Вулкан Капитал: Орал на Работе 4 (СИ) - Некрасов Игорь - Страница 55

Его взгляд был устремлён вперёд, к двери с табличкой «Переговорная».

«Ну, погнали, — подумал он, делая глубокий вдох и выпрямляя спину. — Хоть бы Дарья пришла побыстрее».

Он открыл дверь и увидел, как в переговорке, за большим полированным столом, сидел мужчина. Лет сорока, может, чуть больше.

Он был одет в добротный, но не вычурный тёмно-синий пиджак, светлую рубашку без галстука. Лицо — умное, с проседью на висках и в коротко подстриженной щетине, с лёгкой усталостью в уголках глаз, но без нервозности. Он просто сидел, сложив руки на столе, и смотрел в окно. На столе перед ним лежала папка и чашка с кофе, которую, видимо, принёс Вадим.

Игорь вошёл, приняв максимально деловой вид.

— Добрый день, — сказал он, подходя к столу и протягивая руку. — Я Игорь Семёнов. Мы с вами разговаривали недавно по телефону.

Мужчина встал. Его рукопожатие было твёрдым, сухим, без лишнего давления.

— Да-да, помню, добрый, — ответил он, и его голос оказался спокойным, бархатистым, без намёка на раздражение от ожидания. Он сел обратно, но его внимательный взгляд скользнул за спину Игоря к двери. — А где Дарья Станиславовна?

Игорь сел напротив, приняв удобную, но собранную позу.

— Аа, она сейчас подойдёт, — сказал он, стараясь звучать уверенно. — У неё там небольшая загвоздка. Буквально минут десять, не больше.

Мужчина, которого Игорь теперь мысленно окрестил «Сухарик», кивнул с пониманием.

— Аа, ну ничего страшного, я подожду. — он немного помолчал, смотря на Игоря оценивающим взглядом. — А вы, получается, её помощник? Верно?

— Да, — ответил он с лёгкой, профессиональной улыбкой. — Я не так давно устроился и вот пока с ней вместе работаю, набираюсь опыта.

Глеб кивнул, его лицо выразило одобрение.

— Понятно.

Он сделал паузу, потягивая кофе из стаканчика, а затем спросил, и в его бархатном голосе прозвучала лёгкая, незлая ирония:

— А если честно… как она отреагировала на встречу? — он тут же уточнил, словно оправдываясь за вопрос: — Просто сколько бы я ни пытался с ней лично встретиться, она вечно отказывала. Ссылалась на то, что у неё нет на это времени. А мне для моего дела, так сказать, хотелось бы хоть раз лично встретиться с человеком. Ну, чтобы, так сказать, знать, с кем работаю. Ну-у… вы же понимаете? Видеть лицо, а не только слышать голос в трубке…

Вопрос был поставлен прямо, но без агрессии. Глеб смотрел на Игоря внимательно, явно ожидая честной реакции, а не отговорки. Игорь почувствовал себя на минном поле. С одной стороны, нельзя выставлять Дарью в плохом свете. С другой — отрицать очевидное было бы глупо и могло вызвать недоверие.

— Ну, вы знаете, график у Дарьи Станиславовны действительно очень плотный, — начал Игорь осторожно, выбирая слова. — Клиентов много, плюс аналитика, продажи и совещания. Но… — он сделал небольшую паузу для эффекта, — когда я передал, что вопрос срочный и вы готовы приехать, она, конечно, перенесла пару других дел. И она всегда рада встретиться с важными для нее клиентами. Так что… вы правильно сделали, что проявили настойчивость в этот раз.

Он закончил с той же лёгкой улыбкой, надеясь, что эта полуправда-полуложь прокатит.

— Рад это слышать. — Глеб усмехнулся, и в его усталых глазах мелькнуло удовлетворение. — Иногда личный контакт действительно решает…

Он не успел договорить, из-за того что дверь переговорки с лёгким стуком открылась, и на пороге возникла Дарья. Она не вошла, а прям ворвалась, со всей своей энергией, лёгкой яростью и деловой резкостью. Она даже не поздоровалась.

Её взгляд, острый как бритва, упал на Глеба, и она, садясь в кресло напротив него рядом с Игорем, с ходу выпалила:

— И что за хрень у тебя стряслась, что мне пришлось отменить все свои дела?

Мужчина замер. Его бархатный, уверенный тон испарился без следа. Он смотрел на Дарью широко раскрытыми глазами, полными чистого, неподдельного шока. Потом его взгляд, ища поддержки или объяснений, метнулся к Игорю.

Но Игорь лишь слегка опустил голову, изучая узор на полу, всем видом показывая: «Я тут ни при чём». А Дарья уже устроилась поудобнее, положила локти на стол, сложила пальцы домиком и смотрела на Глеба ожидающим, даже требовательным взглядом.

Глеб, всё ещё опешивший от её столь агрессивного въезда, собрался с духом и произнес:

— Э-э-э… добрый день…

— Добрый, добрый, — тут же перебила его Дарья, махнув рукой, словно отмахиваясь от формальностей. — Ну, давай ближе к делу. Что за дела такие, которые я бы не решила по телефону? Что за вопрос срочный? У меня еще дел до жопы.

Глеб снова, почти рефлекторно, посмотрел на Игоря. Игорь, чувствуя себя немного виноватым за то, что втянул человека в эту мясорубку, не удержался и выдал ему короткую, ободряющую, чуть виноватую улыбку.

Видимо, этот взгляд и эта улыбка что-то переключили в Глебе. Шок начал отступать, уступая место деловой хватке и даже лёгкой иронии.

— Хорошо. — он усмехнулся, кашлянул в кулак и, наконец, перевёл взгляд обратно на Дарью. — По делу. Вопрос касается досрочного выхода из пакета облигаций «Сибура», который мы с вами оформляли полгода назад. В договоре есть пункт о комиссии за досрочную продажу до конца оговорённого срока. Но сумма, которая там указана… — он открыл свою папку и вытащил распечатанный договор. — … она, мягко говоря, не соответствует той, которую вы мне озвучивали устно во время нашей последней беседы. Разница существенная, и я не могу найти в присланных мне документах никаких подтверждений вашим первоначальным словам. А ситуация у меня сейчас… требующая быстрого манёвра, и мне нужно понять, на каких реальных условиях я могу выйти.

Дарья выслушала его, не меняя выражения лица, а когда он закончил, она лишь на секунду прикрыла глаза, а потом спокойно выдохнула:

— Хуйня вопрос.

Глеб моргнул, явно не ожидая такой терминологии от финансового консультанта в дорогой одежде.

— Что… простите?

— Хуйня вопрос, — повторила Дарья уже с лёгким раздражением в голосе. — Я могла бы тебе и по телефону это объяснить. Дай сюда. — она протянула руку, и Глеб, немного ошарашенный, передал ей договор. Дарья пробежалась по нему взглядом, нашла нужный пункт и, ткнув в него длинным маникюрным ногтем, начала объяснять быстрым, чётким, как пулемётная очередь, голосом: — Вот тут, видишь? Пункт 4.7. «Комиссия при досрочной продаже». Цифра. Да, она большая. Но ты смотри не на неё, а на сноску мелким шрифтом внизу страницы. Видишь? «Применимо в случае, если цена продажи на момент выхода ниже цены покупки на 15% и более». То есть ты входил по 1020, а сейчас бумага торгуется по 1085. Ты не только не в минусе, ты в плюсе на шесть с половиной процентов. Пункт 4.7 на тебя не распространяется, и срабатывает стандартная комиссия брокера, которая в три раза меньше той цифры, которая тебя ло… напугала в общем…

Игорь слушал, восхищаясь её скоростью и хваткой. Она действительно могла решить это за две минуты по телефону, если бы клиент не запаниковал и не начал искать подвох в каждой запятой.

В этот момент в кармане его пиджака сильно, настойчиво завибрировал телефон. Гулкий звук в тишине переговорки прозвучал оглушительно громко. Все трое вздрогнули и повернулись к нему.

— Извините, — пробормотал Игорь, с трудом вытаскивая аппарат из внутреннего кармана.

На экране горело: «Семён Семёныч». И в голове Игоря тут же пронеслось: «Бля. Похоже, началось. Как не вовремя-то…»

Дарья бросила на него убийственный взгляд, который ясно говорил: «Ты серьёзно сейчас, сука ебливая?»

Игорь, извиняюще подняв палец, перебил их:

— Мне… простите… я отойду. Это очень важный звонок.

Дарья, не отрывая раздражённого взгляда от Глеба, махнула ему рукой, будто отмахиваясь от назойливой мухи.

— Иди.

Игорь, почти пригнувшись, вышел из переговорки, тихо прикрыв за собой дверь. В коридоре он сделал глубокий вдох и поднёс телефон к уху.