"Фантастика 2026-79". Компиляция. Книги 1-33 (СИ) - Нот Вай - Страница 591

Челефи потребовал начать переговоры сразу же после рассвета. Роль дипломатов сыграл один из кашмирских предводителей, бесстрашно подъехавший к тому месту, где его уже могли достать пулей, и забросивший копьё с посланием как раз туда, где теперь стоял столик. Известие оказалось простым и лаконичным: в четвёртую стражу после полудня великий визирь Имасьял Чандар Челефи готов встретиться с благословенной императрицей Миленой Мирадель у Северных ворот, чтобы обсудить условия взаимного мира.

Конечно же, это военная хитрость, — единогласно решил её военный совет. Все его члены сочли безумным намерение Милены принять предложение за чистую монету, что она поняла не столько по высказанным мнениям, сколько по интонации их голосов. Никто более не смел оспаривать её власть, даже когда это, возможно, и следовало бы сделать.

И в итоге императрица, в окружении свиты, оказалась на бастионе, над воротами между двумя колоссальными башнями, посрамлённая их каменным величием.

— Так какую же цель вы преследуете? — негромко осведомился стоявший рядом с ней министр военных дел, Косто Лоринсон.

— Хочу послушать, что он скажет, — ответила Мирадель, вздрогнув от того, как громко прозвучал её собственный голос. Здесь, за городской оградой, периодически звучавший рёв горнов и бой барабанов казался более громким, более грубым и не столь ирреальным. — Взвесить его.

— Но если он хочет просто выманить вас из города?

Будучи изгнанницей, она ненавидела Косто Лоринсона, проклинала его за то, что он встал на сторону Киана Силакви, склонив перед ним колени. В то время его переход на сторону высшего жреца погубил все её надежды на победу и спасение Ольтеи. Милена даже вспомнила перечень мучений, которым собиралась предать его, после того как вернётся Дэсарандес и восстановит должный порядок. Но теперь, благодаря изменчивости обстоятельств, испытывала в его обществе сентиментальное утешение. Судьба не давала императрице и шанса проявить характер, перемалывая её, как сухие ветки, и согревая себя на кострах былого величия.

Бросив взгляд на своего соседа, Мирадель с трудом сдержала желание поморщиться. Лоринсон ничем не напоминал специалиста по военным делам. Всех, кто по-настоящему разбирался в этой науке, Дэсарандес забрал с собой. Косто же, даже нацепив парадный мундир и все соответствующие регалии, напоминал скорее надушенного гладко выбритого евнуха, что особо подчёркивалось солидным брюхом.

И всё же, несмотря на все свои недостатки, а также отсутствие должного уровня интеллекта, Лоринсон умудрялся справляться со своей ролью и понимать должные инструменты власти над армией. Более того, он был предан трону Империи, поскольку происходил из достаточно бедной семьи, уровень благосостояния которой повышался лишь его собственными усилиями.

За свою жизнь Косто успел убедиться как в выдающихся навыках Дэсарандеса, так и в собственном положении, отчего крепко держался за должность и страну, которая давала ему возможности жить полной жизнью.

И будучи теперь той, кто занимал трон, Милена не сомневалась, что получит от министра всю помощь, которую он только сумеет дать.

— Бежать мне советовали уже много раз, — спустя почти минуту произнесла Мирадель. — Ещё на моменте переворота. Говорили, что это мой долг. Что Империю можно спасти лишь так. Я отказалась следовать этому совету.

Возможно ей лучше было построить свою жизнь иначе. Сбежать из семьи ещё в детстве, как ей предлагал друг, с которым она была весьма близка. До постели оставался лишь один шаг, который она так и не переступила. Милена до сих пор не знала, что её удержало. Однако это оказалось тем, что сделало её императрицей.

— Так или иначе, долг военного — побеждать, ваше величество. Всё остальное — обычные расчёты.

— Слова, сказанные моим мужем, верно? — слабо улыбнулась Мирадель.

Министр рассмеялся, отчего его толстые щёки затряслись, а на амуниции заиграли солнечные лучи.

— Всё так, — кивнул он. — Говорил. И часто.

— И сейчас вы это повторили, — значительно медленнее проговорила Милена. — Значит ли это, что вы полностью с ним согласны?

Мужчина пожал плечами.

— Победа — вот что требует повелитель от своих воинов. Это то, ради чего вообще нужна армия. Если мы не будем следовать этому постулату, то станем бесполезны. Не нужны, — Лоринсон оглянулся на своих офицеров. — Вам и императору нет нужды углубляться в потребности войска. Всё, что надо, я буду запрашивать сам. Просто отдавайте команды, и наблюдайте, как враги падут к вашим ногам.

Милена пристально на него посмотрела, видя, что Косто хотел сказать что-то ещё, но замялся.

— Вы сами говорили, ваше величество, — наконец дополнил министр. — Там, в центральном храме Хореса. Вы говорили, что преданность людей зависит от того, что они будут видеть. И теперь они видят, что вы стоите здесь, среди нас. А ещё то… что император Дэсарандес знал всё это. Что он выбрал вас, несмотря на множество иных вариантов. Значит, Господин Вечности предвидел, что вы справитесь.

«Если Дэс не ошибался, — пронзила её холодная, как лёд, мысль. — Если только он не ошибался…»

— И рассказы о сегодняшнем, — продолжил Лоринсон, бросив со стены мутный взгляд в сторону далёких кашмирских всадников, — будут служить нашим людям напоминанием.

«Или обманывать их».

Солдат Первой на ногах оставалась до умопомрачения мало. Жертва Фолторна, который сейчас был перекинут через круп моей лошади, выиграла нам немного времени. Дала шанс…

— Беженцы практически перебрались! — крикнул появившийся из ниоткуда Сэдрин. Бывший лейтенант мог похвастаться свежей косой раной, которая оставила на его лице кровавую полосу. Похоже он успел отвести голову в последнюю секунду. — Теперь наша очередь!

Я видел, как кровь из пореза наискось, текла ему в левый глаз (который он постоянно щурил) и рот. Мужчина сплюнул и утёрся рукавом, ткань которого давно потемнела.

— Где, Двуликий его побери, Логвуд⁈ — яростно спросил я его, посмотрев на юг и горящую деревню.

Мог ли он погибнуть? Конечно мог. Но тогда хоть кто-то из его людей точно сумел бы отступить и принести нам эти печальные вести. А если бы их перебили подчистую, то оттуда уже попёр бы враг, ударив нам с фланга.

В паре метров от нас, из тучи пыли, весь покрытый грязью, остановился Галентос из клана Серых Ворóн. Юный маг отмахнулся от мошек, кружившихся рядом с его конём, а потом обратился, казалось, сразу ко всем «Полосам».

— Отступаем! Никого больше не ждём! Это приказ генерала Эдли! Всем — на переправу, живо!

Конница тут же бросилась подбирать последних пеших, стоявших дальше остальных. Те, кто был ближе к реке, помчались на своих двоих. Несколько тяжёлых инсуриев Первой замерли стальными гигантами, удерживая в руках здоровенные топоры. Люди, обещавшие нам несколько лишних мгновений…

— Изен! — вынырнула Дунора. — Не стой столбом, бежим!

В её голосе звучала отчаянная мольба.

Мрачно сплюнув, я направил лошадь вслед остальным. Всё равно на большее я не способен. Лимит тела превышен, а значит остаётся лишь ударить в последний раз и вырубиться, как Фолторн. Такого я не хочу. Слишком часто оказывался на его месте.

За спиной послышались бешеные крики. Армия врага пришла в движение, в должной мере отойдя от пережитых событий. Войска хлынули на инсуриев, окружая их и пытаясь пробиться глубже, однако железные великаны великолепно владели оружием, кромсая сайнадов десятками. На помощь ратникам подошли сионы, по двое-трое вступая с инсуриями в последнюю битву. Было понятно, что те не сдержат такого врага. Не тогда, когда кончился весь боезапас.

Несмотря на осень, мчащиеся впереди меня всадники подняли в воздух грязь, пыль и мелкие водные брызги, отчего обзор упал до десятка метров. Однако это не мешало прикинуть скорость… и ужаснуться.

Беженцы! Наша конница мчится вперёд столь быстро, что непременно догонит задние ряды и… на всех парах врежется в них. Скорее всего где-то на середине переправы, если не раньше. И даже раскидав несколько рядов гражданского населения, мы увязнем и станем добычей приближающихся ратников, за которыми уже наступают элитные подразделения Зарни, включая и гвардию.