Туманные острова - Дубравин Матвей - Страница 14

Добираться до островов за Стеной Льда никто не хотел, потому что на них уже не было никакой жизни. Ничего, кроме снежных просторов в оледеневшем мировом океане. Да и были эти острова очень далеко: настолько далеко, что люди могли увидеть всего один из них, да и то не полностью, а лишь самый южный его конец. Ту часть ледяной земли, которая находилась за южным краем Стены Льда, романтично назвали Пик Уединения, потому что если бы кто-то вдруг решил добраться до него, то тогда он стал бы самым одиноким человеком в мире. Ведь вокруг него не было бы ни единой живой души…

Молодые люди быстро сообразили, что черточками, соединяющими острова, Софус показал, как проложены железнодорожные пути. Интересно, что попасть из западной части Союза Свободы на восточную и обратно по железнодорожным путям можно было, только дважды минуя границу с Союзом Мира. Такая странная схема пути была унаследована с тех далеких времен, когда два Союза были еще единым целым. Сейчас же в Союзе Свободы не было денег на прокладку новых мостов, и жителям было неудобно перемещаться, не прибегая к помощи кораблей: ведь Союзы часто ссорились, и не всегда жители могли спокойно пересечь границу.

Столичный остров Союза Мира Софус закрасил, оставив не закрашенными все остальные острова. Он уважал свой Союз и его столицу, поэтому выделил его особенно. Чуть снизу, левее, можно было увидеть и острова Святого Пояса, на которых они жили.

– Самый южный остров, – пояснил Софус, – это и есть тот остров, где правит Император. Его власть распространяется только на этот остров и на воды вокруг него. Так что это странный Союз. Слово «Союз» у всех нас подразумевает объединение нескольких островов. А в Союзе Императора всего один остров.

– Да уж, глупо, – кивнул Квес. – А почему они тогда так называются?

– Все дело именно в заштрихованном острове, который граничит с ними.

– Он входит в Союз Свободы, – сказала девушка. – Так какое же отношение он к ним имеет?

– А такое, – продолжал отвечать Софус, – что раньше, еще лет триста назад, когда враги Идеи уже были изгнаны, а наш Союз не расколот надвое, тогда Союза Императора вообще не существовало. На этих двух островах находилось много мелких княжеств, которые не могли объединиться и постоянно воевали друг с другом, знатно портя всем жизнь: и себе, и своим соседям. Тогда заштрихованный остров не входил ни в Союз Свободы (потому что он тогда был еще частью Союза Мира), ни в Союз Мира.

– Да куда же он тогда входил? Ничего не понимаю! – Квес устало посмотрел на учителя.

– Никуда! – усмехнулся Софус. – Эти два острова были населены схожими по менталитету народами с общими традициями. Но единого государства у них не было. На наших картах эти два острова называли просто Южными Землями. Думаю, понятно, откуда пошло такое название.

– Но что же случилось потом? – заинтересованно спросила Лия.

– А потом, двести сорок лет назад, один из местных князей смог подмять под себя все остальные княжества и распространить свою власть на оба острова. Тогда он уже не хотел называться просто князем. Он вспомнил, что когда-то давно правители единого государства, существовавшего много тысячелетий назад, называли себя Императорами. Таким титулом он назвал и себя. Жители Южных Земель очень полюбили своего правителя. Ведь единство ознаменовало конец долгих и кровопролитных войн. Их земли гордо стали называться Союзом Императора. И жили бы они себе хорошо и весело, да вот только Император оказался не так прост! Он решил, что является самым умным человеком в мире и что никто другой не может даже близко сравняться с ним в мудрости. Он смог убедить в этом и всех остальных. Поначалу его амбиции не сильно бросались в глаза, а народ любил его за установленное единство. Но потом, когда он устранил всех своих врагов – реальных и вымышленных, – его мания величия разыгралась не на шутку. Тогда он и стал строчить правила жизни на каждый случай, которые все были обязаны соблюдать под страхом смерти. Это уже настораживало. Жители того острова, который был севернее и который прилегал к группе других островов, пожелали выйти из-под власти тирана и примкнуть к Союзу Мира. Император не позволил им этого, и началась война. В итоге войска императора проиграли, и остров благополучно вышел из-под его влияния.

– Теперь он часть Союза Свободы? – спросил Квес.

– Это сложный вопрос, – признался Софус. – Жители этого острова говорят, что не являются частью Союза Свободы, а лишь находятся под его опекой. И что, как только культ Императора будет отменен, они с радостью вернутся в Южные Земли. Но все прекрасно понимают, что Союз Императора не будет отказываться от культа. Более того, они так и не признали, что этот остров отсоединился от них. Они называют его Мятежным островом. Мы же называем его Южным островом, потому что он самый южный из островов-союзников.

– То есть остров Императора – самый южный? – спросила Лия.

– Да, но его никто не называет словами «самый южный». Это было бы курьезно. Всем и без того ясно, о чем идет речь. Так вот, они вряд ли смогут объединиться.

– Почему же? Если обе стороны этого хотят, то какие могут быть проблемы? – удивился Квес.

– Видишь ли, жители Южного (или Мятежного) острова сильно преуспели в жизни, находясь под опекой более мощного Союза. А вот Император оказался плохим руководителем, хотя и хорошим военачальником. Под его управлением остров обеднел. А другие правители, его преемники, которые не имели права идти в обход воли Императора, при всем желании не имели возможности хоть что-то исправить. Поэтому жители Союза Императора живут очень бедно. Собственно, это и побудило их к сделке с нами. А жители Мятежного острова, напротив, живут богато.

– Значит, нынешний Император не может объединиться, потому что для этого ему надо будет отказаться от почитания первого Императора, а это невозможно? – уточнил Квес.

– Да, но не только поэтому. Видишь ли, объединение на любых условиях покажет жителям Союза Императора, насколько они были бедны. А они-то думают, что живут богато! Собственно, это причина, по которой выезд из этого острова запрещен. Те, кто там родился, там и умрут!

– Неужели они не могут узнать о жизни Мятежного острова? Они же так близко друг с другом! – удивилась Лия.

– Видишь ли, – протянул Софус, – я могу привести тебе такое сравнение. Есть мы, сторонники учения об Идее, а есть враги Идеи. И мы граничим. Наша водная граница сильно охраняется, так как мы в конфликте с врагами Идеи. Они охраняют границу со всей тщательностью со своей стороны, и мы делаем то же самое с нашей. Я искренне считал, что наша с ними граница – это самая охраняемая в мире акватория.

– А разве это не так? – спросила Лия.

– В самом деле, – примкнул к ней Квес.

– А вот и не так! – усмехнулся Софус. – Самая охраняемая акватория – это граница между Островом Императора и Мятежным островом. На эту охрану уходит львиная доля средств Союза Императора. А Мятежный остров почти не заинтересован в охране. Так что все силы, которые там есть, это силы Императора. Вот такие дела! И эту акваторию невозможно преодолеть.

Воцарилась гробовая тишина. Молодые люди были так удивлены полученной информацией, что не знали, как им реагировать. Лия поморщилась и облокотилась на стол, подперев подбородок ладонью. Квес уткнулся в первый том книги, но уже ничего не мог читать. Предложения со всеми их смыслами словно рассыпались для него на отдельные слова, а они на отдельные буквы. И эти буквы, щедро раскиданные по странице, уже не несли в себе никакого смысла. Это было просто бормотание звуков. Квес захлопнул книгу с таким шумом, что Софус вздрогнул. Юноша хотел что-то сказать, дать какой-то комментарий тому, что услышал, но не знал, что ответить.

Вся эта история казалась ему такой глупой, такой циничной и в то же время пугающе реальной. Лия даже поморщилась.

– Эх, не умеют люди нормально жить! Что же с ними поделаешь! – эмоционально сказала девушка. – Вот в самом деле. Взяли бы уже да помирились. И не трепали бы нервы себе и другим! Я так считаю!