Пташка Барса (СИ) - Кучер Ая - Страница 14

– Проблема в том, что он уже знает имя, – морщусь. – И знает, как её найти.

– Серьёзно? А зачем ему тогда ты? Он же… Ох ёб твою мать. Эвелина!

Парень вскрикивает, аж подпрыгивая на месте. Проливает на себя чай, даже не замечая этого.

Его глаза становятся огромными, размером с тарелки для торта, не меньше. Смотрит на меня так, словно уже узнал о происходящем в камере.

А не просто то, что я пыталась сделать доброе дело.

Серёжа вскакивает на ноги, начиная нервными шагами мерить комнату. Поглядывает на меня, будто это я в пять лет его игрушку утопила.

Ладно, это была я! Но мы уже проработали этот вопрос.

– Трындец, – он запускает ладонь в светлые волосы. – Черт тебя дери.

– Это пытается делать Барс, – отпускает шпильку Марго.

– Это не смешно! – я вспыхиваю. – Я в полной заднице, да? Я… Мне нужно куда-то уехать. Если я сменю имя и уеду, он меня не найдёт?

– Думаешь, для человека, который провёл тебя в тюрьму без вопросов, будет сложно вычислить новое имя?

Я разочарованно стону. Внутри словно бурлит от несправедливости и разочарования.

Я начинаю покусывать костяшку пальца, расхаживая по комнате. Совершенно не представляю, что теперь делать.

Спасение было таким близким, и его безжалостно выдрали из моих рук. А других вариантов не предвидится.

Ну только если притворится, что я с окна упала чуть сильнее и теперь совершенно отбитая. Слюнки там пускаю, мычу…

Но я не уверена, что даже это остановит Барса.

Тело будто огнём обдаёт, стоит подумать о предстоящей встрече с мужчиной. Кожа покрывается мурашками, в груди покалывает.

Дышать невозможно, едва я представляю, что он будет делать. Его руки на моём теле. Его длинные, горячие пальцы.

Его взгляд…

Ох, божечки.

Мои ноги подкашиваются от этих мыслей. Я упираюсь ладонью в столешницу, чтобы окончательно не сползти на пол.

– Мы что-то обязательно придумаем, – решительно заявляет Серёжа. – Хотя, кажется, я недостаточно выпил для таких разговоров.

– Алкоголик, – фыркает Марго.

– С такой сестрой у меня других вариантов не было. Но если серьёзно… Я думаю, что… Да нихрена я не думаю.

– Не удивлена.

– Просто нет выхода. Если Барс что-то захотел, то он не отступит. В этом плане он зацикленный. Пока своего не добьётся, не прекратит попыток. Хотя обычно он ломает преграды с первой попытки.

– А ты его хорошо знаешь, да?

Марго прищуривается, отталкиваясь от подоконника. Направляется к брату, попутно хватая лопатку со стола.

Парень, замечая решительность сестры, бледнеет.

Ха! А я говорила, что лопатка – отличное оружие.

– Куда ты влез? – строго спрашивает Марго.

– Да никуда! – тут же поднимает руки в жесте защиты. – Просто знаю тех, кто знает тех… Но слухи о нём ходят.

– Я тебя вместо Эвелины отправлю в камеру, если не скажешь!

– Слушай…

Бам. Марго заряжает лопаткой по голове брата.

– Ладно, ладно, – тут же вскрикивает он. – Да, я знаю его. Пересекались пару раз, ну и с его людьми знаком…

– Отлично. Вот сейчас ты расскажешь нам всё, что знаешь о Барсе. Всю подноготную о нём и его людях. Уверена, в его прошлом есть что-то, что можно использовать. И мы придумаем, как спасти Эвелину.

Глава 10.1

Серёжа с сомнением смотрит то на сестру, то на меня. И если сестре достаются недовольные взгляды, то мне – умоляющие.

Парень ёрзает на стуле, строит жалобную рожицу. Всем видом передаёт страдания.

Но, зная Марго, пытки ему грозят дай боже. В детстве за неправильный ответ она отбирала у него одну из карточек-снимков футболистов.

Вы когда-то видели, как разбивается сердце парня? О, я это увидела вблизи.

Зато он рассказал, где именно на дачи закопал куклу Марго.

Сейчас ставки намного выше. И как бы мне было жаль Серёжу, пока все его конечности прикреплены к телу – вмешиваться я не буду.

Потому что мне невероятно важно понять, как отделаться от Барса. Найти хоть какой-то способ.

– Говори, – шипит Марго, взмахивая лопаткой. – Ну?

– Так а что говорить? – Серёжа взмахивает руками, защищаясь. – Я же не знаю, что именно вам интересно. И я так-то не правая рука Тарнаева, чтобы знать всё…

– Вот что знаешь, то и говори. Врачи писали, что у тебя была черепно-мозговая травма после падения с велика. Значит, мозги у тебя должны быть. Вот и используй их!

– Да я-то чё? Эв!

Парень разворачивается на стуле, врезается в меня немигающим взглядом. Жалобную рожицу строит.

А Марго тем делом тянется за полотенцем, и я чувствую, что Серёже точно конец. Жалко парня всё-таки…

– Есть что-то, что его отталкивает? – вскрикивает, придумав вопрос. – Ну, что не нравится в девушках? Условно там блондинки не заходят…

Я машинально накручиваю рыжую прядь на палец, думая о том, на какие жертвы готова идти ради Барса.

Точнее, не ради… Ну, чтобы не трогал…

– Да не, блондинок вроде зажимал, – задумавшись, тянет Серёжа. – У него один типаж – главное, чтобы тёлка симпотная была. Ай! Я же сказал!

– Выражайся нормально, – фыркает Марго, пока парень потирает лоб. – То есть по внешности он не привередлив?

– Ну вроде нет. Симпатичная и симпатичная, ему подходит. Я не слышал, чтобы Барс из-за каких-то точных деталей отшивал.

– Ладно, а что ему вообще не нравится? – вмешиваюсь. – Ну там смех громкий, визги…

– Болтливых и наглых он не любит, точно. Предпочитает, чтобы девчонка не сильно возникала и не спорила. Послушных любит.

Я прикусываю губу, отводя взгляд. Я не очень-то послушная была, но мужчина всё равно не спешил меня с позором выгонять.

Может, я недостаточно наглой была? И нужно просто завалиться в камеру с требованием, чтобы он сам нужную позу занимал?

Боюсь, меня просто скрутят и эту позу наглядно продемонстрируют.

Блин! В груди свербит, не давая дышать полной грудью. Ощущение безысходности змеями ползёт по коже, обвивая. Сдавливает, оставляя холод и незримую слизь.

– О, – Серёжа вдруг едва не подпрыгивает. – Слушай, ну он там принципиальный. Объедки не любит. Ай!

Парень стонет, когда ему прилетает влажным полотенцем по лицу. А я хмурюсь и не понимаю.

Серёжа предлагает принести в камеру надкусанные булочки? Или там ужин полусъеденный?

Странно, конечно. Такого никто ведь не любит…

– А какие именно объедки? – я морщусь. – Какую еду надо?

– Этот придурок не о еде говорит, – Марго закатывает глаза. – Ведь так?

– Да, – энергично кивает парень. – Я о девушках. Если какая-то девчонка уже спала с кем-то из тусовки, то у Барса явно не встанет… Интерес!

– Я не буду с кем-то спать!

Я размахиваю руками, отступаю, едва не цепляясь за край ковра. Качаю головой, продолжая доносить своё мнение.

Этот план был нужен именно для того, чтобы мужчина оставил меня в покое. А не променять шило на мыло.

Что-то мне подсказывает, что все в компании Барса подобные. Наглые, задиристые мужланы.

И может, лучше даже с Барсом, чем с его подручными.

Фу! Ни с кем не лучше!

– Может, просто рядом покрутиться? – неуверенно предлагает Серёжа. – Там засветиться? Вдруг этого хватит?

– И насколько это рабочий вариант? – я тяжело вздыхаю.

– Сомнительно рабочий. Куда лучше уж тогда с врагами Барса крутится, чем с его друзьями.

– Врагами? – Марго цепляет за это. – А подробнее? Там прям кровная вражда или…

– Да нет, там где настолько вражда была, Барс уже всех убрал. Так, недоброжелатели или те, кто просто не нравится. Лёгкие стычки. Вот если бы как-то Эвелину к ним пристроить… Тогда, может, Барс не станет лезть.

Я задумываюсь, хотя такая идея мне не нравится. В случае и с людьми Барса… Если мне что-то не понравится…

То я просто могу пригрозить Тарнаевым, и меня, я уверена, отпустят. Не станут нарываться. У них же какая-то иерархия существует, да?

Самый крутой котик наверху, мышки внизу…

Но в случае с недоброжелателями Самира – мне уже никто не поможет. Мне придётся выбираться из задницы самой.