В Нескольких Секундах от Новой Земли… - Погорелов Валентин - Страница 4

– Тебе сколько нужно вообще? – спросил Чиз.

– Бутылку, а то и две.

– Я про время.

– А, сегодня долго будет.

– Смотри лишнего не болтай.

– Ты же не будешь сейчас вторую?

Не ожидая ответа, я взял его кружку и выпил. Выдохнув пары вверх и шмякнув кружкой по стойке, я произнес: Хорошо-о.

По вкусу не узнаю виски. Данный сорт жестче и скорее напоминает паленку, чем оригинал, но выбора у меня нет.

– Как собираешься платить? – спросил бармен.

– Да не бойся, деньги есть. В конце нас посчитаешь, а то я устану выдавать тебе деньги. Никуда же я не убегу.

Он презрительно смотрит на меня и переводит взгляд на охранников, возвращает на меня и соглашается.

Наливает мне еще и приносит мне.

– «А правда, как платить будем?» – спрашивает Чиз в голове.

– «Даже не переживай. Все хорошо» – отвечаю я.

Песня сменяется на «Шашлындос» группы «ХЛЕБ».

– Слушай, а что у вас с музыкой? Почему она из моего прошлого? Или просто совпадение?

– Совпадение. У нас много музыки сейчас, но не для баров, вот, наверное, и включают старую музыку. Сейчас все песни про патриотизм непонятного настоящего. Закон такой. – Отвечает Чизот.

Моя нога начинает трястись из-за музыки. Будто пью в своем времени. Приятно.

Я выпиваю еще, уже пошло трудно. Пойло решили налить другое. Меня трудно обмануть.

Я подозвал бармена.

– Слышь, ты что мне налил? – Гневно спросил я.

– Виски двойной. – почти уверенно ответил он, но поперхнулся сразу.

– Врешь. Я алкоголь знаю. Ты налил мне хрень. Нормально нам делай, мы не какие-то дебилы.

– Извините, такого не будет повторяться с вами.

– Спасибо. Давай перейдем на легкое. Сделай мне коктейль. Любой.

Пока он делает я начал смотреть вокруг себя в поисках компании.

Оглядев всех, я вернулся в зону столиков. Панки. Там панки.

Я постучал указательными пальцами по стойке как барабанными палочками по глухарю и встал на ноги взяв с собой кружку с пойлом. Попробовал. Вроде нормальный. Продолжил идти. Меня схватил на шиворот Чизот. Его взгляд носит гневный характер.

– Успокойся. Со мной в барах не пропадешь. Моя вода. Отдохни и дай мне отдохнуть. Мы друг у друга на виду.

Он, наострив нос отпустил меня.

– «Я тебе не котенок, еще раз так сделаешь будешь жалеть!» – Произнес я в голове обращаясь к Чизу.

Я подошел к компании панков. Они не носят ирокез как в двухтысячных, они и в мое время были уже другие, да и ирокез мы делали ради того, чтобы отдать дань. Но и на мое время они не похожи. Мы були в черном с цветными элементами и странными прическами, макияж тоже был странный. Эти панки выделяются лишь гитарой и татуировками. В остальном просто лохматые выродки, считающие себя царями музыки.

– Ребят, я Валентин. Можно к вам присоединиться?

Орешки упали с края тарелки и парень, подобрав их со стола в руку поднес их ко рту и втянул из кулака несколько штук игнорируя меня.

Девчонка пожала плечами.

Другой обернулся. Парень с длинным носом и черными подтеками век вернул волосы назад и произнес: Иди нахер.

Я знаю, что не оставлю это просто так, но решаю не вести себя как утырок. Засмеявшись ему в лицо хлопая по плечу, заявляю: на мне черная печать, красная печаль. Вы – убийцы, мне осталось лишь напиться и кричать…

– Панки хой! – Выкрикивает девчушка.

– Горшок живой! – добавляют остальные. Кроме того, кто меня нахер послал.

– Панки хой! Горшок живой! – кричу я.

– Панки ХОЙ! – кричать начали все.

Улыбка их неказиста. Глаза их заблестели будто такое произошло с ними в первый раз.

Все поднимают пойло на вытянутую руку, и я тоже. Все кружки соприкасаются, и мы выпиваем содержимое до дна.

– Садись. – Произносит якобы главарь.

– Расскажи о себе. – Начинает первый. Ты же панк, но в джинсах и вообще выглядишь как попс.

– Жизнь такая. Жуткая. – Яро и эмоционально произношу я. – Вижу, что вы ненастоящие панки, решил вам помочь.

Все заржали.

– Ты настоящий что ли?

– Хотите вас научу? Музыка у нас одна я так понимаю, но в двадцатых годах все было краше. Мы ходили с цветными патлами, в одежде были врезки цвета, а вы похожи на готическую неудачу.

– Макияж был и бухали как в последний раз. – Добавил главарь.

– Да-а. – Радостно протянул я. – Откуда знаешь?

– Батя рассказывал.

– Наверное лучшим панком был в свое время.

– Да, его звали Томас. Хороший был мужик.

– Томас Бруно?

Его радость пропала.

– Откуда знаешь? – грозно, дергая уголком губ спросил он.

– Мы были друзьями.

– Ты ржать пришел? Какие друзья? Тебе двадцать с лишним лет. Мой батя умер, когда ты только в планы начал внедряться.

– Я не то хотел сказать.

Я, не обдумав ляпнул. Вот и все. Я встретил сына своего друга. Не думал, что у этого придурка будут дети, но я рад за него. А еще рад, что мы жили в тот момент. Когда не было этого мира и подавно.

– Иди нахер.

– Я его все равно знаю лучше, чем ты. Кстати, почему он умер?

– Ага уже начал рассказывать. Иди нахер!

– Стой. Без обид. Расскажи мне все.

Он взял кружку, но она пустая. Подозвал персов.

– Ладно. – Заторможенно произнес он.

К нам пришла девушка.

– Что желаете? – спросила она.

– Всем пива. – Ответил сын Томаса.

Моя душа начала разрываться. Гляжу на Чизота, но понимаю, что он может побыть один.

– Хорошо, еще что-нибудь?

– Нет. – Взяв арахис из общей тарелки и закинув в рот горсть прочавкал он.

Девчонка ушла. А он начал:

– Мой отец дружил с одним панком. Он был лучшим в своей среде и поддерживал отца всегда, хотя сам был алкаш. Дружба была сильная, но его дружок однажды покинул его и всех остальных. Все ждали его появления, но он умер. Его нашли на мосту в первомайском районе. Тогда батя в гневе напился и взял машину у подруги. Узнав о смерти друга, он не мог найти в себе смелости для торможения. Он разбился на Бугринском мосту.

– Он же из пригорода. – Мямлю я. – «Как он на Бугринке разбился?» – спрашиваю я, пытаясь сдержать прорвавшиеся слезы.

– Они тогда тусили в доме, который создал его друг. Они там тусовались и вот он дал жара.

Я вытер слезы.

Принесли пиво. Он первый взял кружку.

– А как твою маму зовут?

– Кэсс… «Айнтлов» девичья фамилия.

– ТВОЮ МАЧТУ! – закричал я и сбросил все со стола. – Да не-е-ет!!!

Заиграл гимн панков от плесневелых.

Чизот подорвался с места.

– Точно Кэсс?

– Ты дебил? Конечно. Она сошлась с моим батей сразу после того, как ее бросил этот Дейв. Я отца не видел, но много от мамы слышал. Он был хорош.

– А о нем она что-нибудь говорила?

– О ком?

– О Дэйве? О друге Тома!

– Что он бросил ее и все.

– ВЫБЛЮДКИ… – Закричал я.

Чизот подоспел чтобы увести меня.

– Ты завязывай. Еще одно слово и я снесу тебе твое производительное лицо.

– Твоя мать шалава. – Выкрикнул я ему прямо в лицо.

Он вытер мои слюни с лица и сразу втащил мне. Весь в отца. Хотя он любил решать проблемы словами, но мог втащить сразу.

– Ты гнида! – выкрикнул он и вновь попытался ударить, но Чизот схватил его руку.

– Даже не пытайся! – предупредил Чиз.

Он сжал его кисть так сильно что я услышал хруст.

– Чизот, стой. Давай просто вернемся к стойке. – Начал я. – Простите ребят. Я вас не потревожу больше.

– Ты дебил! Тебе говорили?

– Да, в последнее время все чаще говорят.

– Иди и пей свое бухло. Больше никаких знакомств. Со мной рядом будешь.

– Бухай, но со мной, а не в подворотне где-то?

– Что? – Гневно спросил он.

Я понимаю, что он не против меня, а наоборот, поэтому такой. Он еще не знает мой юмор и мои действия. Он хоть и видел их, но не знает.