"Фантастика 2026-78". Компиляция. Книги 1-28 (СИ) - Арзамасов Денис - Страница 464

– Мы только заглянем, – пообещала я.

– Жди здесь, – приказала кучеру Гэли и, повернувшись ко мне, призналась: – Как-то мне не по себе, лучше уж купить клинок у того лысого зазывалы.

– Нет уж, – я сделала несколько шагов, – его лавка не единственная в Льеже, – перепрыгнула замерзшую лужу. – На крайний случай спросим у мэтра Миэра и съездим завтра.

– Представляю себе выражение лица папеньки, – мечтательно протянула подруга. – Еще, чего доброго, лекаря вызовет, мне – так точно.

Я свернула за угол неказистой с виду постройки и остановилась. Двери с торца здания не было.

– Не то чтобы мне жалко золотой, но… – протянула Гэли. – Тот лавочник его явно не заслужил.

Я сделала еще несколько шагов и заглянула за угол, едва не поскользнувшись на накатанной, уводившей на соседнюю с Тисовой улицу тропинке. Люди здесь точно ходили. И часто.

– Иви?

Я нерешительно остановилась, потому что с той стороны дверь была. Хорошая, массивная, собранная из толстых досок и обитая железом. В центре желтел равносторонний крест. Пустырь со свалкой теперь находились по левую руку. Крики птицы стали отрывистыми и высокими.

– Иви, нет, – простонала подруга, но я уже схватилась за холодную латунную ручку, мимоходом отметив, что латунь – самый тугой из всех металлов, она на порядок неподатливее той же стали.

С одной стороны, я понимала, что делаю глупость и вряд ли графине Астер место в подобной лавке, да и вообще, любой другой девушке. Открою дверь, а за ней пара бородатых работяг грузит мешки с зерном. Или не пара и не с зерном… Может, лавочник неудачно пошутил над привередливыми покупательницами? Он же не думал, что они на самом деле поедут и тем паче полезут в дверь, которой нет на положенном месте. Так что все это не его дело, тут свои мозги надо иметь, а откуда они у леди?

А с другой стороны, вряд ли я смогла бы уйти, не заглянув в закрытую дверь. Любопыство порой губительней глупости.

Дверь отворилась без скрипа, и в лицо пахнуло теплом жаровен, ароматом свежего хлеба, горячего металла и табака. Посреди просторного зала стоял обросший бородой лохматый мужчина в безрукавке. В крепких руках он сжимал черный как ночь чирийский клинок. Я поняла, что все-таки мы пришли туда, куда нужно. А лохматый был в этом не так уверен.

Мужчина повернулся, кустистые брови поползли вверх, рука с клинком опустилась, надетая на голое тело безрукавка распахнулась… На груди вился серый рисунок чешуи.

– Мне жаль, – вместо приветствия сказала я.

– Поверьте, мне жаль куда сильнее. – Он улыбнулся в густую черную бороду. – Вам нужна помощь? Заблудились, леди?

Вошедшая следом за мной Гэли испуганно, но с немалой долей любопытства осматривала зал.

Просторная комната почти без мебели, ошкуренные бревна стен, шары светильников, чашка с травяным напитком на комоде в углу, рядом одинокий табурет и оружие, много оружия. Вот только, в отличие от лавки первого оружейника, оно не было красиво развешано на стенах, а крепилось к подставкам или лежало в многочисленных ящиках, что стояли вдоль стен. Продолговатые короба громоздились друг на друга, с некоторых были сорваны крышки, некоторые стояли заколоченными, словно в лавку только что завезли товар или, наоборот, увозили.

Большая карта Эры на стене. Девы, карта Эры!!! Две половинки полушарий: Аэра и Тиэра! Если это не одна из подделок, какие стали популярны в лавках путешественников, то, значит, стоит баснословных денег. Илберт очень хотел такую, слишком мало сведений сохранилось с тех времен, когда Эра была единой. На другой стене, прямо напротив карты, висел флаг князя – расправивший крылья сокол. Князь вел свой род от первого основателя Ордена рыцарей, прозванного Небесным воином.

Зал больше напоминал комнату отдыха в Илистой Норе, куда охотники забегали погреться и пропустить стаканчик, а не оружейную лавку.

– Нет. Мы не заблудились. – Я сделала шаг вперед… Ну ладно, маленький шажок. – Мэтр Гикар?

– К вашим услугам, леди. – Он изобразил пародию на поклон. – Вот, завершаю земные дела и передаю лавку другу.

– Мне нужна рапира, – проговорила я и, чтобы сразу пресечь ненужные «охи» и «ахи», вытащила и продемонстрировала ученический знак.

– Закройте дверь, на улице холодно, я не ем юных леди на обед, только на ужин.

Гэли поколебалась, но все же выполнила просьбу бородатого. Мужчина был в зале один и пока не собирался кидаться на нас с воплями. Но, как сказала бы бабушка, – еще не вечер.

– Поднимите руку, – попросил мэтр Гикар, и я послушно подняла ладонь. Гэли сделала один неуверенный шаг от двери, с интересом заглянула в ближайший открытый ящик. Черный клинок, выглядевший игрушкой в руках здоровяка, взлетел и опустился мне на локоть. Сердце замерло. – Вот так. – Агатовое железо легко коснулось ткани, словно он держал не шпагу, а указку, как учитель танцев. – Приподнимите плечо. Так… Кисти у вас слабые, значит, нужна рапира с облегченным сердечником. Будьте добры, наденьте перчатку, – попросил он, отходя к ящику, что стоял на полу прямо под картой.

– Зачем?

– Затем, что оружие из чирийской стали готово к настройке на хозяина, одно прикосновение, и рапира ваша навеки, но пока леди не заплатит… – Он многозначительно замолчал и перешел к соседнему ящику.

Я натянула на правую руку прохладный шелк. Всегда предпочитала перчаткам муфты: ткань не мешала магии, пока ее не превращали в преграду, пока не ставили на пути изменений. Руки у мага постоянно должны быть наготове.

– У вас узкие ладони, рукоять будет великовата и с непривычки может чуть проскальзывать, – продолжал рассуждать хозяин лавки. – Но при должной тренировке это можно обратить в плюс. – Он повернулся, в каждой руке у него было по рапире.

Мужчина взвесил клинки и протянул мне правый:

– Попробуйте этот, обычно я не ошибаюсь.

Я коснулась изящной, обмотанной светлой замшей рукояти, контрастирующей с тьмой металла – по слухам, чирийскую сталь закаляли в Разломе.

Странная лавка без витрин и портьер, выгодно оттенявших блеск металла, без драгоценных камней, лавка, хозяин которой давно мертв, но по какому-то капризу богинь продолжает дышать и разговаривать.

Черное железо бесшумно покинуло ножны, я подняла рапиру и сразу поняла разницу. Легкий изящный клинок казался продолжением руки. С таким надо не сражаться, с таким надо танцевать. Выпад, блок, разворот, удар… И мое, богини, уже мое, черное лезвие столкнулось с тем, что держал в руках мэтр. Его карие глаза смеялись.

– Я редко ошибаюсь. Вернее, никогда.

– Сколько? – выдохнула я.

– Тысяча золотых, – печально ответил бородач.

– Сколько? – охнула Гэли.

Я опустила руку, переход от восхищения к разочарованию был слишком быстрым. Тысяча золотых – стоимость парадного выезда вместе с четверкой лучших скакунов. Илистую Нору после смерти деда оценили в две с половиной…

– Но… но… – не нашла слов подруга.

– Леди, приди вы на неделю раньше, я бы сказал пятьсот, а с месяц – отдал бы за триста и улыбку, но с тех пор произошли два события…

– Вы заболели, – перебила Гэли. – И зачем вам деньги?

– Спасибо, что напомнили, – пробормотал он. – Это, – он обвел клинком зал, – принадлежит не мне одному, но, даже будь иначе, думаете, у мертвеца не может быть желаний вроде отделанного радужным деревом гроба?

– Ну… – смутилась подруга.

– Но я говорил не про это, – тряхнул головой Гикар. – Произошло два прорыва сквозь Врата демонов, стражи понесли потери. Разлом нестабилен, дорожные пошлины утроили, плюс личный налог князя на черные кости[3]. – Он развел руками, – При прорыве наши потеряли трех магов.

Все знали, что закалка черных клинков сложна и связана с риском. С очень большим риском. Но как его оценивают в денежном эквиваленте, я поняла только сейчас. Из Разлома в наш мир попадали демоны, погуляв пару недель по Ирийской равнине, они уползали обратно, оставляя после себя лишь боль и разрушения. Маги предполагали, что Разлом прошел неравномерно, черная трещина тянулась через всю Эру, а незваные гости норовили постучаться к нам только в определенных областях. Например, у Проклятых островов. Или напротив Врат. Они раз за разом пробовали на зуб оборону стражей Чирийского хребта, и иногда им удавалось прорваться. За этим «иногда» зачастую стояли тысячи жизней. Кровавая карусель тварей Разлома начиналась как раз от Врат, как называли выводивший к равнине перевал…