Заклинатель 7 (СИ) - Каменев Алекс "Alex Kamenev" - Страница 43

Отлично, значит моторные функции в порядке, дальше должно пойти проще. Чем больше практики, тем лучше усваивается навык.

Я заставил призванного всадника пройти еще несколько шагов, затем вытащить меч и взмахнуть им. Подумал и сформировал отдельно копье, использовав материал самого воина и его лошади. Из-за перетока энергии размеры всадника уменьшились, но зато он обзавелся классическим тяжелым рыцарским копьем.

— Неплохо. Пора сделать тебе несколько друзей.

Второе рождение, третье, за ним без перерыва четвертое и пятое, всадники появлялись из черных клякс друг за другом. Получив готовое лекало с первого, остальных оказалось создавать гораздо проще.

По сути, это были копии, а сам процесс можно с определенной долей назвать штамповкой. Хотя, несколько незначительных отличий все же имелось, полностью повторить без изменений всех не вышло. Но на общую функциональность это не оказывало влияния, поэтому плевать. В конце концов, даже призванным магическим созданиям нужны индивидуальные особенности, отличающие их от себе подобных.

Три десятка, все рослые рыцари на рослых конях, настоящие гиганты из текучего дегтя.

— Вперед, — тихо прошелестел приказ, но каждый всадник меня прекрасно услышал.

Разделившись на шесть отрядов по пять человек, они поскакали в разные стороны, растекаясь по городским улицам. Откуда долго летел дробный стук копыт призванных, но от этого не менее реальных коней, эхом разносясь и отскакивая от стен зданий.

«Дикая Охота» вышла на охоту и это было прекрасно. В какой-то момент я даже ощутил это неотвратимое движение скачущих в атаку всадников. Это стало столь необычным, что на секунду заставило потеряться, а затем вдруг пришло понимание, что тихая площадь с горящей пентаграммой исчезла и я гляжу на происходящее глазами одного из всадников. Того самого, первого, что при появлении образовал с создателем более прочную связь, чем остальные, когда одна за другой сменялись формы призванного воина.

Проклятье. Это не входило в планы. Предполагалось, что всадники будут действовать одни, нападая и вытесняя пиратские отряды в район пристаней, я же неспешно двинусь следом, проследив, чтобы энергии в пентаграмме хватило, пока они не исчезнут, растаяв в воздухе рассыпавшимся лепестками пепельного тумана.

Но похоже планы придется менять, упустить шанс понаблюдать за магическими созданиями будет глупо, неизвестно, получится ли повторить такой фокус второй раз.

Я стал зрителем в разыгравшейся драме. Драме, разумеется, для потерявших бдительность пиратов, считавших эти районы уже почти своими и ведущими себя от этого крайне беспечно.

Первого пирата мой рыцарь настиг у двери небольшой лавки, откуда флибустьер выходил с перекинутым через плечо мешок с награбленным добром, беззаботно насвистывая веселый мотивчик. Судя по доносившимся изнутри дома крикам, грабеж был в самом разгаре, и бандиты только что нашли прятавшихся в шкафу жену и дочку хозяина лавки. Сам он лежал на пороге, получив удар в сердце ножом. Женщин потащили в главную комнату, собираясь разорвать рубахи и задрав подол юбок разложить на столе, но шум на дворе прервал веселье.

Пират с мешком изумленно замер, таращась на сотканного из антрацитового-черного сгустка всадника. В смотровых щелях шлема сверкнули фиолетовые отсветы питавшей призванного воина магии.

Щербатая пасть пирата открылась, он издал то ли всхлип, то ли хрип, и вдруг дурным голосом заорал:

— А-а-а-а!!!

Из ослабевших рук выпал мешок, по булыжной мостовой гремя рассыпалась металлическая посуда. Позабыв о друзьях и добыче, пират бросился бежать, но успел сделать всего несколько шагов, прежде чем рухнул на землю. Призванный воин оказался шустрее.

Взмах. Удар. Тяжелый полуторник обрушился сверху вниз, голова пирата лопнула, как спелый орех. Послышался мерзкий чавкающий звук. Не довольствуясь одним ударом, рыцарь нанес еще один, окончательно раскалывая череп противника на две равные дольки. На землю упало тело с рассеченной головой, брызнуло красным.

От смерти врага призванный воин словно прибавил в силе. В сумраке полутемной улицы сверкнули фиолетовые искры разгоравшегося в прорезях шлема колдовского огня.

На секунду мне показалось, что магическому созданию даже понравилось убивать, что, конечно, не могло быть, ведь теневые существа по сути являлись големами, без своей воли.

Из дома выбежали приятели мертвяка и тут же замерли, оторопело уставившись на возвышающуюся посреди улицы громаду черного всадника. А затем были мгновенно сметены налетевшей четверкой рыцарей из отряда, приотставшей от лидера.

Всех порубили быстро и жестко, кромсая на ломти, словно свиней на скотобойне. Никому вырваться не удалось, даже оказать внятного сопротивления. Вид темных рыцарей с горящими фиолетовым глазами внушал ужас, гася любые попытки дать отпор.

На земле остались лежать изрубленные тела. Теневые сущности не обладали слабостью человеческих эмоций и убивали с предельной эффективностью, следя чтобы дело было доведено до конца. А значит никаких выживших после ран, только стопроцентное истребление.

— Вперед, — тихо скомандовал я, все так же стоя в центре пентаграммы с закрытыми глазами наблюдая за происходящим через глаза первого рыцаря.

Чем ближе становились припортовые районы, тем больше на пути попадалось высадившихся на берег пиратских отрядов. Мои подопечные рубили всех встреченных, оставляя после себя окровавленные тела. Безудержное продвижение продолжалось еще какое-то время, пока наконец новость о странных всадников не дошла до основных сил и нас не попытались остановить.

Тщетно. Двигающиеся параллельно отряды теневых воинов в нужный момент ударили сбоку, нанеся группе пиратов мгновенное поражение, изрубив всех, кто встал на пути. А затем продолжили движение дальше.

Теневые рыцари действовали с эффективностью бездушных механизмов, скакали вперед и убивали, убивали, не обращая внимание ни на что. В конечном итоге это оказало необходимый эффект. Поняв, что оживший кошмар не думает останавливаться и лишь становится с каждым разом все ближе, отдельные группы пиратов наконец поняли, что лучше отступить, и начали стремительно откатываться в район пристаней.

Судя по шуму из других концов города, Сычу удалось убедить наемников ударить в нужный момент, в этом помогли лазутчики, доложившие о странном беспорядочном отступлении высадившихся в городе пиратов, ставших покидать захваченные кварталы.

Все шло отлично, поэтому я позволил себе разорвать контакт с призванным рыцарем. И тут же резко зажмурился, потому что вдруг понял, что глаза теневого создания смотрели на мир совсем иначе, через нечто напоминающее лиловую полутемную дымку, в которой окружающая реальность воспринималась по-другому.

— Проклятье, — я тряхнул головой, прогоняя остатки необычного взгляда призванной воина.

Забавно, но до того, как связь прервалась, эта странность не воспринималась. Какой-то побочный эффект восприятия себя единым целым с теневой сущностью? Похоже на то.

В висках постукивали молоточки, затылок налился тяжестью, перед глазами плавали круги. Пентаграмма все еще горела фиолетовым пламенем, но трудно сказать, сколько ей осталось. Вместе с ней исчезнут призванные воины.

А значит пора отправляться в портовый район, чтобы лично поддержать наемников.

Глава 23

23.

На город опустилась ночь, зажглись факелы, отбрасывая на стенах домов и уличный снег причудливые тени. Но темнота не остановила сражение, только замедлила темпы продвижения наступающих войск.

Хрипы, крики, стоны, звон сталкивающихся мечей и топоров, треск ломающихся щитов и копий. С тихим свистом вылетали арбалетные болты и стрелы, бойцы падали, но упрямо продолжали идти дальше. Пираты поняли, что наемников не остановить и принялись возводить укрепления.

Баррикады из перегородивших улиц телег с наваленными сверху бочками и ящиками при других обстоятельствах не стали бы серьезной преградою, но сошлось сразу несколько факторов, включая зимнее время года, усталость от сражения в течении дня и наступившую ночь, чтобы заставить очередную атакую захлебнуться.