Вулкан Капитал: Орал на Работе 3 (СИ) - Некрасов Игорь - Страница 65

Она тихо ахнула, и её бёдра дёрнулись, непроизвольно прижимаясь к его лицу. Её внутренние мышцы, упругие и горячие, судорожно сжимались вокруг его языка, пытаясь удержать его, не отпустить. Она издавала тихие, прерывисто-хриплые стоны, её пальцы впивались в простыню, сминая ткань.

Чувствуя её отклик, Игорь удвоил усилия. Он раздвинул её ягодицы, погружая язык ещё глубже в её влажную, пульсирующую киску, стараясь проникнуть как можно глубже. Она в ответ всё сильнее прижималась к его лицу, отчего он почувствовал, как его нос упирается к ее анальной дырочке, и её движения становились всё более настойчивыми и жадными, будто она пыталась целиком сесть на него, потеряв всякий стыд в волне нахлынувшего наслаждения.

Затем он медленно вынул язык, заставив её издать разочарованный вздох. Но прежде чем она успела что-то сказать, он снова провёл им снизу вверх, от её разнеженного, набухшего клитора, вдоль всей дрожащей щели, к анусу. Кончик его языка скользнул по бархатистой коже, чуть коснувшись крошечной, морщинистой дырочки, едва заметно надавив на неё.

От этого двойного, почти одновременного прикосновения к самым интимным местам её тело выгнулось в мощной судороге.

— Ну всё… — выдохнула она, и её голос был хриплым от страсти. — Трахни меня уже… вставь… я больше не могу…

«Бля, да с удовольствием!» — пронеслось в голове у Игоря, но вслух он не сказал ни слова.

Его взгляд был прикован к её дырочке — влажной, сияющей в полумраке и трепетно пульсирующей в ожидании проникновения. Было невозможно отвести взгляд, она казалась ему теперь не просто частью тела, а живым, дышащим существом, готовым принять его.

Игорь встал, и дрожащими от нетерпения пальцами он расстёгнул пряжку ремня, пуговицу и молнию на брюках. Он даже не стал стягивать их полностью, лишь резко приспустил вместе с трусами ровно настолько, чтобы освободить свой член, твёрдый и налитый кровью.

Затем он резко выпрямился и придвинулся к ней вплотную, направил головку своего члена к самому источнику её влаги. Он упёрся в её растёкшиеся, скользкие половые губы, почувствовав, как они нежно обволакивают его. И, без лишних церемоний, он сделал мощный, но контролируемый толчок бёдрами.

Его член вошёл в неё. Не сразу — её дырочка на миг оказала лёгкое, упругое сопротивление, а затем поддалась, поглотив его в себя одним влажным, обжигающе тёплым движением.

— Аахх… — Ксюша громко и сдавленно застонала, а Игорь на миг замер, потрясённый ощущениями.

Её внутренности были невероятно горячими, бархатистыми и живыми. Стенки влагалища плотно облегали член, пульсируя вокруг, будто тысячи крошечных мышечных колец сжимали его ствол пениса, пытаясь удержать его в себе. Это была плотная, упругая, невероятно нежная хватка, заставлявшая его зажмуриться от наслаждения. Он чувствовал каждую складку, каждое движение её внутренних мышц, сжимавших его с почти болезненной приятностью.

Его взгляд скользил по её телу, залитому тусклым лунным светом. Он видел, как его собственный член, тёмный и упругий, исчезает и появляется в её смуглой, влажной плоти. Алые, набухшие половые губы, словно маленький ротик, плотно обхватывали его у основания, с каждым его движением чуть растягиваясь и тут же снова смыкаясь. А чуть выше, в завораживающей близости, подрагивала её соблазнительная анальная дырочка — крохотная и морщинистая.

Игорь, не прекращая ритмичных движений бёдрами, одной рукой крепче впился пальцами в её упругую попку. Он раздвинул её ягодицы чуть шире, открывая себе ещё более откровенный вид на эту интимную двойственность — на его член, входящий в одну её дырочку, и на другую, нетронутую и манящую. Влажные, чавкающие звуки их соития смешивались с её прерывистыми, похотливыми стонами.

Его палец, смазанный её же соками, медленно, почти с благоговением, приблизился к её анусу. Он начал водить подушечкой пальца по кругу, массируя тугую, бархатистую дырочку, ощущая, как крошечные мышцы под кожей реагируют на его прикосновение судорожными подрагиваниями.

«Может, и в попу ее трахну… сразу… в обе дырочки…» — пронеслось в его пьяной, возбуждённой голове, и от этой мысли его член внутри неё стал будто ещё твёрже. «И она, кажется, не против…»

Он усилил нажим пальца, уже не просто массируя, а слегка надавливая, проверяя границы, готовя почву для возможного, ещё более тесного проникновения.

— Умхх… еби сильнее… — выдохнула она, и её голос прозвучал как приказ, перекрытый густым стоном. — Глубже!

Игорь послушался. Его бёдра задвигались быстрее, жёстче, почти по-звериному. Он входил в неё глубже, с влажным шлёпаньем, от которого дрожала кровать. А затем, пойманный этим ритмом и её откровенностью, он с внезапной наглой решимостью протолкнул кончик своего пальца внутрь её тугого ануса. Ксюша издала резкий, перехваченный горлом стон, её тело напряглось, а внутренние мышцы, и так плотно обхватывавшие его член, судорожно сжались, заставив его зажмуриться от наслаждения.

Она не оттолкнула его. Наоборот, её ягодицы чуть подались навстречу. И сквозь эти прерывистые, похотливые стоны послышался её тихий, срывающийся от наслаждения смешок.

— Надо же… — прохрипела она, не поворачивая головы, уткнувшись лицом в простыню. — Какой ты, Семёшка… Ах… ммм… грубиян… — она довольно простонала и продолжила. — Сначала говорил мне, что презерватив обязательно… нужен… а сейчас… ах… трахаешь меня без него… и еще… еще и хочешь трахнуть… в попку… вот извращуга.

Она произнесла это с какой-то развратной нежностью, и пускай её слова тонули в стонах, но были отчётливо слышны. Игорь на мгновение замедлил движения, его мозг, затуманенный алкоголем и страстью, с трудом соображал.

Он замер, его движения прервались на полпути. Мозг, затуманенный алкоголем и плотским угаром, с отвратительной медлительностью начал переваривать услышанное.

«Се-е-емён… бля?..»

В этот момент тело под ним резко изогнулось. Она оттолкнулась от кровати, выпрямляя спину, и её внутренности судорожно, почти болезненно сжали его член — горячим, влажным мышечным кольцом, не желавшим его отпускать. Рыжие волосы мелькнули в полумраке, рассыпаясь по плечам. Она сама, с тихим похотливым стоном, начала двигаться навстречу его неподвижным бёдрам, активно и жадно работая попкой, вжимаясь в него глубже.

Её руки скользнули к собственной груди, сжимая её, а из горла вырывались сдавленные, хриплые бормотания. И когда её голова чуть повернулась, всего на несколько градусов, будто она искала в темноте глаза своего «Семёшки», в голове Игоря всё окончательно прояснилось с ледяной, отрезвляющей ясностью.

«Сука… а это ведь… не Ксюша…»

Глава 15

Игорь замер, словно его окатили ледяной водой. Его тело, секунду назад жившее единым ритмом с её, стало чужим и неподвижным.

Но Амина, ушедшая в себя с головой и будучи опьянённая моментом, не сразу заметила перемену. Её бёдра по-прежнему плавно и настойчиво ходили вперёд-назад, с влажным чавканьем насаживаясь на его неподвижный член. Она оборачивалась на секунду, ища его руки, его участие, всё глубже принимая его в себя в тщетной попытке возобновить прерванный ритм. Её стоны становились громче, отчаяннее, а движения — более резкими и жадными.

Казалось, она была на краю, почти достигла желанного, и вот её тело напряглось в предвкушении скорого оргазма, но в голове Игоря пронеслось: «Так… это надо прекращать. Сейчас же». И он отстранился. Резко. Почти грубо. Его член с мягким, влажным звуком вышел из её мокрой дырочки.

В комнате повисла оглушительная тишина, нарушаемая лишь её тяжёлым, сбившимся дыханием и тихим, предательским «чпок». Амина застыла в неестественной, полуизогнутой позе. Её тело, ещё секунду назад бывшее единым сплошным желанием, вдруг обмякло, а затем глубокий, томный стон, готовый было вырваться из её горла, застрял там, превратившись в короткий, недоуменный выдох.