Встреча (СИ) - Видум Инди - Страница 39

Автомобили выдержали с блеском проселочные дороги, по которым мы крались в поместье: нигде не забуксовали, пролетели так, как будто их тащили на своих крыльях фигурки на капоте. Чужого направленного внимания по дороге я тоже не чувствовал — не догадался Базанин поставить посты с другой стороны, так что я надеялся на относительно незамеченный проезд и некоторую фору.

Приехав в поместье, я сразу нашел Маренина и озадачил:

— Георгий Евгеньевич, операцию нужно проводить сегодня. Сколько в Озерном Ключе выявлено базанинцев?

— Двенадцать, Петр Аркадьевич. Возможно, есть еще, но пока сидят тихо. Вы уверены, что сегодня? Вам бы с дороги отдохнуть.

— Пары часов будет достаточно, чтобы в себя прийти. Екатерину Прохоровну попрошу усталость снять. У нее есть подходящий навык. Проредить их нужно этой ночью, завтра будет поздно, как сказала Наталья Васильевна.

— Веский довод, — согласился Маренин.

— Кого можно сразу пускать в расход, а кого нужно сначала допросить? Я так понимаю, что большинство — обычные исполнители?

— Так-то оно так, но по паре людей есть сомнения, их бы допросить сначала, а то вдруг непричастных прижмем, — признал Маренин. — Не воскресишь, если по ошибке причислили. Нехорошо будет, если пойдут слухи об исчезновении у нас нормальных людей, не бандитов.

— То есть каждого сначала допрашиваем? Это вся ночь уйдет и на утро останется с кем поговорить.

— Нет, большинство из выявленных точно только исполнители, двое — рангом повыше, их необходимо допросить, а двое — под вопросом. Их бы расспросить сначала, а уж потом решать.

— Четверо — это вполне посильно, — согласился я.

— Вы точно сами пойдете, Петр Аркадьевич? Всё же не самое приятное зрелище.

— Точно. У меня максимальное влияние на разум, для допроса это очень удобный навык.

— Тогда у меня к вам будет большая просьба, Петр Аркадьевич. Не сочтите за наглость, но не могли бы вы задавать интересующие вас вопросы после того, как мы зададим свои?

Просьба была понятной: с учетом того, как быстро дохнут все, кого я пытаюсь расспрашивать, правильней было бы передать возможность допроса кому-нибудь знающему.

— Собственно, меня интересует только один вопрос: где Базанин. Потому что у него есть то, что ему не принадлежит и должно быть отобрано. Я могу вообще ничего не спрашивать, если в вашем списке будет этот вопрос. И мое участие сведется к использованию навыка давления на разум.

— Это было бы идеально. Вопрос про Базанина в списке есть. В идеале допрос проведем не на месте, а у нас. Но тут уж как сложится.

Я позволил себе отдохнуть до ужина, после него Маренин предложил провести совещание. План операции был разработан без моего участия, и теперь от меня требовалось всего лишь одобрение.

— Блокиратор телепортов еще нужно взять, — сказал один из тех дружинников, что сейчас участвовал в обсуждении.

— У нас есть такой? — спросил я Маренина, сообразив, что подобный артефакт точно не будет лишним.

— Есть. Как и блокираторы магии, — подтвердил он. — Из тех, что Валерон у Базанина компенсацией брал. Хорошие артефакты, армейские, с клеймом, но со снятой меткой.

— То есть их использование нами не засекут?

— Некому будет засекать. Военных нет, а базанинская кодла должна этой ночью закончиться.

Порядок был утвержден. Валерон выложил из себя лишнее на складе, с тем чтобы наверняка собрать всю компенсацию и ничего не оставить врагам. Из тех, кто шел со мной на дело, он был самый воодушевленный. И выразил желание первым делом проверить тех, по поводу кого были сомнения. Поскольку проверял он незаметно, то Маренин согласился, и информация по этим двоим у нас появилась еще до начала операции.

— Оба сидели в наблюдательных пунктах базанинских, — отчитался Валерон, — так что причастные они. Я сразу с них компенсацию взял, чтобы два раза не бегать. Выгрузил вещи на склад, а их — в зону.

И уставился на меня с видом преданной служебной собаки.

— А допросить? — возмутился я.

— Они всё равно ничего не знали, а у вас освободилось время.

— С чего ты взял, что они ничего не знали? — возмутился я. — Что за самодеятельность?

— Понятно же, что люди, которые что-то знают, не будут сидеть неделями на наблюдательных пунктах. Ни одного ценного человека туда не посадят. Только расходник. А расходник что знает? Ничего. Так что я время вам сэкономил, вещи собрал, могли бы спасибо сказать.

— Мог бы спросить сначала.

— И что изменилось бы? — возмутился теперь уже Валерон. — Вы же сразу решили тех, кто ничего не знает, не допрашивать, время не тратить. Что за неуместный пацифизм? Это враги, они нам не нужны. Или нужны? И ты хотел их на развод оставить?

— Нет-нет, Валерон, чистим всех бандитов тщательно, — ответил Маренин, прежде чем я успел открыть рот. — Петр Аркадьевич, с этими личностями нечего миндальничать. Бандитов нужно давить как тараканов. Нечего им делать в нашем княжестве. Любой оставленный «на развод» может закрепиться и дать рост совершенно ненужной нам бандитской организации.

— Это всё замечательно. Но Валерону были даны четкие указания — проверить.

— Я проверил, — оскорбленно тявкнул Валерон. — И пришел к выводу, что эти типы относятся к разделу, кого не допрашивают. Если бы они сидели в наблюдательных пунктах, ты бы тоже от меня потребовал бездействия?

— Нет, не потребовал бы. Но этих ты убрал слишком рано. Что подумают их сообщники, если зайдут и обнаружат пропажу?

— Как что? Что у них сработала интуиция и они слиняли со всеми вещами, — уверенно тявкнул Валерон. — Я их чисто убрал, даже не плюнул ни в кого и ничего не оставил. Потратил время, а ты ругаешься…

Он сделал совершенно несчастную морду, настолько несчастную, что рука сама потянулась погладить его по голове. Еле успел отдернуть.

— Я ругаюсь, потому что ты это сделал несогласованно, — ответил я. — Так-то, конечно, молодец, но теперь они будут настороже.

— Да кто заметил пропажу двух случайных бандитов?

— Их там не так много, чтобы это было незаметно.

— Да пока они заметят, мы их под ноль зачистим, — кровожадно тявкнул Валерон.

Мои доводы никто всерьез не принял, и Валерон остался при своих убеждениях. Разве что пришлось нам выходить на дело раньше, чем собирались — как только начало темнеть, мы выдвинулись, чтобы подойти к Озерному Ключу в темноте. Транспорт брать не стали: автомобиль — слишком приметное устройство, а экипаж с лошадью — слишком шумное. Конечно, копыта можно перемотать тряпками, а морды завязать. Но опять же, переживай еще за то, чтобы транспорт не угнали. В конце концов, здесь не такое большое расстояние. Даже не устанем, пока дойдем.

Пока добирались, Валерон успел сгонять на проверку и сообщил, что исчезновения двух бандитов никто не заметил. Наверное. Потому что оставшиеся не спят, а вырабатывают планы на завтра.

— Ага, не заметили, — буркнул я. — Как же. Я же говорил, будут настороже.

— Зато количество врагов уменьшилось, — парировал он. — Еще на одного. Он до ветру вышел. Ветер его и унес.

Пришлось еще поторопиться. Поскольку обсуждение шло в двух группах, пропавшего искали только те, с кем он кооперировался. В некотором роде для нас это получилось удачно, потому что ко второй группе они никого не отправили, а их поодиночке удалось удачно прибрать, на главаре защелкнуть антимагический браслет, самого его связать и оглушить, чтобы не дергался. Допрос решили провести потом, у нас.

Я остался просматривать дом, в котором они базировались, на предмет тайников, а остальные отправились решать вопрос со второй группой. Не было их довольно долго, я даже переживать начал, не спалились ли они где, потому что после вытаскивания всех захоронок делать в доме было нечего, а допрос начинать без остальных я не рискнул — сразу вспомнил, как быстро погибают допрашиваемые, не успев толком ничего рассказать.

Поволноваться я толком не успел — пришли наши со вторым пленником, после чего мы разделились: они потащили языков в поместье, а мы с Валероном и одним дружинником для подстраховки отправились проверять вторую базу, которой оказался дом побольше первого и с подсобными строениями. Примерно на середине обыска Поиск тайников поднялся до двенадцатого уровня, и дело пошло шустрее.