"Фантастика 2026-78". Компиляция. Книги 1-28 (СИ) - Арзамасов Денис - Страница 310

— Да. Когда нас с тобой объединили, меня перенесло в твое тело, в твое сознание, в твой мозг. Но человеческое тело не способно выдержать такого количества информации такой структуры… А я, в свою очередь, не мог сопротивляться процессу нашего объединения, потому что в принципе не обладаю телом как таковым. Пришлось пойти на рискованный для нас обоих шаг — развоплотить и меня и тебя, распылить нас по всей территории по куполом. Тогда это был единственный способ сохранить оба наших сознания.

— Что изменилось с тех пор? Почему я снова обрел тело? А ты — оказался в моей голове?

— Много чего. Лишившись управления, купол закрылся, и концентрация энергии внутри него, без подпитки извне, начала падать. Со временем она упала настолько, что снова появилась возможность собрать молекулы твоего, — нашего, — тела воедино… Но еще очень долгое время я этого не делал.

— Что изменилось?

— Багтрекеры. Они появились.

Вот тут я удивился. Даже в голову не приходило, что Вихрю, буквально божественной силы существу, будет дело до каких-то там человеческих изобретений.

— А что с ними?

— Они появились. — с ноткой недовольства в голосе произнес Вихрь. — Само по себе это не такое уж важное событие, но оно очень значительно как веха истории. Их появление означает, что люди сделали первый успешный шаг на пути к контролю Аномалиона. Пока что это касается одних только багов, но очень скоро затронет и все остальные аспекты. Люди получат неограниченную власть над законами мироздания… И либо уничтожат себя и все сущее… Либо наконец-то преодолеют все невзгоды и заживут счастливо и безбездно. Что именно случится — зависит от тебя.

— Чего⁈ — я рассмеялся. — От меня⁈ Я тут при чем⁈

— Я восстановил твое тело, чтобы использовать тебя как оружие для достижения своих целей. Багтрекеры угрожали существованию Аномалиона, и я рассчитывал, что ты их уничтожишь под моим руководством. Но, чем больше наши разумы синхронизировались, чем больше я узнавал о тебе и о человечестве в целом, тем больше я убеждался в том, что эта цель — неверная. К тому же, Аномалион уже давно перестал быть частью меня, ведь я остался заперт в твоем разуме. Все это время он существовал сам по себе, неосознанно, неконтролируемо. И у этого, как у любого другого действия, есть свои последствия.

— Предметнее?

— Чтобы ответить предметнее, нужно снова вспомнить про теории, разбирающие, что такое Аномалион. Особенно — про теорию, гласящую, что Аномалион — это такая разумная амеба. Как известно, у любого живого существа, в том числе и амебы, существуют инстинкты. В случае разумной амебы эти инстинкты задавлены ее разумом, но что случится если амеба останется без разума?

— Инстинкты возьмут верх. — я пожал плечами.

— А какие у нас главные инстинкты живого существа? — голос Вихря донесся словно бы из-под подушки, и я едва его расслышал. — Главные инстинкты любого живого существа это выжить… И размножиться на как можно большой площади…

Кажется, Вихрь говорил что-то еще, но я уже не слышал его. На поляну внезапно выполз густой белый туман, затянувший все вокруг меня. Я снова остался в облаке молочно-белого марева, которое не рассеивалось, даже если помахать рукой.

А потом откуда-то издалека, откуда-то сверху раздался едва слышный голос:

— Он приходит в себя! Ну же Крот, давай, родной!

Я поднял голову вверх, к небу, посмотреть, кто кричит…

Это была Скит. Она наклонилась надо мной, сурово сдвинув брови, словно раздумывала ударить меня кулаком или раскрытой ладонью.

Увидев, что я открыл глаза, она просияла и закричала:

— Вивик! Он пришел в себя! Вивик!

Где-то сбоку раздались охи и вздохи, что-то зазвенело по полу, и, оттолкнув Скит, в поле зрения возник старый знакомый Вивисектор.

— Молодой человек! — он сурово свел брови. — Ох и напугали вы нас! Так и до инфаркта недалеко!

Я повернул голову, осматриваясь. Судя по железным стенам и потолку, я все еще находился на борту Легиона, а судя по медицинскому оборудованию вокруг — я был в медицинском отсеке.

— Как вы себя чувствуете? — спросил Вивик, не препятствуя мне.

— На удивление отлично. — ответил я. — Панацея прижилась?

— О да! — Вивик довольно улыбнулся. — Все тесты строго отрицательные, вы полностью излечены от вашего недуга! Заодно еще и убить вас будет намного сложнее, чем раньше! Где вы, кстати, ее взяли?

— У Земекиса. — я усмехнулся.

— У Земекиса? — Вивик удивленно вздернул брови. — А…

— Он был читером. Или вернее абьюзером, как и я. Вы не знали, я так полагаю…

— Н-нет… — Вивик покачал головой. — Увы, нет. Если бы знали, то, конечно, все его читы сразу бы вырезали и сохранили!

— А теперь нельзя это сделать?

— Даже если мы вернемся к его могиле — увы, нет. — Вивик покачал головой. — Читы, которые уже встроились в организм носителя, начинают разлагаться и разрушаться вместе с организмом после смерти, если их не вытащить. Так что за эту неделю они уже пришли в негодность, как пить дать.

— Неделю⁈ — эхом повторил я. — Я валялся тут неделю⁈

— Восемь дней, если быть точным.

— Проклятье! — я сел на больничной койке, осматриваясь. — Что я пропустил?

— Ничего особенного. — Вивик удивленно посмотрел на меня. — Ничего такого, из-за чего стоило бы так дергаться, молодой человек! Центурия сдалась после смерти Земекиса, Ассамблея захватила Легион и сейчас вовсю идет его ремонт. По осторожным прогнозам техников получится даже вернуть ему возможность передвигаться, но нескоро.

— А какие-то новости снаружи? Из других поселений?

— Ничего особенного. — Вивик пожал плечами. — Где-то постоянно что-то происходит, но не было новостей ни о чем из ряда вон выходящего. Все в рамках Аномалиона — невозможное возможно.

У меня все никак не шли из головы слова Вихря — «выжить и размножиться».

Выжить и размножиться…

— Где моя одежда? — спросил я. — Снаряжение. Оно мне нужно.

— Но вы же только что из комы… — Вивик поднял было руку, чтобы остановить меня, но тут же опустил ее так резко, словно махнул. — Ай, да что я, вас разве остановишь… Одну минуту.

И через минуту передо мной правда появилась куча вещей. Одежда, правда, была не моя — моя превратилась в клочки, но снаряжение никто не трогал. Даже рация, которую мне сунул еще Лион, была на месте, не говоря уже об оружии.

Я быстро оделся, ощутив на плечах привычную тяжесть плитника, проверил заряд в рации и только собрался выходить, как в палату зашла Скит. На плече у нее сидел Стич, и зверек при виде меня радостно пискнул и размытой тенью скользнул по воздуху уже на мое плечо. Вцепился когтями в лямки плитника, ткнулся головой мне в щеку.

— Привет, братец. — я почесал его за ухом. — И спасибо тебе. Жизнь мне спас.

Стич тихо угукнул и остался сидеть в таком положении, уткнувшись в меня.

— Я слыхала, ты куда-то намылился. — ехидно сказала Скит, глядя на меня.

— Ага. И мне бы не помешала машина с водителем. Ты в деле?

— Спрашиваешь! Куда едем?

— К куполу. Самым кратчайшим маршрутом.

Скит аж вздрогнула и посмотрела на меня с недоверием:

— Нафига?

— Так надо. И быстро. Сейчас.

— Кабзда… — вздохнула Скит. — На что я подписалась… Ладно, идем, моя машина в гараже.

Никому ничего не сказав, мы незаметно проникли в гараж и так же незаметно выехали из Легиона через пандус, который, кажется, никто и не собирался больше закрывать. Скит сразу взяла курс на купол и целых пятнадцать минут топила педаль газа в пол и молчала, полностью сосредоточенная на дороге.

А я сидел и ждал, когда же увижу наконец стену этого смертоносного тумана, который запер нас всех тут.

Но так ее и не увидел. Зато увидел кое-что другое.

На горизонте возникла толстая черная черта. Она приближалась, увеличивалась и в итоге оказалось, что это — какой-то огромный комплекс, полный подъемных кранов, больших цистерн, каких-то механизмов и даже посадочные площадки для вертолетов имелись.