Со второй попытки (СИ) - Мах Макс - Страница 52

- Является ли это причиной не считать лорда Блэка действующим членом Визенгамота? – сразу же задал вопрос адвокат Сириуса.

- Разумеется, не является, - ответила Корнелия Мар.

Вопрос был прояснен, но у защиты возник новый вопрос.

- Если, как утверждается, лорд Блэк упал в Арку Смерти, - продолжил докапываться кадровик Аврората, - как он оттуда вернулся?

- Вопрос к делу не относится, тем более что лорд Блэк не обязан на него отвечать, - возразил адвокат. – Давайте все же воспользуемся Веретасерумом и перейдем к актуальным вопросам.

Предложение мэтра Гослинга звучало логично и, в целом, соответствовало принятым нормам, но его обсуждение заняло едва ли не четверть часа. В частности, споры вызвал список вопросов, которые можно задать сторонам слушаний, их порядок и формулировка, дозы Веритасерума и какое-то количество протокольной чуши. Однако когда-нибудь все это должно было закончиться, и, когда это случилось, в кабинет Корнелии Мар принесли, наконец, сыворотку правды, которую приняли оба: и Сириус, и Нив.

- Лорд Блэк, повторите, пожалуйста, имена тех сотрудников Министерства, которые присутствовали в помещении, называемом зал Арки Смерти, - обратился к нему следователь Колбрук.

Вопрос протокольный, но с чего-то ведь надо начинать. Начали с этого.

- В зале Арки, находились я, - повторил Сириус, - Аластор Грюм, Фрэнк Лонгботтом, Нив Эггертон, Роберт Примроуз и Томас Глабб.

Сириус прекрасно чувствовал действие Веритасерума и ничуть ему не противился. Незачем было.

- Не могли бы вы показать на схеме, кто где стоял в момент вашего падения?

«Это можно».

- Томас Глабб стоял на лестнице, ведущей ко входу, - указал Сириус на трехмерной схеме, созданной следователем. – Примерно вот здесь. Точнее не скажу, так как отвернулся к Арке. Роберт Примроуз в этот момент находился примерно в шести-семи метрах от меня, но мог немного сместиться. Я стоял около Арки, потому что Фрэнк Лонгботтом, - он находился примерно тут, - позвал меня, чтобы показать что-то интересное среди глифов[2], которыми покрыта Арка. Повернувшись к Арке, я оставил Аластора Грюма и Нива Эггертона за своей спиной. Аластор Грюм был ближе, он отставал от меня максимум на два метра.

- Кто, по вашему мнению, толкнул вас и зачем?

- На вопрос «зачем» я отвечать не буду! – Слава богу, Печати Молчания остановили рвущиеся с языка слова. – Что же касается основного вопроса, то единственным, кто мог меня толкнуть – является аврор Грюм. Даже если бы это было несчастным случаем, все равно только он. Остальные просто не успевали приблизиться, а лорд Лонгботтом толкнул бы меня не в спину, а в плечо. Зайти сзади он не успевал.

- Почему вы считаете, что это был не несчастный случай, а покушение на убийство? – спросил тогда следователь.

- Потому что толчок был осуществлен с помощью магии, - чуть пожал плечами Сириус. – Случайно заклинание в спину не кинешь. Требуется намерение. С этим, думаю, все согласны?

- Но ведь вы могли ошибиться и принять за магический толчок, толчок, скажем, плечом или рукой, - внес свою лепту молчавший до сих пор Зигги Гудив.

- Я не ошибся, - повторил Сириус.

Действие Веритасерума мешало вести дискуссию, но вот его адвокат таких ограничений не имел.

- Скажите, мистер Гудив, в вас когда-нибудь попадали заклинания? – спросил мэтр Гослинг.

- Как и во всех волшебников, учившихся в Хогвартсе, - усмехнулся адвокат Аврората.

- Ну и как, по-вашему, похоже это на толчок или удар рукой, ногой, плечом или головой?

- Затрудняюсь ответить, - смутился Гудив.

- А вот я не затрудняюсь, - поставил точку мэтр Гослинг. – Магический посыл и физическое воздействие сильно отличаются друг от друга. Уверяю вас, не спутаете!

- Еще вопросы? – поморщилась Корнелия Мар.

- Итак, лорд Блэк, вы уверены, что вас столкнул в Арку аврор Грюм? – внес уточнение Лайонел Кейтнесс.

- Я уверен в том, что мне в спину ударило заклинание, отчего я упал в Арку Смерти, - четко сформулировал Сириус. – Высока вероятность, что заклинание бросил именно Грюм. Несомненно, это видели лорд Лонгботтом, мистер Эггертон и, как минимум, один из двух сотрудников отдела Тайн.

- Вырисовывается картина, прямо противоположная тому, что записано в акте о несчастном случае, - выложил на стол копии документов мэтр Гослинг.

- Да, уж… - кивнула миссис Мар. – Вопросы к мистеру Эггертону.

- Мистер Эггертон, вы подтверждаете, что в зале Арки вас было шестеро? – спросил помощник Гослинга.

- Да, ваша честь, нас было шестеро, - согласился Эггертон.

- Перечислите, пожалуйста, поименно всех присутствовавших, - продолжил адвокат.

- Лорд Блэк, лорд Лонгботтом, Аластор Грюм, Роберт Примроуз, Томас Глабб и я.

- Благодарю вас, мистер Эггертон. Мой следующий вопрос: вы видели падение лорда Блэка в Арку?

Молчание длилось почти минуту. Никто Эггертона не торопил, но все видели, как борется в нем желание ответить с невозможностью это сделать.

- Я не могу ответить на этот вопрос, - сказал наконец Эггертон, и вытер со лба пот.

- Очевидный конфликт между действием Веритасерума и Непреложным обетом, - прокомментировал мэтр Гослинг.

В принципе, все были с ним согласны, но допрос продолжался, и вскоре стало очевидно, что Нив Эггертон не может ответить практически ни на один вопрос, касающийся падения в Арку. Ни как это произошло. Ни то, кто толкнул Сириуса. Ни то, был ли, вообще, совершен кем-либо толчок с помощью или без помощи магии. Создавалось впечатление, - и это было отражено в протоколе, - что аврора Эггертона обвешали Непреложными, как елку гирляндами. Однако, на то и следствие, чтобы констатировать этот факт, и, когда таких фактов в ходе допроса других участников инцидента набралось слишком много, стало понятно, что присяжные, которыми в этом случае будут члены Визенгамота, назовут Грюма – виновным, а Лонгботтома и Эггертона – соучастником. И тогда тень ляжет на, якобы, распущенный Орден Феникса и на самого Великого Светлого, чего Дамблдор, естественно, допустить не мог. И поэтому на третий день следствия Сириуса пригласили в кабинет Министра, в котором, — вот так неожиданность, - присутствовал Председатель Визенгамота Альбус Дамблдор.

- Сириус, мальчик мой… - начал было профессор, но Сириус его сразу же остановил.

- Профессор! – укоризненно посмотрел он на старика. – Если вам есть, что сказать, говорите прямо.

- Ты должен забрать свое обвинение.

- С чего бы? – поднял бровь Сириус.

- Признание виновными таких людей, как Аластор и Фрэнк, больно ударит по всему делу света, - ответил старик.

Подразумевалось, что Сириус не сможет отвергнуть такой сильный аргумент.

- Полагаете, что мне все еще есть дело до вашего Дела? – Сириус понимал, что так или иначе, но придется пойти навстречу Дамблдору и Фаджу, который пока ничего не говорил, но кивал очень значительно. Однако пойти навстречу не означает сделать это бесплатно.

- Ты перешел на темную сторону? – блеснул стеклами очков профессор.

- У меня своя сторона, - усмехнулся Сириус, - и, как говорил великий поэт, «чума на оба ваших дома»[3].

— Вот даже как, - кивнул какой-то своей мысли старый волшебник. – И что, нам совсем никак не договориться?

- Ну, почему же, - пожал плечами Сириус.

Список требований был готов, осталось его только озвучить.

- Цена вопроса? – очень по-магловски спросил оживший вдруг министр.

- Прежде всего, амнистия для Беллатрикс Лестрейндж. Далее, вы навсегда забываете, что мою супругу когда-либо звали иначе, чем Лилиан Блэк, а моего сына - Ригель Блэк-Поттер, и еще одно. Или вы вычеркиваете Ригеля из списка учеников Хогвартса, или, начиная с 1991 и до 1998 года Защиту от Темных Искусств в Хогвартсе преподают только три человека: Беллатрикс, Лилиан или Сириус Блэк. Кто будет свободен, тот и преподает!

Что ж, главное было сказано. Оставалось лишь уточнить детали, потому что в нынешней ситуации ни Дамблдор, ни Фардж не могли себе позволить посадить в Азкабан специального агента Грюма и старшего аврора лорда Лонгботтома, а им грозили большие сроки. Это в 1981 можно было подтасовать факты и закрыть в тюрьме человека, который ради идеи отказался от семьи. Сейчас Сириус не сомневался, если бы Лили и Гарри погибли, его бы сделали крайним. Виновный им по любому был нужен, а тут одним выстрелом двух зайцев. Да еще и по лёгкому. И виновника трагедии публике предложить, и род Блэков окончательно уничтожить. Но он тогда сработал на опережение, и у них ничего не вышло, да еще и договариваться пришлось. Оттого и упал в Арку. Но это тогда, сейчас им его уже так просто не убить. Слишком много людей знает, что тогда произошло, и даже если его вдруг прибьют недобитки Волан-де-Морта, виноватыми все равно назовут Дамблдора и компанию. Однако и сдать своих Дамблдор тоже не может. Слишком громкие имена, слишком большой резонанс и слишком сильный удар по репутации. Поэтому соглашение было заключено. Был составлен и подписан министром и председателем Визенгамота договор, а чтобы он не остался пустой бумажкой, - пергаментом, если быть точным в деталях, - были принесены взаимные непреложные обеты. И дело было сделано. Они все четверо могли теперь не прятаться, а жить, как и следует представителям древнейшего и благороднейшего семейства Блэк…