Особо тяжкие отношения (СИ) - Рам Янка "Янка-Ra" - Страница 5

— Мика! Я пришла.

Сонный Мика забирает у меня пакет из рук.

Мика без сомнения мог бы сделать карьеру модели. Он канонический голубоглазый блондин с вьющимися волосами. И прекрасным телосложением. И возраст еще позволяет.

Но, увы... никакой карьеры он никогда не сделает. Мика — глубокий травматик, моя собственность и моя проблема. Как и Карма.

Ловлю его лицо за подбородок, заглядываю в глаза.

Мика почти ничего не помнит про себя. Только последние годы. У него посттравматическая амнезия и еще много "прекрасного".

— Как ты себя чувствуешь, котенок?

— Все хорошо, — улыбается застенчиво.

— Опять всю ночь в приставку, а днем проспал? Я тебя накажу...

Опускает виновато взгляд.

— Я... читал. И приготовил для тебя тунца.

— Подхалим! — закатывая глаза, отталкиваю его пальцами в лоб.

— Что ты читал?

— "Мартин Иден".

— Какая мысль тебе понравилась?

— Эм... - растерянно.

— Неужели ни одной?! Это оскорбление моей библиотеки!

— Эта. "Играя в незнакомую игру... никогда не делай первого хода".

Благосклонно киваю. Отличная мысль.

— Сегодня у меня будут гости. Уведи Карму на второй этаж и накрой мне на веранде. Два прибора.

Из пакета достаю кусок говяжьего сердца, из рук скармливаю Карме. Забирает агрессивно. Но урчит... Пачкается в крови. Вытираю ей морду мокрыми одноразовыми полотенцами.

Рыкая, недовольно воротит ее.

— А ну-ка... терпи! — рычу на нее. — Испачкаешь всё.

— Что мне теперь прочитать? — спрашивает Мика.

— "Чума" Камю...

— Спасибо.

Пока Мика накрывает, принимаю быстро душ.

Я очень люблю то, как устроена моя жизнь. Настолько, что могу убить, если кто-то попытается грубо нарушить мой феншуй. Убить — это не фигурально.

После душа наливаю себе вино. Врубаю на системе музыку. Закрыв глаза, двигаюсь под музыку, ловя свое отражение в зеркалах.

Перфект!

"Мяса" хочу...

Включаю на громкую звонок от Красавина.

— Да.

— Я у твоей машины. Подъезд? Квартира?

— Поднимайся по лестнице.

Забираю бокал, делаю глоток. Иду ему открывать.

— Здесь какой-то... салон? Или что это? Вывеска странная "Дом теней".

— Все верно...

Все верно моя обитель — дом теней.

Открываю ему, показывая рукой, чтобы проходил.

Шокированно обводит мою гостиную глазами.

— Ебать... - одними губами.

— Согласна. Мне тоже нравится.

— А чо так брутально?

У меня черная гостиная — кожаная мебель и встроенные камины с имитацией живого огня. Наши тени пляшут по стенам.

Давлю ему пальцами снизу, возвращаясь челюсть на место.

— Не разувайся, — веду через кухню на террасу.

— Ты здесь живёшь?

— Мхм...

— Одна?..

— Нет.

— Все настроение испортила... - вздыхает.

— Тунца будешь?

— Мясо буду.

— Мясо только после охоты...

Глава 6 — Япония

Саунд: Пикник — Фетиш

Терраса по периметру закрыта уличными шторами. Но часть из них открыты. И видны огни Москвы в просвет между зданиями.

Играет “Пикник”...

На улице прохладно. Я сижу в куртке. Василиса в великоватом ей темно-синем теплом халате. Словно сняла его с мужского плеча. Под ним — японское кимоно с традиционной линией воротника. На нем ветка сакуры.

Между краем террасы и столиком стоит высокая газовая горелка. От нее идет тепло.

— Изначально я выбрал двенадцать персонажей. Засветились со своими рукоблудными косяками за последние пятнадцать лет. Тщедушные, небогатые, все как вы завещали, товарищ майор, — улыбаюсь ей. — Потом начал исключать...

Рассказываю ей всю логическую цепочку.

Василиса, не перебивая, с удовольствием ест.

Тунец у нее в сервировке, практически "от Мишлен". Тёмный, сочный, сырой, только обсыпан специями и обожжен кулинарной горелкой.

Вокруг него несколько разнокалиберных суши. И маленький резной графинчик с мутной жидкостью.

Она ест аппетитно, смакуя, ловко орудуя палочками. Так, словно это вкусно. Но я пробовал, это отвратительно. Острая сырая рыба.

Забыв, на чем остановился, перевожу взгляд на край террасы. Там огромная клеть.

— Это для кого? Для медведя?

— Как получится. Не отвлекайся, — облизывает опухшие от острого губы.

— Седьмого я исключил, потому что он работает в лакокрасочном цеху. И у него не может быть сохранено обоняние. А мы ищем "парфюмера".

— Мхм... - кивает.

Выпивает рюмку мутного напитка. С кайфом облизывает губы.

Начинаю чувствовать приступ голода от ее смакований. Дама умеет получать удовольствие!

Делаю глоток кофе, засовываю сигарету в зубы.

— Осталось по старой традиции трое. Один из них имеет отношение к "ладану".

— Кто? — подаётся вперед с интересом. — Какое?

— Фокин. Родители — сектанты. Втягивали детей в свои религиозные таинства... - морщусь я. — Он потом на учёте состоял у "психа".

— А почему я его не знаю?

— А ты всех знаешь? — поднимаю бровь.

— Заочно, в основном да.

— Может быть, потому что он не Московский?

— Мм... значит, приезжает на вокзал. Потом на метро. Адрес есть?

— Есть.

— Проживает по адресу?

— Запрос местным ментам отправил.

— Предупредил, чтобы не спугнули?

— Обижаешь... - ухмыляюсь.

— Возьми с полки пирожок, Красавчик. Хорошая работа. Жаль, что мимо, — задумчиво.

Встаёт, подходит к краю террасы, ставит локти на перила.

Пялюсь на изгиб ее тела от туго затянутого пояса к бедрам. Тянет к ней...

И я тоже как "парфюмер" подхожу сзади, вдыхая запах. От ее халата пахнет мужским парфюмом.

Опять настроение испортила!

— Ты замужем? Нет, я знаю, что официально — нет. Я про... реально.

— Кто еще двое? — разворачивается.

Смотрим друг другу в глаза. Все личные зоны нарушены. Чувствую, как колотится сердце в горле.

— Надо этого проработать.

Смотрит мимо меня, не замечая.

— Он медик? Ветеринар? Парикмахер, может?

— Нет. Профессиональный безработный.

— Это не он...

— Откуда ты знаешь?

— Еще не поняла, просто знаю.

Смотрит расфокусированно вдаль.

Щёлкает пальцами, прикусывая губу.

— Я промазал с версией?

— Ты помог мне придумать альтернативную. Мой наставник говорит, когда кто-то рядом генерирует бред, критика позволяет исключить информационный шум из задачи и увеличить диапазон решений.

— Нихера не понял.

— Заводи тачку. Мы едем на охоту.

— А я могу услышать версию?

— Ее пока нет.

Рассматриваю.

Лестница с подсветкой на второй. Ступени обиты ковролином. Ее долго нет.

— Василиса?

— Тишина.

— Василиса!

Рядом с лестницей дверь из мутного стекла, за ней горит свет, ничего не видно.

Меня подзуживает в эту дверь заглянуть. Я делаю пару шагов к ней...

— Товарищ майор... - сглатываю стучащее в горле сердце. — Тук-тук...

Медленно давлю на дверь.

Какая красивая спина! Над ней качественно поработали. И тату вдоль позвоночника. Иероглифы. Японские.

Надевает через голову корсет.

Разворачивается.

Встречаюсь с ней взглядами. Застегивает ширинку на брюках. Затягивает шнуровку, глядя мне в глаза.

Ох, мать моя...

Пялюсь, застыв.

— Япония — это какой-то фетиш?

— Япония — это культ смерти и извращений в сексе.

— Воу-воу... полегче.

— Красавин, ты читал сказку "Синяя борода"?

— Нет...

Делает несколько ленивых кошачьих шагов ко мне, встаёт в упор. Меня размазывает от возбуждения...

— Это самая важная для тебя сказка, — говорит мне в губы. — Будешь открывать двери, которые не стоит открывать, окажешься персонажем сказок братьев Гримм. В оригинале.

Это где постоянно кого-то расчленяли, варили в масле и ели?