Развод (не) состоится (СИ) - Рымарь Диана - Страница 18

Посижу там, съем какой-нибудь десерт, заодно аккуратно выспрошу, кем является этот Ренат…

Стыдно, но все, что я помню из вчерашнего похода в гостиницу, — это имя предполагаемого любовника жены. Хотя ежу понятно, я мог выяснить гораздо больше, если бы с наскока не кинулся драться.

Что-то подсказывает, что этот хлыщ Ренат здесь работает. Слишком уж он нагло обращался к администратору по поводу Ульяны, да и одет был по-деловому.

А что, удобно.

Трудишься в гостинице, сюда же водишь любовницу, чтобы она нацеловывала тебе причиндалы в свободное от работы время. Незанятых номеров валом.

Хотя единственные причиндалы, которые Ульяна должна нацеловывать, — это мои причиндалы. Мои!

Злость и дикая ревность снова заползают в душу.

Очень стараюсь держать себя в руках.

Подхожу к гостинице, захожу внутрь.

Первое, что отмечаю, — администратор сменился. За стойкой ресепшен стоит блондинка с пухлыми губами, усиленно изображает дружелюбие. Охраны и вовсе не видно.

Подхожу к ней, спрашиваю:

— Не подскажете, где у вас находится ресторан?

Решаю с наскока не начинать расспросы, ведь опять могут выпереть через две минуты. Лучше постараюсь аккуратно расспросить официанта. На что только люди не готовы ради чаевых.

Прохожу вглубь отеля, поворачиваю, куда сказали, усаживаюсь за столик в самом углу. Мне лишнее внимание ни к чему, отсюда и выбор места.

Заведение, к слову, блистательное.

В прямом смысле — ведь «Сапфир».

На каждом столике стоит по вазе, инкрустированной насыщенно синими камнями. Понятно, что это просто стекло, но придает некой атмосферности. Особенно если добавить к этому аккуратные белые столы, а в комплект к ним стулья с синей обивкой — под цвет камней, которыми украшены треклятые вазы.

Здесь просторно и удивительно уютно.

Хорошо еще, в послеобеденное время народу не слишком много.

Едва я умащиваю свою задницу на стул, как возле меня материализуется официант.

— Пожалуйста, меню. — Он кладет передо мной пухлую белую книжицу.

— Спасибо. — Я жестом отпускаю его.

Делаю вид, что изучаю меню.

Желудок тем временем начинает усиленно урчать. Честно сказать, даже не помню, ел ли я что-то за последние два дня. Так дело не пойдет, еще заработаю с этим разводом язву. Достаточно и той, на которой женат.

Отчего бы не совместить приятное с полезным и не отобедать?

Вправду начинаю изучать содержимое белой книжицы. Оно изобилует названиями и фото блюд.

Подвисаю над меню…

Каким-то чудом я попал в ресторан средиземноморской кухни.

Да ну нет, не может быть.

Я же все отсюда пробовал! Хотя в этом ресторане впервые.

Меню будто иллюстрирует наши ужины за последний год, те самые, что готовила для семьи Ульяна.

Ну да!

Средиземноморский салат с морепродуктами, индейка, тушеная с грибами и шпинатом в сметане, булгур с овощами на сковородке! Как я вообще запомнил это название — булгур? Да потому что откровенно странная каша. И кухня эта средиземноморская странная.

Я вообще армянскую кухню люблю! Без вот этих вот выпендрясов.

Но разве Ульяна может без выпендрясов? Нет, она не может. Давление, видите ли, у меня высоковато, за холестерином мне надо следить, и вообще… Сколько я от нее наслушался о том, что средиземноморская кухня — самая легкая и полезная в мире, сколько налопался вот этих вот морепродуктов с овощами, жуть.

Она что, все рецепты брала из этого меню? Еще хвалилась, что нашла новое блюдо такое-то, блюдо сякое-то…

Ух!

Но больше всего меня удивляет раздел с десертами.

Натыкаюсь взглядом на кремового кролика, который как будто выглядывает из песочной корзинки. Доподлинно знаю, каково на вкус это пирожное. Я ведь ел такое на прошлых выходных. Будто чувствую на языке вкус белкового крема, сгущенки, ощущаю, как рассыпается во рту песочное тесто.

Дай бог памяти, кажется парочка таких вот кролей до сих пор доживает свой век в холодильнике на верхней полке, ведь моя жена готовит десерты килограммами. Она — профессиональный кондитер, я лично оплачивал ей безумно дорогие курсы у какого-то там француза несколько лет назад, хотя до сих пор считаю это ее увлечение блажью.

Но все-таки кролик на фото в меню как две капли воды похож на ее работу.

Подзываю официанта, заказываю кофе с пирожным.

Заказ приносят очень быстро. Через несколько минут передо мной стоит блюдо с десертом, дымится ароматный кофе.

Кофе даже не пробую, беру ложку, отламываю кусочек пирожного, отправляю в рот.

Ну да, все идентично. Белковый крем, песочное тесто, все до нюансов точь-в-точь как у меня дома.

Не бывает в мире таких совпадений. Ульяна скопировала чей-то рецепт? Или кто-то скопировал ее рецепт?

Или же никто ничего не копировал.

Снова зову официанта и требую:

— Немедленно пригласите ко мне повара, который готовил это пирожное. Сейчас же! Иначе я Роспотребнадзор на вас натравлю. Уж поверьте, связи есть…

Сижу, жду, не отрываю взгляда от того места, куда юркнул официант сразу после моего фирменного рыка. Он исчез в дверях, которые располагаются по правую сторону от барной стойки.

Очень скоро злосчастная дверь открывается, и из нее показывается…

Моя милая женушка, разряженная в синюю униформу и шапочку повара.

Глава 18. Сказочница

Мигран

Я смотрю на Ульяну убийственным взглядом.

Между нами пара десятков метров, но мне отлично видно, как бледнеет моя жена, понимая, что я раскрыл ее тайну.

Главное — не подходит!

Как увидела меня, так и застыла на месте. Даже делает шаг назад!

Отправляю ей мысленный посыл огромной мощности и показательно качаю головой.

Нет, милая, не сбежишь и не скроешься! Придется ответить за свои действия.

Ей-богу, она, должно быть, слышит мои мысли, или у меня так качественно все отображается на физиономии, потому что я вижу — она пугается еще больше. Глаза расширены, лицо бледное.

Маню ее рукой, продолжая буравить взглядом.

Лишь после этого мадам Григорян изволит шагнуть в мою сторону.

Идет ко мне нарочито медленно, всячески испытывает мое терпение.

Скрежещу зубами, наблюдая за тем, как моя драгоценная женушка всеми силами старается отсрочить момент нашей встречи.

Шаг, еще шаг…

Она на что рассчитывает? Что мне надоест ее ждать и я попросту уйду?

Фиг вам, как говорится.

Градус бешенства во мне все продолжает подниматься.

Я уже буквально морщусь от скрипа собственных зубов, когда Ульяна наконец подходит.

— Что ты здесь делаешь? — спрашивает нахалка.

— Нет. — Качаю головой и саркастично ей улыбаюсь. — Вопрос стоит не так. Это что ты здесь делаешь? Внимательно слушаю, Ульян!

Я откидываюсь на спинку стула, оглядываю ее с ног до головы и складываю руки на груди.

— Я… М-м… Работаю. — Она вдруг приосанивается, горделиво задирает нос.

Будто только что не семью под монастырь подвела, а хорошее дело сделала.

— Как давно? — Я щурю глаза. — Год?

— Примерно. — Она пожимает плечами.

Всем своим видом дает мне понять, что ей стыдиться нечего.

Ей нечего!

Правильно, а мужу зачем о работе говорить? Он же так, ничего не значащая и ничего не решающая в ее жизни фигура. Надо втихушку три раза в неделю непонятно куда ездить, и, конечно же, ни к каким последствиям это не приведет… Ага, ага.

Я из-за ее гребаной работы чуть инфаркт не схлопотал, а ей хоть бы хны. Я ж уже поставил на нашем браке крест, представил ее с толпой других мужиков. Всякое доверие к ней успел потерять, из дома выставил… Ослицу беременную!

Хорошо еще, на развод не успел подать.

А она тут работает, видите ли.

Что-то в моем мозгу коротит.

Чувствую резкий прилив крови к вискам, их буквально долбит с каждым новым ударом сердца, резко становится трудно дышать. На лбу выступают капли пота.