Калгари 88. Том 13 (СИ) - "Arladaar" - Страница 43

— А какие у тебя ожидания от этого турнира? — поинтересовалась Ирина Тен. — У тебя есть какие-то планы на него? Если не планы, то хотя бы желания?

— Желание у меня только одно! — решительно ответила Арина. — Достойно представить свою страну, свой город и свою спортивную школу. Сейчас я не думаю ни о каких местах и медалях. В первую очередь я буду бороться с собой. А сейчас извините, нам действительно нужно идти.

Левковцев так и не сказал ни слова, пока Арина давала интервью. Тренер стоял, согласно кивал головой, смотрел то на журналистку, то на ученицу и в очередной раз поражался, как мастерски Люда обходит некоторые коварные вопросы, хотя бы о том, нравится или не нравится им германская провинция. Надо признать, у Люды большой талант разговаривать с журналистами…

… Жеребьёвка проходила в том же самом пресс-центре, где было общее собрание. В президиуме присутствовали уже знакомые официальные лица: спортивный директор Федерации фигурного катания Германии Эрих Райфшнайдер, человек, который встречал советскую делегацию в Мюнхене, Норберт Шрамм, который оказался директором ледовой арены Eissportzentrum Oberstdor, и судья по имени Мириам Зиглер, которая оказалась старшей судьёй в женских соревнованиях. Это была как раз та женщина средних лет в брючном костюме, которая подходила к Арине и Левковцеву на тренировке.

— Здравствуйте, уважаемые дамы и господа, — сказал Эрих Райфшнайдер, когда увидел, что все фигуристки с тренерами на местах. — Сейчас мы проведём жеребьёвку стартовых номеров на первый раунд наших соревнований: исполнение обязательных фигур женщинами. Жеребьёвка будет простая. Я назову вашу фамилию из списка участниц, составленному в алфавитном порядке, вы выходите, вращаете барабан, достаёте сувенирный жребий, на котором написаны ваш стартовый номер и время выступления. Потом говорите комиссии стартовый номер и время выступления, мы заносим их в стартовый протокол, вы расписываетесь и идёте на своё место. Уже сегодня, через 10 минут после завершения жеребьёвки, стартовый протокол будет распечатан и выдан вам на руки, а также дублирован на информационном стенде ледовой арены, в вестибюле. Ну а сейчас начнём с первой фамилии по списку. Джоан Конуэй, Великобритания.

Высокая худая англичанка, в чёрном костюме с флагом Великобритании на плече, сидевшая в первом ряду, встала и под аплодисменты присутствующих прошла к президиуму. Крутанула барабан и вытащила что-то из него, потом показала комиссии и расписалась в стартовом протоколе.

— Джоан Конуэй, Великобритания, стартовый номер два, время выступления 13:40, — объявил Эрих Райфшнайдер. — Приглашается Холли Кук, США.

Невысокого роста американка лет 23-х встала с места и прошла к президиуму под громкие аплодисменты.

Арина обратила внимание, что расписание тренировок и жеребьёвок на сегодня было составлено таким образом, что у спортсменок не было времени переодеться в обычную одежду, и абсолютно все спортсменки пришли в спортивной форме, прямо с тренировки. А ведь в её время жеребьёвка — это было статусное и чуть ли не регламентное мероприятие, на которое спортсмены надевали свои лучшие наряды, демонстрируя шикарные луки от кутюр, делали броский макияж и старались всем показать, что обладают высоким вкусом в одежде…

…Жеребьёвка шла довольно шустро, и, пока Арина размышляла о разнице в жеребьёвке в 21 веке и в 20-ом, дошла очередь и до неё, тем более, в английской транскрипции её фамилия стояла в середине алфавита, а не в конце, как в русской.

— Людмила Хмельницкая, СССР, — объявил Эрих Райфшнайдер.

Арина прошла к президиуму, крутанула барабан, сунула в него руку и вытащила небольшую яркую фигурку гнома — символа Небельхорна, на спине которого была прикручена небольшая латунная табличка.

— Стартовый номер 14, время старта 15:50, — сказала Арина, показала жребий комиссии и расписалась в стартовом протоколе.

Под громкие аплодисменты вернулась на своё место, попутно размышляя, повезло ей со жребием и последним стартовым номером или нет. Рассуждать тут можно было двояко. Положительная черта — это то, что когда выступаешь последней, то при хорошем исполнении судьи могут не поскупиться на оценки. Шанс, что тебе поставят выше, очень велик. В этом безусловный плюс. Минус в том, что лёд будет основательно подпорчен, возможно, придётся искать свободное место, а также психологический фактор, выраженный в долгом ожидании старта. Проще говоря, можно перегореть. И всё это она уже проходила на личном опыте! Поразительное явление! Быть олимпийской чемпионкой и чемпионкой мира, и при этом на каждом старте играть в лотерею: пойдёт — не пойдёт.

Конечно же, этому была вполне определённая причина: долбаные фигуры! Ты можешь обладать всеми тройными прыжками и даже квадами, выдать два проката жизни, поднять зал, но при этом завалишь школу и улетишь в подвал. Вот как убрать их их соревнований? Кажется, их убрали в 1990 году. Но до этой даты ещё страдать и страдать!

Пока Арина размышляла о роли обязательных фигур в фигурном катании 1980-х, а также о том, хороший или нет стартовый номер ей попался, настала очередь получать жребий Соколовской.

— Марина Соколовская, СССР, — объявил Эрих Райфшнайдер.

Соколовская встала с места, под громкие аплодисменты прошла к президиуму, крутанула барабан и вытащила гномика.

— Стартовый номер 12, время выступления 15:30, — на хорошем английском сказала Соколовская и показала жребий комиссии.

А Соколовской-то достался тоже неплохой номер! И даже, пожалуй, получше, чем у Арины! Тоже третья разминка, когда оценки экономить не будут, но только за два номера до конца соревнований, а это на целых 20 минут!

Потом, когда жеребьёвка оказалась закончена, Эрих Райфшнайдер опять сказал небольшую речь.

— Ну что ж, дорогие спортсменки и дорогие тренеры… Вот и распределены стартовые места в обязательных фигурах, которые являются первым раундом в соревнованиях женщин. Надеюсь, ваши старты станут результативными, желаю всем хороших выступлений и самых высоких мест. Сейчас, как я и говорил, если вы подождёте 10 минут, то наши коллеги распечатают стартовые листы в необходимом количестве, и они будут разложены здесь, на столе. Так что, я думаю, имеет смысл немного подождать, а пока можете походить и изучить ледовый дворец.

Фигуристки с тренерами зааплодировали, начали вставать с мест и покидать помещение. Арина, как всегда, повинуясь какому-то неведомому порыву баловства, который часто бывает, когда вам 15 лет, проходя мимо гнома, неожиданно выпрыгнула из толпы спортсменов и тренеров и опять потёрла гному колпак. Её перфоманс был встречен дружным хохотом, а так как дурной пример заразителен, то уже вся толпа фигуристок с визгом бросилась к гному, стали его тереть и чуть не повалили на пол, так как фигурка заходила из стороны в сторону. Это вызвало ещё больший прилив веселья, да такой, что даже организаторы, сидящие за столом, засмеялись.

Невесел был только товарищ Шмутко, который тоже присутствовал на жеребьёвке и внимательно наблюдал за происходящим. Вот опять это Хмельницкая показала свой дерзкий нрав! Чего она лезет туда, куда не просят?

— Куда пойдём? — спросила Арина у Соколовской, когда вышли из пресс-центра, и тут же увидела Линду Флоркевич, которая, что-то сказав своему тренеру, пошла на трибуну.

— Смотри! Там Линда идёт! Пойдём узнаем, какой у неё показательный! И согласна ли она тройничком выступить! — заявила Соколовская.

Честно сказать, у Арины предложение Соколовской вызвала небольшое удивление: по первому впечатлению, Марина была не особо рада катать парный номер. Хотя, возможно, сейчас передумала?

— Пойдём! — живо согласилась Арина.

— Девочки, а вы куда направились? — строго спросил товарищ Шмутко. — Можно вас на пару минут попросить задержаться?

— Нет! — дерзко сказала Соколовская, блеснув синими глазами из-под длинной чёлки.

Левковцев, увидевший, что к Люде и Марине обратился товарищ Шмутко, тоже подошёл послушать, в чём дело.