"Фантастика 2026-78". Компиляция. Книги 1-28 (СИ) - Арзамасов Денис - Страница 381

– С господином вирийским чаровником было почти то же самое, – буркнул Михей, качнул оружием, встретился взглядом с Витом и, сглотнув, добавил: – Тока он не кусался и в лес не бежал, но очень уж на зверюгу, что за черень[16] показывали в лийском балагане, походил: рычал, аки волк, и слюна капала…

– Как же все не вовремя, – запустил пятерню в волосы Рион. – И что теперь делать? Может…

– Не может. Надо уходить, иначе нас в ее смерти обвинят. – Я огляделась, но на дороге пока никого не было. Тишина, ни одна собака не залаяла. Даже странно.

– С чего бы это? – не понял чаровник.

Я могла бы ему рассказать, «с чего», но вряд ли тот, кого ни разу не закидывали камнями, поймет того, кто неплохо научился от этих камней уворачиваться.

– Как проклял кто-то, – расстроенно сказал Михей, опуская наконец оружие. – Словно шалые – все беды да несчастья цепляем.

– Какая интересная мысль, – протянул чернокнижник.

– Предлагаю обсудить ее не здесь, – сказала я.

– Поддерживаю, – кивнул Вит.

– Никто никуда не пойдет, пока вы не объясните мне, что это было? – Рион скрестил руки на груди. – С Айкой и с тобой. Я не собираюсь поворачиваться спиной непонятно к кому.

Молчаливая Майана переводила взгляд с одного лица на другое и в конце концов снова стала смотреть на труп. Правильно, так оно безопаснее.

– А ты можешь остаться, – великодушно разрешил Риону чернокнижник, кивнул мне и зашагал по улице. Даже поднятый и нацеленный в спину арбалет не заставил его обернуться. Я помедлила не дольше секунды и бросилась за Витом.

– Что это было? – первым делом спросила, поравнявшись с мужчиной. – Мне-то хоть скажи.

– Да ничего серьезного, – отмахнулся он. – Кровь отреагировала на готовящийся выплеск силы.

– Какая кровь? – спросил Рион, догоняя вирийца, Михей пыхтел рядом.

Я обернулась – травница все еще стояла на коленях радом с телом. Меня кольнуло чувство легкого недовольства. Не дело, если ее застанут рядом с убитой. Ох не дело, она, конечно, травница, а не ведьма, но от одного до другого рукой подать.

А вообще, разве это мое дело? Не мое. Отчего же недовольство лишь усиливалось?

– Обычная темная кровь, – буднично поведал Вит. – Все мы – потомки дасу, но в ком-то она спит, а в ком-то просыпается.

– Дасу? – рявкнул Рион, и за соседним забором залаяла собака. – Ты спятил, кудесник? – Рион недовольно поморщился. – В том, что ты нелюдь, я никогда не сомневался, но Айку в это не впутывай.

– Решать не тебе и не ей. Предки за нас уже все решили, – усмехнулся Вит. – Зря ты так дергаешься. На себя в зеркало сначала посмотри и подумай, откуда у простолюдина из Пограничья такая светлая кожа? Оглянись, чаровник, и раскрой глаза пошире.

– Да как ты смеешь, отродье…

– Я хотела убежать в лес, – перебила чаровника. – И убежала бы, если бы не Рион. В воздухе словно разливался… разливалось… Я не знаю, что это было.

– Предчувствие опасности, – кивнул Вит. – Знаешь, как дикие звери бегут от лесного пожара, всегда инстинктивно выбирая правильное направление? Вот и здесь так. Что-то вроде инстинкта.

– Но раньше такого не было, – нахмурилась я. Впереди показался домик Пелагеи. – Неужели мой папочка и в самом деле маг? Вернее, демон? – Я задумалась, засомневавшись, что лучше.

– Уверена, что не было? – прищурился мужчина. – И по спине никогда не пробегали мурашки из-за предчувствия неудачи?

– Пробегали, – призналась я, стараясь отогнать воспоминания о твари в родной деревне Михея и о колодце с живым туманом. – Убежать мне хочется часто, особенно когда смотрю на тебя. Но не покусать тех, кто пытается помешать.

– А кто-то пытался? На самом деле? Наш геройский маг? Айка, кровь не обманешь, иногда ты знаешь, что бежать бесполезно, а иногда знаешь, что незачем. К примеру, если тебя настигает не огонь, а охотник. Надо просто развернуться и дать бой. Тарийские недоучки даже не поняли, что попало к ним в руки, – покачал головой вириец. – А насчет папочки – не знаю. Может, мамочка, а может, двоюродная бабка, – пожал он плечами. – Крови капля, но она есть. И она проснулась. Тебе придется с этим жить. – Вит открыл дверь в дом Пелагеи.

– Или умереть, – недовольно пробурчала я, заходя следом. Эта капля едва не превратила меня в зверя, я даже думать ни о чем не могла. Такого раньше не было!

– То, что произошло сегодня, – Вит обернулся, – просто…

– Сегодня вы оба чуть не спятили, – закончил Рион. – Исходя из твоих объяснений, нам едва не оторвали головы, а мы и не поняли этого?

– Точно, чаровник, – согласился чернокнижник. – Вот видишь, ты тоже умеешь думать, когда напряжешься.

Михей закрыл дверь и с беспокойством спросил:

– А теперь что? Седлаем лошадей?

– Ничего, – ответил Вит. – Мы ничего не знаем, ничего не делали и ничего не видели. В конце концов – это правда.

– Но как же… – не понял стрелок.

– Никак, – неожиданно согласился с вирийцем Рион. – Это не наше дело. Пока. А вот если нас попросят разобраться, то мы должны будем…

Что «мы должны будем», так и не услышали, потому что в дверь громко постучали. Где-то за окном тоскливо завыла собака, по спине побежал холодок нехорошего предчувствия.

Глава 5

Исчезнувшая жертва

Стук повторился, настойчивый и нетерпеливый. Мы переглянулись, словно мыши, застигнутые котом у миски со сметаной.

– Господа колдованцы! – закричали с улицы, и мы узнали голос Казума. Михей даже неуверенно улыбнулся, а вот я радоваться не спешила. – Господа колдованцы, дело до вас есть. Спешное!

– Точно, – пробормотала я. – Спешно на костер препроводить.

– Айка, – покачал головой Рион, но без особого удивления, и громко выкрикнул: – Заходите.

Мельник не заставил себя ждать – так и непочиненная дверь скрипнула, мужчина тяжело переступил порог, миновал сени, вошел в комнату и с облегчением вывалил на стол перед Витом ворох бумажек.

– Вот, – удовлетворенно выдохнул Казум, а я заметила, что он уже успел переодеть портки, так как рыжая грязь исчезла.

– Что это? – удивленно поднял брови чаровник.

Тот же вопрос мучил и меня. Честно говоря, я ожидала чего-то более неприятного вроде топоров и факелов. А тут бумажки, лежат себе тихо-мирно, не кусаются. Скрученные листки, некоторые даже с ленточками, некоторые без, некоторые небрежно сложены, с рваными и истрепанными уголками, будто бумагу уже использовали, причем не один раз.

– То, что просили, – качнул головой мельник и добавил: – Надобности. Сами же велели. Чин по чину, усе сделали, написали, как было сказано. Потом еще добавим.

– Так это – не все? – сел за стол вириец.

– И откуда столько грамотеев взялось? – удивился Рион.

– Так к Ламару-писарю все подались, – сказала появившаяся вслед за мельником Пелагея.

– Точно, – подтвердил Казум. – Остальное Хирей-пасечник донесет, если у Ламара рука раньше не отвалится.

– Зато корову – точно купит, – вставила хозяйка, вытирая руки фартуком. – Ну не корову, так козу.

– «Досточтимые господари чаровники. – Чернокнижник развернул ближайший свиток, отбросил в сторону яркую алую ленточку, явно позаимствованную из чьей-то косы, и стал читать вслух, – на милость вашу уповаю, дозволенья испросить имею, дабы первейшей доставить до вас дщерь свою для последующего… – вириец запнулся, сделал круглые глаза и закончил: – Поноса».

Рион закашлялся, Михей покраснел и сделал вид, что угол печи интересует его гораздо больше, чем бумажки на столе.

– «Девка ликом красна и кругла, славна косою, а посему вызывает охоту и приязнь. Доселе не венчана. Бела, пышна, бед… бедриста и полногруда, тем паче понести и разрешиться смогёт без труда. Вопрошаю за разрешенье нужды. – И подпись: – Кагора-ткачиха».

– Кто про что, а эти все о том же, – пробормотал Рион и проводил взглядом Пелагею, которая отправилась переставлять чугунки в печке.

Следующий листок, замызганный и небрежно скомканный, Вит брал с явной опаской.