Вулкан Капитал: Орал на Работе 4 (СИ) - Некрасов Игорь - Страница 130

Всё это время она продолжала писать ему — шутила, угрожала, присылала откровенные фото, звонила. А потом увидела новости: сотрудники «Вулкан Капитала» задержаны по подозрению в мошенничестве.

Она огорчилась, долго плакала, а спустя неделю даже съездила в СИЗО, желая встретиться, но её не пустили. Из-за этого она разозлилась, собрала вещи Игоря и выбросила их в мусорку.

Позже она не раз видела, как бомжи ходили в его одежде.

Карина продолжала активно заниматься вебкамом, но однажды всё изменилось — её начали узнавать на улице, приставали, караулили у подъезда, стучались в дверь, домогались, и один раз даже чуть не изнасиловали.

Она не выдержала и приняла решение переехать в другой район и снимать новую квартиру. На время она даже перестала заниматься вебкам-деятельностью, но вскоре снова вернулась к работе под новым ником и в маске.

Семён Семёныч

После приговора суда Семён Семёныча отправили в тот же СИЗО, где находился Игорь, но в другую камеру.

Конфликтов с сокамерниками у него не было — его манера общения вызывала скорее уважение или скуку, чем агрессию. Сокамерники даже дали ему кличку «Интеллигент».

Он отсидел почти два месяца. Адвокату удалось доказать, что ни Семён Семёныч, ни Игорь не имели умысла на совершение преступления, а информация о гранте не была должным образом оформлена как коммерческая тайна.

Дело быстро развалилось, и их отпустили.

Первые недели после освобождения Семён Семёныч приходил в себя. Сидел дома, почти никуда не выходил. Потом взял себя в руки и устроился в другую компанию — поменьше «Вулкан Капитала», но с хорошими перспективами.

Однако проработал он там меньше года, сказав себе: «Хватит работать на других». И открыл собственное дело — инвестиционную компанию «Интеллигент Ресурс». Он оказался хорошим руководителем: вдумчивым, ответственным, но без прежней нудной педантичности.

Тюрьма, как ни странно, пошла ему на пользу — он стал проще, человечнее и научился доверять людям.

С Игорем они не потеряли связь. Наоборот — пережитое вместе сдружило их сильнее и даже сроднило.

Семён Семёныч предложил Игорю место в своей новой компании, и тот занял должность заместителя руководителя отдела по работе с клиентами.

«Это человек, на которого можно положиться», — говорил о нём Семён Семёныч новым сотрудникам.

И никто не сомневался.

Игорь

Первый день в СИЗО Игорь запомнил на всю жизнь.

Та самая глупость с мылом, которую он совершил, отвечая на дурацкий вопрос сокамерника, принесла ему кличку «Чистюля». Над ним посмеивались, но не жестоко.

Первые пару недель его напрягали — проверяя на прочность. Но Игорь выдержал и постепенно нашел общий язык с сокамерниками, но шутки про мыло все же остались.

Оставшееся время в СИЗО Игорь много думал. Переосмысливал свою жизнь — тусовки, случайные связи и желания быстро разбогатеть. Он понял, что хочет чего-то другого.

Спокойствия. Надёжности. Семьи. И ещё — он понял, что нужно заняться собой. Не только телом, но и головой.

Когда обвинения сняли и его выпустили, Игорь уехал к родителям. Две недели он просто отдыхал — спал, ел домашнюю еду, гулял по знакомым с детства местам. Ни с кем из «прошлой жизни», кроме Семён Семёныча, он больше не общался. Старые друзья, женщины, случайные знакомые — всё это осталось там, за решёткой.

Игорь начал новую жизнь.

На деньги, заработанные на тех самых акциях, которые следствие так и не смогло признать незаконным доходом, он снял новую квартиру — просторную, светлую, в тихом районе.

Без соседей. Без очередной Карины. Только он и тишина.

Семён Семёныч предложил ему работу вместе с ним, а после в своей новой компании — «Интеллигент Ресурс». Игорь согласился. Он занял должность заместителя руководителя отдела по работе с клиентами и быстро влился в процесс. Вместе с ним работала и Софья — сестра Семён Семёныча.

С Софьей они начали встречаться.

Не сразу — сначала просто работали вместе, потом дружили, потом Игорь понял, что не может без неё. Она была тихой, спокойной, надёжной — полной противоположностью всем женщинам, которые были в его жизни раньше.

Через пару лет они поженились, и Семён Семёныч стал не просто другом и партнёром, а почти родным братом.

Вскоре у Игоря и Софьи родились дети…

…тройняшки.

Игорь… был безмерно счастлив — впервые в жизни у него было то, о чём он даже не мечтал: спокойная, хорошая жизнь, любящая жена, здоровые дети, надёжный друг и дело, которое приносило удовлетворение.

Компания Семён Семёныча процветала, Игорь занимал в ней важное место, и они жили в достатке, ни в чём не нуждаясь. Правда, иногда, по ночам, когда дом затихал, Игорь вспоминал прошлое. Тот безумный, бешеный ритм, в котором он когда-то существовал.

Ему не было стыдно — скорее, странно, будто всё это случилось не с ним, а с каким-то другим человеком.

* * *

Ну что ж, уважаемый читатель, позвольте, э-э-э, констатировать, что наше с вами совместное, так сказать, литературное путешествие подошло к своему закономерному и, смею заметить, вполне логическому завершению.

История Игоря Игоревича Семёнова — человека, который, знаете ли, прошёл путь от, некоторой житейской безалаберности до осознанного и, я бы даже сказал, добродетельного существования — подошла к концу. Мы с вами, так сказать, проследили все этапы его, э-э-э, личностной трансформации: от кабинета Виктории Викторовны до, смею заметить, камеры следственного изолятора, и обратно — к светлому будущему в компании «Интеллигент Ресурс».

Я вынужден признать, дружище, что ваше внимание на протяжении всего этого, повествования было для меня, как для автора, категорически ценно. Вы, знаете ли, проявили завидное терпение, осилив все эти, так сказать, перипетии сюжета, и я, смею заметить, испытываю к вам чувство глубокой, я бы даже сказал, товарищеской признательности.

Надеюсь, что время, потраченное вами на ознакомление с данным, э-э-э, текстом, не было сочтено вами за, так сказать, напрасно утраченное. Ибо, как известно, любая история, даже самая, знаете ли, абсурдная, несёт в себе крупицу, э-э-э, морали.

Что ж, позвольте откланяться. Был искренне рад нашему, так сказать, творческому взаимодействию. Всего вам, знаете ли, доброго и, э-э-э, стабильного инвестиционного климата в вашей личной жизни.

С совершеннейшим почтением, Автор.