЕ ХОЧУ! — душераздирающая хрипота звучала поблизости. Впереди и левее, в нескольких метрах.

Кто-то умирал.

Нужно помочь, если это было ещё возможно. На севере иначе не выживают. Только плечом к плечу с другим человеком против суровой зимней природы. Даже если ты его не знаешь — помоги. С деталями потом разберёшься.

Таков был мой и личный закон.

Только ничерта не было видно из-за этих надписей! Как их убрать⁈

Но они исчезли, стоило об этом подумать.

Отреагировали на мысленную команду? Удобно, но… подозрительно.

Я вскочил с места, но тут же качнулся назад, отягощённый за левую руку. На ней что-то висело мёртвым грузом.

Да чтоб тебя!

Это была рука. Холодная. Она стискивала моё левое запястье, будто моля о помощи или пытаясь удержать.

Я сжал правую руку в кулак, готовый ко всему, но… Тот, кто держал меня за руку, лежал на земле без движения, засыпанный снегом. Можно было разглядеть только контуры его тела.

Лишь бы это оказался не Лёшка…

Я вырвался из хватки. Быстро подскочил к лежащему, сбоку, и с усилием перевернул, надеясь, что он жив.

Но он был бледен как снег. И так же холоден. Пульса никакого.

Мёртв. Но… не Лёшка. Незнакомец. Старик, который годился бы мне в отцы.

Ему уже не помочь. А живым ещё можно было.

Я поспешил на девичий голос. Ледяной ветер беспощадно бил в лицо, мешая видеть. На мне было какое-то пальто, вроде старинного тулупа. Потрёпанное, всё в заплатках и с дырой в центре груди.

Но мне было не холодно. Внутренний жар согревал.

Прикрыв лицо руками в варежках, я зашагал по глубокому снегу. Валенки тонули в белом покрове, который доходил до колена. Но плотные штаны и что-то под ними, намотанное на ноги, защищали от мороза и снега.

Одежда чужая.

Где я — непонятно.

Лёшки не видно.

Ещё и информационные окна, появляющиеся перед взором…

Будто мой умирающий мозг придумал это всё перед смертью. Но слишком живым я себя чувствовал. Внутренний жар, плотность снега под ногами, сила ветра и уколы снежинок — всё это было настоящим. Настолько, насколько возможно.

Я отогнал мысли. Что бы ни было на самом деле, сейчас не до этого.

Впереди появился свет. Два фиолетовых огонька светили через бурю, как глаза мистического чудовища из древних мифов.

Фонари? Я двинулся к ним, но голос прозвучал с другой стороны, из-под высокой, раскидистой ели:

— Родненький… — всхлипы, полные гаснущего отчаяния. — Братик мой… Дарен, не покидай меня… заклинаю, заклинаю, заклинаю…

Если светит не она, то что это за огоньки?

Когда я снова повернулся к ним, то уже ничего не увидел. Только снегопад, закруженный в вихрях бури.

Получен духовный опыт: 1.

Получите ещё 49/50 духовного опыта, чтобы перейти на второй уровень Пути Шамана.

Снова это окно! Что за духовный опыт⁈ Будут пояснения⁈

Пройдите Шаманское Посвящение, чтобы открыть внутренний информаторий.

Шаманское посвящение… а ведь в той деревушке, куда мы двигались с Лёшкой, у меня был хороший знакомый, можно сказать — друг.

Это был старый шаман, который давал мне больше всего знаний о своём народе, обычаях и культуре. Но больше всего — о духах. Он часто предупреждал, что у них специфическое чувство юмора.

Пусть я никогда не верил в них полностью, но… что, если все эти странности — их рук дело?

Сообщение исчезло так же, как и прошлое — после мысленного приказа.

Духовный опыт… Я получил его, когда посмотрел на те огни в буре.

Мысль про «глаза мистического чудовища» всколыхнула нервы. Но я замотал головой, отгоняя дурные мысли, и двинулся к ели.

Невысокая фигурка девушки сидела под ветвями, которые защищали её от ветра. Она была укутана в несколько слоёв одежды. Голову покрывал платок из плотной шерсти.

Губы бледные. Лицо было местами красным, местами белёсым, с маленькими кристаллами подмёрзших слёз. Её глаза напоминали частицы летнего неба. Такие же ярко-голубые. Особенно на контрасте с краснотой от плача. Девушка с болью смотрела вниз — на свои колени.

Головой на них лежал парень. Совсем ещё молодой, с первой тёмной бородкой. Без движения. На его лбу красовалась здоровенная ссадина. Через ссадину проходила длинная резаная рана, спускавшаяся на переносицу парня и ниже — на губы. Ему повезло. Пара сантиметров в сторону и он бы потерял глаз.

Всё его лицо было покрыто подмёрзшей кровью. Одетая в варежку рука девушки ласково гладила его по щеке, будто это помогало ему прийти в себя.

Ни ссадина, ни рана не выглядели смертельно. Хуже было внизу. Штанина паренька, ниже колена, была насквозь пропитана тёмным. Очевидно — кровью.

Пятно было широким, покрытым заледеневшей коркой. И я был готов поставить любые деньги, что кровотечение продолжалось: не было никаких следов перевязки.

— У него в ноге ранение! — перекричал я вой ветра и отодвинул в сторону одну из широких ветвей, чтобы девушка увидела моё лицо.

Она встрепенулась. Дёрнулась назад, будто пытаясь отскочить, и ударилась затылком о древесный ствол, но даже не моргнула. Её широко распахнутые глаза уставились на меня, не двигаясь. Будто я был не человеком, а каким-то опасным зверем, рядом с которым нельзя шевелиться.

Да так, что спустя пару секунд я и сам подумал: может, у меня с лицом что-то не так?

— Времени мало. Он умрёт от потери крови, если мы сейчас же не перевяжем рану, — рассудил я, указав на ногу парня. Девушка не шевелилась. Только её рука скользнула куда-то за спину… а потом резко метнула что-то мне в лицо.

Я увернулся в последний момент. Рядом с моей головой пролетело что-то крутящееся.