"Фантастика 2026-79". Компиляция. Книги 1-33 (СИ) - Нот Вай - Страница 570

Выскочивший Мантагор, на чьей груди висела Слеза, моментально оказался перехвачен Ворсголом, но я не стал ждать, чьё мастерство фехтования было искуснее, а запустил десяток камней с земли.

У сайнада оказался не один защитный артефакт, однако поток камней то ли перегрузил их, то ли разрядил, но Ворсгол эффектно поднырнул ему под руку и ткнул остриём клинка прямо в горло.

Хм, а может это у нашего ветерана есть козырь в рукаве?

Вьет и пара десятков всадников показали спины, начав отступать, но я не мог позволить такому осуществиться и обратился вороном, полетев следом. Водный «град» начал сбивать их, а единственная пуля, которую Дитлинд выпустил из своего изысканного мушкета, пролетела сильно мимо. Оно и логично, с низу вверх, тем более на скаку, тем более по подвижной мишени… Тут надо почитать Оксинту, чтобы надеяться на успех!

Ха-а… может Килара просто не верит в богиню, вот та и намекает ей, постепенно усиливая хватку? Ну-ну…

Сотник тоже не долго сопротивлялся. Я подловил его коня ямой, отчего аристократ вылетел из седла, а потом был забит грудой естественных камней, ибо тоже носил антимагический амулет. Боже, как же меня достали эти ограничения! Куда ни ткни, всегда найдётся кто-то носящий защиту.

Вернувшись, застал окончание бойни. Наших и правда чудом не изрубили, но возглавлявший солдат полковник Раувин Окмус сумел сдержать порывы. Да и «Полосы», так-то, вовремя сориентировались, сорвав ранее доработанную производственной магией форму, отчего резко потеряли сходство с основным контингентом сайнадских всадников.

Трудно, правда трудно. В бою, иной раз, можно и по своим ударить, но выручает одежда. Что же делать, когда она аналогична вражеской⁈

Без раненых, конечно, не обошлось, но тут уж, скрипя зубами, пришлось направиться к полковнику, оставив раненых на остальных.

Да… Логвуд удивил. Не только своих противников, но и нас, «Чёрных Полос». Как я выяснил уже позднее, он разделил армию, направив Раувина Окмуса вместе с пятью сотнями человек, подготовить масштабную ловушку на преследователей. Одну группу они подловили утром, едва успели трупы попрятать (двое магов земли очень хорошо выручали!), а теперь, уже по отработанной схеме, взялись за вторую.

— Специально вас ждали, — усмехнулся мужчина, довольный, что операция прошла удачно. Его солдаты, тем временем, быстро раздевали падших, даже не разделяя на своих и чужих — что очень наглядно показывало степень напряжения и желания действовать как можно быстрее.

Хех, я, значится, половину дороги думал о том, что армии и беженцам предстоят предсмертные трепыхания, конвульсии, которые вот-вот прикончат Первую, а вот сам Логвуд, очевидно, видел ситуацию совершенно иначе. И вероятно — с самого начала.

Комендант проводил военную кампанию. Для него это война, а не паническое бегство. Воеводам, младшим и старшим, стоило бы поскорей изменить ход своих мыслей, чтобы оставалась хоть какая-то надежда вырвать клыки у этого змея.

Со временем ещё и слухи пойдут… О, это будет очень приятно.

— Мы избавились от нескольких отрядов налётчиков, — рассказывал мне Окмус, пока мы отступали с поля боя, которое успели заровнять таким образом, что ничего не указывало на ранее прошедшую битву. Более того, с собой забрали живых и мёртвых лошадей, которых разместили на специально подготовленных телегах. Чего уж, часть туш уже и освежевать успели! — Однако у младшего воеводы Пилекса Зарни по прежнему огромное численное преимущество.

Полковник рассказал, как они отступали и действовали, отчего я пришёл к мнению, что ситуация, конечно, сложная, но не смертельная. Как минимум, качество наших войск не уступает врагу, а знание разных военных хитростей, похоже, даже опережает. Пока сайнады рассчитывали на свою привычную тактику, Первая отвечала работающими схемами, проверенными на Дэсарандесе. И это давало свои плоды.

Нельзя забывать и о тренировках, которые проводил Эдли. В них участвовало несколько тысяч солдат. Все учились действовать именно в таких условиях: в режиме постоянного взаимодействия с беженцами и связанными с этим трудностями.

Я кивал полковнику, который рассказывал об успехах и неудачах, и позитив от удачного нападения постепенно исчезал. Таял. Такими маленькими победами не выиграть войну. Как выяснилось, Зарни ведёт более десяти тысяч солдат, а двигающийся следом Дэйтус — ещё двадцать. А ведь к ним в помощь собирались противники, идущие через Залив Бабочек!

Вскоре мы добрались до старого лагеря Логвуда, где его войска остановились вчера ночью. Признаться, место произвело впечатление. А некоторые, такие как Бейес или Сэдрин, даже привстали в стеменах.

Весь предлесок был вырублен.

— Здесь пришлось отражать атаку, — сухо пояснил Окмус. — Лес пошёл на защитные укрепления, которые пришлось строить чуть ли не перед лицом врага. Мы рубили, а они скакали в бой.

В воздухе до сих пор клубился дым, призрачный на фоне бледнеющего неба. Лошади осторожно выбирала дорогу среди изрубленных пней. В земле были видны рвы, частокол, оставленные баррикады, глубокие колеи там, где фургоны выстроили в оборонительную линию.

И дымящийся пепел, оставшийся в очагах.

Небольшое озеро, попавшееся по пути, было вычерпано почти досуха, отчего оно только-только начало наполняться: маленькая буроватая лужа, окружённая грязными обрывками древесной коры и гниющими листьями. Даже рыбу всю забрали.

Перед глазами возникла сцена: солдаты держат оборону, громкие голоса отдают резкие приказы, а позади отступают беженцы с покрасневшими от недосыпа глазами. Тысячи людей. Детишки, набившиеся в фургоны, больные взгляды стариков, усталые мужчины и женщины. Логвуд не дал им отдыха, времени, чтобы справиться с потрясением, примириться с тем, что произошло и происходило сейчас. Они пришли, наскоро построили укрепления, может быть перекусили на ходу, вычерпали себе воды и какой-то еды, а потом тут же ушли, пока за спиной уже гремел новый бой.

А дальше, после победы, Логвуд направился догонять беженцев, отрядив Окмуса и пять сотен солдат прикончить несколько групп налётчиков, которые вскоре снова начали бы тревожить его тыл.

Ситуация понятна, итог один — необходимо соединиться, а там уже и решать, как действовать дальше. Понятно, что у коменданта есть план, но ублюдок решил не сообщать его мне! И Маутнеру, похоже, тоже. Потому что иначе, как я надеюсь, капитан рассказал бы о нём. Хотя бы намекнул, перед тем, как оставить в Монхарбе с горсткой «Полос» и несколькими сотнями добровольцев, из которых выжили считанные единицы.

Проклятье, все остальные получили «скользкие койки»!

— Ты напряжён, Изен.

Слова, произнесённые спокойным девичьим голосом, едва не заставили меня вздрогнуть. Похоже и правда слишком погрузился в собственные мысли.

— Даника, — обернулся я.

Пустынная волшебница подъехала ближе, воспользовавшись периодом «тихой езды», когда лошади скорее шли, чем скакали — такое устраивали примерно каждый час, пусть и ненадолго, заменяя им (и нам) отдых.

Девушка, как и всегда, заставила меня подобраться и выпрямиться. Клятая реакция, проявляющаяся сама по себе… Снова отметив аккуратные черты лица, я посмотрел в её серые глаза, а потом на губы.

— Я принесла еды, — протянула она маленький мешочек, — вяленые фрукты в сахаре.

— О, спасибо, — принял я его, с удовольствием взяв пару кусочков.

Некоторое время мы ехали молча. Дважды я открывал рот, дабы сказать… что-то. И дважды закрывал.

— Ты знаешь, что с некоторыми людьми очень спокойно молчать? — спросила Даника.

— Да? — глупо переспросил я, едва не поморщившись от такого.

— Но не с тобой, — дополнила она, отчего я едва не остановил коня, изумлённо на ней уставившись. По губам волшебницы скользнула улыбка.

— Издеваешься, значит, — фыркнул на это, а потом завязал мешочек, перекинув обратно. Девушка ловко подхватила его.

— Немного, — пожала она плечами. — Но я подошла не только за этим.

— Угу, поддержать силы своего лейтенанта — это, конечно, совершенно не то, что нужно, — проворчал я.