Сердце ведает без слова - Сборник "Викиликс" - Страница 13

Друг

Мелодия души

Очаг

Екатерина Евстигнеева

Творческий псевдоним Натальи Козловой. Автору подвластны и нон-фикшн, и художественная проза, и трепетная поэзия. Будь то фантастические трилогии, стихи, венки сонетов, сказки, рассказы или глубокие научные работы – во всём видны талант и целеустремлённость. Под обложками её книг – любовь, окутанная покрывалом фэнтези, метафоры, погружение в мир науки и творчества.

Трёхтомный труд «Древний род» – это синтез истории, родословия и художественного повествования, где каждая страница наполнена уважением к корням и любовью к малой родине. «Древний род» взяли на имиджевое распространение электронных изданий компании «Ист Вью» (такое распространение осуществляется в крупнейших библиотеках США). В фантастических циклах «Лукерья» и «Исцеление» она умело переплетает реальность с вымыслом, даря читателю пищу для ума и сердца.

Искорка советского детства

Время, когда я была совсем маленькой и все вокруг суетились над мимимишной куколкой, к сожалению, не осталось в моей памяти, так уж мы устроены. Но примерно года в три-четыре я стала осознанно смотреть на мир и запоминать происходящее. Конечно, самое раннее детство я помню фрагментарно, но эти моменты очень яркие.

Я помню, как мы (мы – это мама Нина, папа Фёдор и я – Наташа, Наталица, как меня бабушка Ира называла) жили сначала в Городце, в старой засыпушке, а затем – в трёхкомнатной коммуналке на улице Нахимова, где одни наши соседи, муж Юра и жена Настя, были пьющими и устраивали дебоши, а вторые – пожилая пара добряков: тётя Зоя, которая угощала меня «маслятками» (она так называла солёные дуньки), её муж дядя Саша и их внучка Наташа лет десяти, с которой мне так хотелось поиграть. В нашей комнате у окна стоял круглый стол, вокруг которого было три стула, у стены шкаф и родительская кровать с полированными спинками, а рядом моя детская кроватка. Пол был окрашен суриком и покрыт самоткаными половиками, с потолка свисала лампочка Ильича. Ванная комната и туалет были общими на три семьи, также как и кухня с газовой плитой и привозным баллоном. А ещё у меня была любимая игрушка, резиновый негритёнок Саша. У подъезда всегда было много ребятишек, мы играли в мяч, в салочки, в вышибалы, рисовали мелками на асфальте… А ещё я очень плохо ела, и моя мамочка приглашала детей к нам домой, чтобы я за компанию тоже покушала, но получалось не всегда. Ещё я ходила в ясельки, мама рассказывала, что там был ледяной пол; не думаю, что мне не нравилось в яслях (там, наверное, заставляли есть ненавистную кашу), но есть чёрно-белая фотография, где я сижу с хитренькими глазками среди других детишек из группы.

Мой папка – он самый лучший папка в мире. Меня, совсем маленькую, он носил в хозяйственной сумке, раскачивая её, словно качели, а я хохотала что есть мочи. Но потом я выросла из сумки, и он возил меня на велосипеде. В основном наши поездки были в сад. Путь проходил через шлюзы. Когда мы переходили через их затворы, мой сильный папка в одной руке тащил велосипед, а подмышкой второй дрягалась я. Когда мы приезжали в сад, варили самый вкусный суп на белом свете – вермишелевый, с мясом и макаронами-звёздочками из пакетиков. А варили, знаете, на чём? Двухконфорочная газовая плитка у нас была и привозные красные заправляемые газовые баллоны. У меня всегда возникал вопрос: как через чёрный шланг от баллона, который присоединён к плите, получается огонь?.. В детской головке не укладывалось: вот костёр – понятно, дрова плюс спички, а тут…

Моя любимая мамочка очень умелая хозяйка. Она шила мне такие красивые сарафанчики! В магазинах что-то купить было сложно, а на заводе, где родители работали (Заволжский моторный завод, некогда градообразующее предприятие), выдавали тряпочки руки вытирать. Эти тряпочки, лоскутки примерно сорок на сорок сантиметров, чудесным образом оказывались у нас дома. Они были такие красивые!!! и очень нравились моим куклам и пупсикам. А ещё из них мама шила мне юбочки и платьица, да, ещё была жилеточка одна стёганая, с которой целая история произошла. Пошли мы с папой в гости к его товарищу, а там меня угостили конфетами шоколадными. Съесть такую кучу я не могла. Тут-то и помогла жилетка! Удачным образом шов в подкладке разошёлся, вот туда-то и «ушла» вся ваза конфет. Когда мы вернулись домой, мамочка помогала мне раздеться, и каково было её удивление от того, что жилетка моя «потолстела».