"Фантастика 2026-75". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Ютин Макар - Страница 298

— Покажу всё как на духу! — обрадовался директор. — Жду вас завтра!

На следующий день Миронов, с охраной на трех машинах, заехал на территорию рудника «Песчаный» предприятия ООО «Кемзолруд», там же находилась администрация предприятия. Он вышел из машины, охрана впереди него зашла в задние администрации, Миронов поднялся в приемную предприятия на второй этаж. Там его встречал с распростертыми объятиями Селин Александр Яковлевич, директор и единоличный владелец фирмы. Миронов отмахнулся от объятий, да Селин и не настаивал — они прошли в кабинет, там сидело еще двое братьев Селиных.

— Это Василий, мой старший брат, ему семьдесят пять, он у меня был главным маркшейдером. Это Николай — младший брат, он у нас занимался съемом золота с грохотов и сдачей его на аффинажный завод и последующей продажей — в общем все операции с добытым золотом. Они мои партнеры, их доля в бизнесе по тридцать процентов, моя сорок процентов. Но это неофициальное распределение прибыли. По документам я единоличный собственник предприятия и рудников — сообщил Селин.

— А долги в два миллиона долларов вы тоже солидарно собираетесь отдавать? — спросил Миронов.

— Братья уволились, чтобы не попасть под долговой пресс, решили, что я буду отвечать. Они помогут, если что — грустно сообщил Селин.

— Тогда какова цель присутствия ваших братьев на нашей встрече? — спросил Миронов.

— Если что-то обсуждать о добыче золота, то они необходимы — ответил Селин.

— Пока мне надо осмотреть ваш рудник, но только вдвоем с вами. А после осмотра сами решите — нужно ли дальнейшее присутствие ваших братьев на наших переговорах. Пойдёмте! — скомандовал Миронов.

Они с Селиным и охраной Миронова, которая шла за ним в пяти шагах сзади, прошли в рудник. Братья Селины остались дожидаться в кабинете. Они прошли створ шахты, все одели шлемы с фонарями, двинулись по наклонному штреку вглубь шахты. В ней стояла тишина, изредка прерываемая капелью с потолка штрека. Миронов негромко спросил:

— Вы похоже в полном дерьме? И выхода не видно? Частное лицо с миллионным долгом — это бандиты?

— Да, черт возьми! Зачем вы спрашиваете, если вам всё известно? — со злобой в голосе, но тоже негромко ответил Селин.

— Я предлагаю вам заниматься легализацией добываемого мной золота, а не добывать его тут. За это будете получать два миллиона рублей на оклады вам и вашим братьям, и один процент наличными долларами от суммы продаж моего золота. Плюс я погашу ваши кредиты и задолженности — это примерно два с хвостиком миллиона долларов, предоставлю наличностью. Разумеется, в счет оплаты 99 % доли предприятия. Подходит мое предложение? — спросил Миронов.

— Это же… — начал и замолчал Селин надолго. — Я даже не знаю, какая это статья УК РФ — буркнул он. — Мне семьдесят лет, заниматься на склоне лет такими делами — зачем? Чтобы испоганить своё доброе имя?

— Ну как хотите, давайте расстанемся, делов-то! — улыбнулся Миронов. — Ваши добрые кредиторы помогут вам сохранить ваше доброе имя. Под могильной плитой в скором времени. Возвращаемся! — скомандовал он.

— Постойте, дайте подумать — попросил Селин. И они продолжили двигаться вглубь рудника.

— Давайте определяться — скомандовал Миронов, после пяти минут прогулки по шахте — у меня нет времени на сантименты.

— Я согласен. Давайте обсудим детали, чтобы понять возможность такой сделки — ответил Селин. — В каких объемах вы хотите поставлять золото?

— Начнем по нарастающей. Какой у вас была месячная добыча золота в лучшие годы? — спросил Миронов.

— Девятьсот килограммов на этом руднике. Рудник «Далекий» пять лет назад закрыли, «Хвойный» и «Прибрежный» семь лет, «Северный» десять лет назад — всхлипнул Селин. — Потому что золото было исчерпано! Копали во все стороны — не было его! Всё выбрали!

— Ну вот, вам показалось, что все выбрали. Откроете еще один штрек в этом руднике и там обнаружите золотоносную жилу, которая вам будет сначала приносить по сто килограмм золота, а через пару месяцев вообще по тонне золота! И в руднике «Далекий» новую жилу найдете, богаче прежних! И на остальных рудниках так же будет — предложил Миронов.

— Ну и аппетиты у вас. Самое богатое содержание — сто грамм на тонну. Нужно столько же грунта выбирать, чтобы столько золота добыть! Это же десять тысяч тонн!!!

— Ну и что? Породу вы же в шахте и оставляете. Что вас смущает? — спросил Миронов.

— Нужно платить деньги за вынутую породу. У нас идет зарплата за кубометры промытой породы. Хотя у меня хватает мертвых душ для этого — протянул задумчиво Селин.

— Не надо жадничать. Пускай ваши шахтеры добывают руду, промывают её, все равно снимает золото ваш брат. Может же содержание золота увеличится до килограмма с тонны? — спросил Миронов.

— Нет, не может — категорично ответил Селин. — Но тонну золота можно реально добывать за месяц при таком содержании — это не сложно, десять тысяч тонн, это примерно две с половиной тысячи кубометров. Мы их и так промывали каждый месяц, только содержание золота было очень маленьким, и мы добывали сто килограмм — добавил он спокойным тоном с грустью.

— Ну вот, с тонной золота в месяц разобрались, а там и десять тонн освоите через годик — уверенно произнес Миронов.

— Ох, не пугайте меня — отмахнулся Селин.

— Я не пугаю, а планирую операцию по легализации добытого мной золота — ответил Миронов. — Сто двадцать тонн в год — вот это для меня нормальные показатель, который мне требуется.

— А зачем вам столько денег — удивился Селин. — Хотя денег много не бывает, но всё же?

— Не задавайте лишних вопросов. Никакой противозаконной деятельности не веду и не собираюсь этим заниматься, для меня это только бизнес — ответил Миронов.

— Меня это вполне устраивает — ответил Селин, успокоившись. — Без моих братьев не обойтись — старший командует добычей руды, младший снимает золото. Им можно доверять. Мы с ними повязаны прочно. В лихие девяностые годы нам приходилось рисковать и продавать золото нелегально ингушам — государство не платило за золото. Без этого было не выжить. Так что доверяйте им как мне.

— Хорошо, двигаемся к вам в офис, уведомим ваших братьев о сделке, потом поедем к нотариусу, оформим продажу доли 99 % в вашей компании.

— Идемте! — с энтузиазмом сказал Селин и они повернули на выход с рудника.

В офисе Александр кратко пересказал договоренности братьям, они обдумали, прочитали и согласились, довольно улыбаясь при этом. Александр достал бутылку хорошего коньяка, закуски, они выпили за успешную совместную работу и оговорили детали. Николай будет приезжать по нескольку раз в месяц к Миронову в Томск, на разных машинах, с разными водителями, чтобы не привлекать к себе внимание. Александр останется директором фирмы — Миронов подпишет приказ о его назначении. Вся бухгалтерия будет вестись фирмой Миронова, управление финансовыми операциями тоже. Золото будут отправлять на аффинажный завод в Кемерово, слитки с завода до реализации хранить в банке тоже в Кемерово. Дальше легальное золото будет продаваться российским банкам или экспортироваться за рубеж, в Китай и страны Юго-Восточной Азии, там с продажей российского золота проблем нет. Выручка будет аккумулироваться на валютных счетах ООО «Кемзолруд» и тратиться Мироновым на закупку импортного оборудования и товаров.

После этого поехали к нотариусу и оформили документы о продаже доли в ООО «Кемзолруд» Миронову за два миллиона триста тысяч долларов, которые Миронов в присутствии нотариуса передал Селину Александру. Выйдя от нотариуса, они вернулись в офис, сопровождавшие Миронова сотрудники установили свой сервер, переключили на него все телефоны и компьютеры.

— Ты не обижайся, но я должен быть уверенным, что ты меня не сдашь, ну и не обманываешь — сообщил он Селину. — Все разговоры и видео с камер наблюдения будут под моим контролем. Ну а ты тоже не теряй времени — готовься к лучшим временам, нанимай хорошую охрану. На лакомый кусок много желающих найдется. Если будет что-то, с чем не сможешь справиться — звони мне. И ещё. Если у вас имеются серьезные проблемы со здоровьем — звоните. У меня имеется санаторий, который вам по двадцать лет скинет и все болячки вылечит. Будет работать со мной — будете жить очень долго и в добром здравии. Мне, например, семьдесят лет.