Это спецназ, детка (СИ) - Орлова Юлианна - Страница 11

—Здравия желаю, бать, — поворачиваюсь и руку подаю.

По настроению отца понимаю, что лучше сейчас не создавать фоновый шум лишними вопросами.

Взгляд суровый, напряжённый, губы сложены в прямую линию. Наверняка опять головняк.

—Как на службе? — интересуется слету, поправляя лацканы кашемирового пальто.

Я внешностью в батю, любовью к прекрасному тоже, ну в смысле, красиво одеваться люблю. В общем, вкус у меня охуенный.

—Лучше всех, бать, ну какие проблемы могут быть вообще?

—Да? А что-то Архангельский не в духе сегодня, не ты ли причина?

—Как можно, бать…я же ангел.

—Ага, когда спишь зубами к стенке. Мать говорила, что видела тебя сегодня с девушкой. В рабочее время. Какого, простите, черта?

—Батя, это обед был!

—У спецназа нет обеденных перерывов. Ладно, у меня тоже сейчас нет времени сопли разводить. Ждём вас с твоей девушкой в гости на выходные. Шашлык будет, овощи на гриле. Не опаздывайте.

Не опоздаем, даже если мне придется запаковать Машеньку как новогодний подарочек и вынести ее из квартиры головой вперед, потому что все военные суеверные пздц. У Архангела чуть отхватываю здездюлей оффлайн, потом еду на стрельбище и уже оттягиваюсь на салагах по полной. Потому что теперь я могу показать, почем у меня рубероид.

—Упал-отжался, раз кривой и косой, — ору и наблюдаю, как один, а следом и все двадцать человек почти синхронно от пола жим-жим пятьдесят раз. —Это еще по-божески, нам выписывали сотку. Давайте, "девочки", активнее, активнее. Вам дыхалка в личной жизни ой как пригодится!

Глава 12 — “Хочешь я тебе спою?”

МАША

СИТУАЦИЯ: катастрофа.

Дома в отсутствии Мекса, действующего как отвлекающий и раздражающий, а еще иногда веселящий фактор, меня трясет как припадочную, я судорожно просматриваю свой смартфон, рабочую почту, но ничего там эдакого нет. Откуда оружие взялось?

Что за бред вообще? Как?

Я готова голову на отсечение отдать, что понятия не имела ни о каком оружии, и все, что проходило через меня, было связано исключительно с медицинским оборудованием.

Все печати и подписи, абсолютно все — медицина.

Может заказуха? У нас есть конкуренты, они не всегда могут договориться о том, о чем могли договориться мы.

Да и с рекламой у тех ребят тоже «не але», наши маркетологи настоящие акулы.

Прикрываю лицо холодными ладошками, а на них отпечатался аромат спецназа. Каков пиздец! Еще и он на мою голову сваливается в момент, когда ну вот вообще не до него.

Когда все, что могло пойти не так, идет не так, появляется Мекс. Феноменальная способность!

—Ему просто чихать на всех и вся, чего ты ожидала вообще? Его на "нет" и ведет. Сказала "нет", значит не попала в долгий перечень зарубок на кровати. Подстегнула!

Руки от лица со скоростью света отвожу, но запах в легкие въелся, обжился там и теперь не отпускает. Все, что связано с Мексом, приковывается ко мне железобетонно. Не выдворишь ничем.

Маша, это блядун! Да, мама у него огонь, но даже она в курсе, какой у нее сын, и тебя, кстати, об этом предупредила. Шикарная женщина!

Иду на кухню ставить чайник, когда мой телефон оживает, и я от неожиданности подпрыгиваю. Но это всего лишь сообщение и нечего так волноваться…до момента, пока я не читаю это сообщение.

Уф! Ну что ж ты будешь делать?!

«Пупсик, я соскучился».

Игнорирую. Не буду я отвечать, не дождется. Какой я тебе пупсик? Ты небось имя мое уже забыл, вот и величаешь пупсиком!

«Не смей блокировать, у меня есть еще целых «число пи» номеров, чтобы до тебя достучаться. Не ответишь —приеду лично. На раздумья шестьдесят секунд» приходит следом такое же наглое сообщение, как и сам спецназ.

Ухнув, откидываю телефон в сторону. Да как он смеет? Меня еще только не шантажировал! Наглый, беспардонный тип, который думает, что ему все должны только за то, что он красивый парень. Да как же!

С глубоко потрясенным видом все-таки ухожу на кухню и стараюсь игнорировать все звуки, что доносятся из комнаты. Нет. Пусть хоть усрется там, я отвечать не буду и в квартиру не пущу.

—Стучи в рельсу, сынок прокурора. Наглый спецназовец! Напомаженный павлин! Тоже мне, пуп земли!

А в окно он не полезет, ведь у меня четвертый этаж девятиэтажного дома. Вот! Если надо будет, вызову полицию и накатаю на него заяву, пусть папе-прокурору будет стыдно! Но, с другой стороны, я не думаю, что это будет новость для отца.

Почему-то кажется, что он тоже в курсе всех прелестей собственного сына, а может даже и пытается это исправить, все-таки прокурор.

Горбатого могила исправит.

Сделав чай, достаю мед и бросаю ложку в травяной напиток. Сверху посыпаю щепоткой корицы и кориандра. Прекрасно. Не хватает только имбиря.

Впервые за целый день ловлю едва проступающий дзен, по чуть-чуть вливая в себя чай. Меня хоть что-то за сегодня обязано успокоить, так пусть это будет чай!

Мне надо успокоиться. Медленно выпиваю содержимое чашки, также медленно встаю из-за стола и иду в сторону мойки. Скрупулезно отмываю чашку, когда чувствую, что на меня кто-то смотрит.

Херовое чувство, учитывая, если ты живешь одна. Медленно разворачиваюсь, и крик ужаса вырывается из горла вместе с чашкой из рук. Но последнюю, в отличие от моей челюсти, спецназ успевает подхватить.

—Аааа! Разрыв пердячей кишки от ужаса. Я задыхаюсь! Мне срочно нужно дыхание рот в рот. Начинай! — говорит он, прикрывая глаза и придавливая меня к кухонной поверхности.

Языки пламени поднимаются по моему горлу вверх. Сейчас я как огнедышащий дракон!

Он тянется ко мне, обхватив подбородок двумя пальцами, а я от него, ударяясь затылком в подвесной кухонный шкафчик! Черт! Да что бы тебя! МАКС ШОЛОХОВ, ЧУМА!

—ОТОШЕЛ ОТ МЕНЯ, МАНЬЯК! — верещу, но Мекс, больше не разглагольствуя, впивается в мои губы болезненным поцелуем, выбивая из легких весь кислород.

Перед глазами вспыхивает что-то яркое красное, затапливая и оглушая.

Мозг горит огнем, и я не могу выхватить ни одной здравой мысли. НОЛЬ. Словно обухом пришибает, превращая меня в амебу.

Я точно помню, что изначально хотела отбиваться, но в какой-то момент в меня словно вкололи иглу, впрыснув яд, лишающий способности двигаться.

На корню отрезая даже ее вероятность. Странная судорога проскальзывает по телу, ударяя двести двадцать вольт до основания.

По коже струится предательский трепет, табун мурашек подхватывает эстафету, чтобы я окончательно уже сошла с ума.

Губы немеют, пока умелыми движениями спецназ доводит меня до потери сознания.

Рвано хватая воздух, мне удаётся лишь слегка отклониться, но Мекс тут же перехватывает за голову и сильнее впивается, практически съедая мои губы, следом, лаская подбородок большими пальцами. Горю сильнее, чувствуя онемение.

Мои руки плавно расползаются по широкой груди спецназа, отнять их кажется какой-то глупостью. Нет? Не могла я…

Его же, наглые, тут же перехватывают за талию и поднимают меня, сажая на разделочную поверхность.

Бам! Сердце стучит так сильно, что мне страшно.

Ноги Мекс коленом раздвигает и просовывает язык в рот, вгрызаясь в меня до боли. Внизу живота тяготеет узел, и я сдавленно сиплю, потому что нечем дышать. Грудь становится чувствительной, и по ней Мекс мягко проезжается ладонью, основанием вдавливая чуть более грубым напором.

Ребра раздувает нарастающим давлением. Сердце грохочет в висках и в горле, а проворный язык вторгается все глубже, обводя мои губы выкручивающими душу движениями. Все заканчивается стремительно, толкая меня в ледяную прорубь острых ощущений. Мекс упирается в лоб и игриво ухмыляется, обводя своим носом мой, а я чувствую себя размазанной, потому что поддалась чарам этого наглеца.

—Во-первых, тебя пороть надо по жопе тонкой розгой, чтобы визжала и понимала, что за дело получила.