Принцесса Ардена - Анри Софи - Страница 8

– Для меня честь быть вашим гостем, Ваше Величество. – Вириан учтиво склонил голову перед королем Ардена, а затем посмотрел в сторону Роксаны. Их взгляды на мгновение встретились, и ее щеки запылали.

Он был одет в темно-зеленый камзол, выгодно подчеркивающий цвет его глаз. В каштановых прядях, прикрывающих даже мочки ушей, виднелись тонкие косички, перевязанные серебряными и золотыми нитями с нанизанными на них янтарными бусинами – любимыми камнями северян. Эта прическа, так отличающаяся от тех, что предпочитали арденийцы и южане, придавала его образу необузданной дикости, но при этом делала его более привлекательным.

– Сестрица, не знаю, как такое возможно, но ты стала еще краше, – радостный возглас Яна отвлек Роксану.

Наконец, собравшись с мыслями, она широко улыбнулась и крепко обняла кузена. Затем также тепло поприветствовала дядю Дирка, Эгиля и Даяну, которая в дороге предпочла платью удлиненную тунику, богато расшитую бирюзой и жемчугом, и штаны. В ее белокурые кудрявые волосы были вплетены янтарные бусы, и, когда Роксана провела по ним пальцем, Даяна почему-то зарделась.

– Принцесса Роксана, рад снова вас видеть.

Услышав вблизи уже позабытый голос, Роксана почувствовала, как сердце ее гулко забилось в груди. Вириан возвышался над ней так, что ей пришлось поднять голову, чтобы посмотреть ему в глаза, в которых читался неприкрытый интерес.

– Князь Вириан. – Голос Роксаны звучал ровно, а улыбка была до скучного учтивой и не выдавала той бури чувств, что царила в душе. – Надеюсь, пребывание в Ардене станет для вас незабываемым.

– Я в этом не сомневаюсь.

В интонации Вириана скрывалось обещание чего-то неведомого, и Роксана рвано выдохнула от странного трепета внутри. Но волнительным он был или тревожным, она не успела понять. В следующий миг Вириан взял ее ладонь и, как того требует этикет арденийцев, поцеловал. Темные волосы упали ему на лоб и коснулись оголенного запястья Роксаны, приятно пощекотав. Она на мгновение прикрыла глаза, пытаясь справиться с накатившими эмоциями.

«Я просто не ожидала, что встречусь с ним вновь», – успокаивала себя принцесса, искренне надеясь, что никто из родных не заметил ее смятение.

– Знакомьтесь, это моя племянница, леди Люсьена. – Отец снова привлек к себе внимание гостей. Он не стал уточнять степень родства, чтобы не вызывать лишних вопросов у северян и не смущать ее.

Все гости по очереди поприветствовали ее как еще одного члена семьи Корвинов. От столь пристального внимания к своей персоне Люсьена совсем растерялась и к тому времени, когда очередь дошла до Вириана, была уже совсем пунцовой от волнения и стеснения.

– Люсьена – это очень необычное имя для южан, оно распространено на Западе, – с любопытством отметил он.

– Моя мама родом из Фолка, – робко ответила Люсьена. – Он граничит с Западным королевством и ведет с ним тесную торговлю, поэтому жители переняли многое от народа Запада.

Вириан признательно кивнул Люсьене и, будто утратив к ней всякий интерес, вновь повернулся к Роксане.

Тут мама с радушием улыбнулась и указала рукой в сторону высоких двустворчатых дверей.

– Пройдемте в замок, слуги покажут комнаты, где вы сможете отдохнуть и привести себя в порядок перед праздничным пиром.

Роксана выдохнула с облегчением от того, что ей не придется продолжать светскую беседу с князем Вирианом. Она потянула за собой Люсьену, чтобы та не отставала, а потом обхватила Даяну за талию и звонко чмокнула в щеку.

– Давай, сестренка, я покажу твои покои. А еще мне не терпится вручить подарок, который я для тебя приготовила. – Роксана заговорщически подмигнула. – Ты же не собираешься спать после дороги?

– Я и так две недели пути только и делала, что спала, – фыркнула Даяна. – Хочу поскорее увидеть Аэран.

– Мы нисколечко в вас не сомневались, – хмыкнул Тристан и обнял Даяну с другой стороны. По левую руку от него бодро шагал Ян. Эгиль и Дамиэн, проигнорировав строгие предостережения матушки, уже убежали вперед по просторному коридору. Роксана была уверена, что младший кузен отдыхать тоже не собирался. – До пира целых три часа, предлагаю отправиться на главную городскую площадь прямо сейчас.

– Трис, тебе мало было отцовского выговора за ночные гуляния по городу? – строго спросил Райнер, услышав их разговор. – Куда ты собрался тащить гостей, которые только с корабля сошли?

– Прекращай занудствовать, Райнер.

Трис закатил глаза, и Роксана знала: не будь сейчас рядом гостей с Севера, он бы уже получил братский подзатыльник от Райнера.

– Кое-кто позабыл про манеры, – чуть ли не пропел Рэн с обманчиво ласковой улыбкой. – Уверен, на тренировке мы освежим ему память.

– Прошу простить меня за мою несдержанность, Ваши Высочества. – Трис отвесил шутовской поклон старшим братьям. – Конечно же, наши гости сперва отдохнут и только потом, после пира, – точнее, завтра, – мы покажем им Аэран.

Роксана прикрыла рот ладонью, приглушая смешок, а Райнер лишь снисходительно покачал головой.

– Дамиэн должен благодарить Единого за то, что, в отличие от Райнера, я просто душка и не травмирую его детскую натуру своими бесконечными нравоучениями, – полушепотом возмущался Трис, но Роксана уже не слушала.

По длинному коридору, увешанному гобеленами и портретами далеких предков, прямо рядом с Райнером и Рэном шел Вириан, не сводя с нее хитрого взгляда. По спине Роксаны пробежались мурашки, а в голове зародились подозрения, что он прибыл в Арден не просто так.

Глава 3

Пир, устроенный в честь приезда делегации с Севера, был в самом разгаре. Царевич Дирк, король Ардена и его королева весь вечер провели за разговорами, а Вириан пристально наблюдал за наследниками рода Корвинов – излюбленная привычка, отточенная годами путешествий по разным странам и континентам и ставшая его сутью.

За свою жизнь Вириан повидал немало людей, сталкивался и с бескорыстной добротой, и с лютой злобой, и с искренностью сродни детской, и с гнилым лицемерием. Он не единожды обжигался, не раз познал горечь предательства и учился доверять тем, кого поначалу считал недостойными доверия. Не по годам богатый опыт стал его оружием и щитом. Вириан научился узнавать о людях больше, чем они рассказывают сами, просто наблюдая за ними со стороны.

И королевские дети не стали исключением.

Райнер, старший из них, был точной копией отца. За годы странствий по миру Вириан никогда не видел, чтобы ребенок настолько сильно походил на родителя. Но в отличие от короля – холодного, как ледники Белого моря, и неприступного, как непокорные вершины Синих гор, – принц Райнер был жизнелюбивым, дружелюбным и открытым. Это считывалось в расслабленной позе и непринужденной улыбке. Однако его цепкий и острый, словно лезвие меча, взгляд таил в себе предупреждение, что он станет злейшим врагом любому, кто посмеет перейти ему дорогу.

Рядом с наследным принцем сидел Рэндалл Вейланд, племянник и воспитанник короля Ардена. Родные коротко называли его Рэн, и, по мнению Вириана, сокращенный вариант имени очень подходил скромному, кроткому юноше с большими зелеными глазами и сдержанной, но доброй улыбкой. От него веяло спокойствием и безмятежностью, хотя в глубине пронзительных глаз отражались развитая не по годам мудрость и тоска, с которой он не смирился, но научился жить.

Тристан – второй сын короля Рэндалла – также был похож на отца, но вместе с тем разительно от него отличался благодаря необычайно синему оттенку глаз. В каждом его жесте ощущалась неугомонная сила, не дающая ему усидеть на месте. Он активно жестикулировал, широко улыбался и громко хохотал, хмурился или кривился. Но если кто-то думал, что сможет прочесть его как открытую книгу, то глубоко ошибался. При всем своем показном простодушии и наивности принц Тристан был наблюдателен. Между разговорами он внимательно изучал присутствующих в зале и чаще всего смотрел украдкой именно на него. Но сколь хорошо Вириан умел разбираться в людях, столь же прекрасно научился скрывать и свои истинные мысли, намерения, эмоции.