Флорентийский дублет. Кьяроскуро - Нешич Иван - Страница 8

«Господа Ч. Миятович и М. Глишич, находящиеся под покровительством сербской короны, в понедельник 18 марта 1889 года в 10:00 утра приглашаются на аудиенцию к Ее Величеству Александрине Виктории, Божьей милостью Королеве Соединенного Королевства Великобритании и Ирландии, Защитнице Веры и Императрице Индии».

– И это все? – Глишич с любопытством поднял брови.

– А чего ты хотел, Милован? Чтобы внизу подписали, что желательно прийти в строгом костюме и чистых ботинках?

– Я думал… В приглашении не говорится, где состоится аудиенция.

Дипломат недоверчиво посмотрел на друга и вздохнул.

– Официальные аудиенции для послов и других иностранных чиновников всегда – всегда – проходят в Букингемском дворце, Глишич.

– Откуда я мог это знать. Наш Милан приглашал гостей на свою виллу на Дунае…

– Есть протокол. Королева принимает гостей во дворце. Послов или других высокопоставленных чиновников и их свиту встречает церемониальная карета, чтобы провезти по улицам Лондона во главе с экипажем, в котором находится маршал дипломатического корпуса и аудиенций.

Рид отвлекся от разглядывания искусно нарисованных фигур с мятежным пылом и в необычных восточных одеждах и теперь с интересом следил за разговором двух сербов, которые из вежливости говорили по-английски.

– Знаете ли вы, господа, – сказал Рид, – что на аудиенции будут представители правительства? Аберлин проинформировал меня об этом: помимо премьер-министра Роберта Гаскойн-Сесила, там будут министр внутренних дел сэр Мэтью Уайт Ридли, комиссар Уоррен…

– Откуда Аберлин это знает? – спросил Чедомиль с искренним удивлением.

Детектив пожал плечами.

– Потому что его тоже пригласили. Так же, как и меня.

Глишич и Чедомиль переглянулись.

– Странно, – сказал дипломат. – Приличный состав набирается…

– Если подумать, не так уж это и странно. Учитывая официальную позицию, что личность Потрошителя раскрыта, и факт, что сама королева проявила большой интерес к этому делу, можно ожидать, что она пригласит тех, кто внес в него наибольший вклад.

– Хм-м-м… – Миятовича это объяснение явно не убедило.

– Посмотрим, как обстоят дела, в понедельник, – произнес Глишич. – А что во-вторых, Чедомиль?

Дипломат нахмурился, снова вздохнул и сказал только:

– Джарндис.

Чедомиль показал короткое сообщение, которое пришло в посольство от подлого адвоката:

«Мой клиент согласен на ваше предложение. Место обмена: у ворот доков Святой Екатерины. Время обмена: сегодня в 9 часов вечера. Ищите карету с двумя вороными.

Дж.».

Глишич обеспокоенно кивнул и посмотрел на Чедомиля.

– Что вы об этом думаете?

– Выглядит подозрительно, должен сказать. – Дипломат на мгновение задумался и, будто в чем-то себя переломив, посмотрел на детектива. – Мистер Рид… Я хотел бы попросить вас об одолжении. Надеюсь, вы не откажете – ведь мы пришли к выводу, что у нас с вами одна задача.

– Конечно, я вас слушаю, Ваше превосходительство.

– Я раскрою немного подробностей о секретном деле, которое нам с господином Глишичем предстоит выполнить ради нашей короны, и вашей тоже.

За сигарами и бренди Миятович вкратце объяснил Риду обстоятельства похищения Каролины и шантажа, которые привели Глишича в Лондон. Детектив внимательно выслушал, и когда Чедомиль закончил, в глазах Рида загорелся еле сдерживаемый гнев.

– Чем я могу вам помочь?

– Я переживаю за девушку, – ответил дипломат. – Она определенно будет в карете, о которой пишет Джарндис. Боюсь, что ее одурманят опиумным средством и она будет не в себе. Похитители доведут ее до такого состояния, что она не сможет позвать на помощь и поднять тревогу по дороге к месту обмена или в самих доках. Сначала я хотел попросить вас дать нам отряд полицейских, чтобы арестовать человека, которому господин Глишич передаст записную книжку Леонардо. Однако понял, что это бессмысленно и даже опасно: если злодей поймет, что окружен и лишен шанса сбежать, он может поднять руку на бедную принцессу Каролину и в отчаянии лишить ее жизни, а мы любой ценой не должны этого допустить. Нет… вместо этого я хочу попросить вас пойти с нами и убедиться, что обмен пройдет гладко. К тому же вы сможете обеспечить присутствие хорошего врача, который оценит состояние здоровья несчастной на месте и в случае необходимости окажет ей помощь. Как только девушка окажется в наших руках, мы направим все силы на поиск преступника, стоящего за этим загадочным злодеянием.

– И виновника ужасной резни в монастыре Святого Мартина, – добавил Глишич, напомнив о фотографиях, сделанных швейцарской полицией. – Но есть еще одна загвоздка. Чедомиль, Эдмунд…

Оба вопросительно посмотрели на писателя.

– Как мы поймем, что девушка в карете действительно принцесса Каролина?

– Ах.

Чедомиль погладил усы и откинулся на спинку стула. Судя по всему, вероятность обмана в голову ему не приходила.

Глишич сунул руку во внутренний карман пиджака, напротив того, в котором хранил записную книжку и где располагалась кобура с обрезом, достал слегка потрепанный маленький конверт и вытащил фотографию, напечатанную на газетной бумаге.

– Это фотография принцессы Каролины вместе с другими членами королевской семьи, опубликованная год назад в «Британском журнале фотографии», – я получил ее от короля Милана. Посмотрите.

Детектив и Миятович наклонились, чтобы получше разглядеть то, на что указывал писатель.

– Метка, – выпалил Рид.

– Верно, – подтвердил Глишич. – Темное родимое пятно на левой стороне шеи, около двух дюймов длиной, до начала ключицы, напоминающее по форме букву S.

– Хм, – призадумался Миятович. – Предлагаю сначала убедиться, что в карете действительно Каролина, и после этого отдать записную книжку.

– Только когда поймем, что с девушкой все в порядке.

Рид затянулся сигарой и выпустил голубоватый дым, поднявшийся к потолку и гипсовым украшениям вокруг большой люстры.

– Я не смогу вызвать никого из наших хирургов, потому что это – по крайней мере, на данный момент – не официальная полицейская работа. Но я знаю, кого мы сможем взять с собой. Он живет недалеко отсюда и ведет практику – доктор Алистер Мур. Он хорошо известен в лондонских литературных кругах, главным образом потому, что является другом мистера Стивенсона и часто посещает их собрания, поскольку сам пишет, как любитель.

– Стивенсон? – удивился Глишич. – Роберт Льюис Стивенсон?

– Именно. Вы его знаете?

– Конечно. Мы писали мистеру Стокеру, приглашали «Лицеум» выступить в нашей столице с пьесой Стивенсона «Джекил и Хайд». Увы, ничего не вышло, так как великий Ирвинг был на гастролях в Америке…

– Тогда пойдем к доброму доктору и попросим его об одолжении, – сказал детектив.

– Согласится ли он? – спросил Чедомиль.

Рид пожал плечами.

– Надеюсь. Мы познакомились несколько лет назад, когда вместе с Аберлином посетили Королевский колледж хирургов, чтобы проконсультироваться с лучшими врачами по поводу одного случая. Мур дал нам несколько полезных советов, а мы с инспектором отплатили ему ужином в пабе, ведь благодаря ему разрешился важный вопрос. Мур любезно пригласил нас заглядывать к нему в клинику на Элизабет-стрит, если будем рядом, чтобы выпить бокал и выкурить сигару… Ни Фредерик, ни я не злоупотребляли его приглашением. Во всяком случае, не чрезмерно.

– Элизабет-стрит недалеко отсюда, – отметил Миятович.

– Десять минут неспешной прогулки, – подтвердил детектив.

– Так чего же мы ждем? – оживился Глишич.

Пока они шли по Элизабет-стрит, писатель понял, что искренне восторгается Лондоном. Поразительно, прошло всего несколько дней с приезда Глишича, а он уже, по необъяснимой причине, чувствовал себя здесь своим.

«Наверняка каждый, кто попадает сюда, испытывает подобное», – подумал он.