Идеальный мир для Химеролога 9 (СИ) - Сапфир Олег - Страница 18

Я окинул взглядом эту высокодуховную ячейку общества.

— Ваше мнение меня не особо интересует, — ровным тоном сказал я, глядя мужику прямо в глаза. — Но правила приличия обязывают договариваться. Я спонсирую детский приют. Хочу поговорить с вашим ребёнком. Узнать, хочет ли она к нам.

Мужик отпустил дверь и злобно осклабился.

— Да ты чё, охренел, пиджак⁈ Приюты он спонсирует! Пошёл вон отсюда, пока я с тебя шкуру не спустил! Это моя дочь, чё хочу, то и делаю! Вали!

Я молча достал из внутреннего кармана три хрустящие сотенные купюры и продемонстрировал их так, чтобы свет из окна упал прямо на водяные знаки.

— Полчаса общения с девочкой вот за эти деньги. Подходит?

Глаза мужика моментально округлились. Вся его агрессия растворилась в воздухе, сменившись животной жадностью. Он буквально вырвал деньги из моих пальцев.

— Прошу, господин! — он резко отступил в сторону, освобождая проход. — Общайтесь на здоровье! Проходите!

Женщина в глубине комнаты засуетилась, смахнув со стола какие-то объедки.

— Но я останусь здесь, — подозрительно скрипнула она. — Чтоб присмотреть. Мало ли…

— Да без проблем, — я перешагнул порог.

Мужик, зажав деньги в кулаке, уже натягивал рваные ботинки. Через пять секунд за ним хлопнула дверь — наверное, побежал в ближайший ларёк за «топливом».

Я подошёл к колченогому стулу, смахнул с него какие-то крошки и сел напротив девочки. Мать уселась в противоположном углу, сверля меня недоверчивым взглядом.

Я чуть шевельнул пальцами свободной руки. Слуховой проход женщины на время уплотнился, перекрывая звуковые колебания. Для неё наш разговор теперь звучал как тихое бормотание через толстую стену ваты. Она почесала ухо, нахмурилась, но осталась сидеть на месте.

Девочка смотрела на меня исподлобья настороженным, затравленным взглядом зверька, готового в любой момент вцепиться в горло или убежать. Руками она крепко прижимала к груди щенка. Собакен, узнав меня, приветливо вильнул хвостом, но вырываться не стал.

— Откуда у тебя этот щенок? — спросил я, глядя ей прямо в глаза. — Не хочешь мне рассказать?

Она чуть сильнее стиснула собаку. Поняла, что я знаю.

— Нашла, — буркнула она, глядя в пол. — Он сбежал, бегал по улице.

— Из моей клиники не сбегают, — я улыбнулся. — И из моей клиники до недавнего времени даже не воровали. Ты первая.

Она промолчала, только сильнее вжалась в угол матраса. Я продолжал сканировать её ауру. Никаких артефактов или явных магических узлов. Энергетический фон гладкий, какой-то даже чересчур прозрачный.

— Я вижу, что у тебя есть способности, — медленно произнёс я. — Но почему они настолько мне непонятны? Не хочешь рассказать, как ты это провернула?

Она упрямо поджала губы.

Я начал перебирать варианты, внимательно следя за её реакцией:

— Телепорт? Пространственный карман? Искажение световых волн? Полное сокрытие присутствия? Ментальный телекинез?

Девочка смотрела на меня с непониманием. Она не знала этих терминов. Половина слов прозвучала для неё как заклинания на древнекитайском. Она просто пользовалась своим Даром интуитивно, как дышала, даже не осознавая его механики.

Уникальная, чистая аномалия… Если оставить её здесь, в этой грязи, через пару лет она станет гениальной воровкой, неуловимой убийцей или просто сгниёт в канаве. Но вмешиваться в чужие судьбы просто так… не в моих правилах.

Но была одна деталь.

— Что бы это ни было, я вижу, что тебе нужна помощь.

— Мне не нужна помощь, — она вздёрнула подбородок. — У меня всё хорошо.

Гордая. Привыкла выживать.

— Есть один приют, — я проигнорировал её колючесть, — там нормальные условия. Тебя примут, вырастят и дадут образование. Притом там ты будешь содержаться со щенком. У них такие правила — с животными можно. Там тепло, кормят четыре раза в день, и никто не заставляет искать деньги на бутылку.

Девочка прищурилась, её взгляд стал острым и недоверчивым.

— С чего вы вообще взяли, что мне нужна помощь?

Я кивнул на белый комочек шерсти в её руках.

— Ну, он мне сказал.

Она вытаращила глаза.

— Папоротник?

— Ты назвала его Папоротник? — я не смог сдержать улыбки.

— Ну да, — она погладила щенка между ушей.

Я вздохнул и подался вперёд.

— Знаешь, это очень странно. У тебя щенок меньше трёх часов. Но когда я вошёл и спросил у него ментально, как дела… он мне сразу же начал рассказывать, насколько здесь хреново. И что девочку нужно срочно спасать. А он, между прочим, химера с интеллектом четырёхлетнего ребёнка. У него в голове только сон, еда и игры… Поэтому вот в чём загвоздка: чтобы он так отреагировал, ты должна была стать для него всем за эти три часа.

Девочка опустила взгляд на Папоротника. Щенок тихонько тявкнул и лизнул её в щёку. В её глазах блеснули слёзы, но она быстро смахнула их грязным рукавом.

— Родители меня не отпустят, — прошептала она. — Я им нужна. Я… приношу вещи.

Понятно. Уникальный воровской инструмент, который кормит и поит этих алкашей. Конечно, они её не отдадут.

— Не переживай, — я поднялся со стула, поправляя куртку. — Они тебя отпустят. Я договорюсь.

Она посмотрела на меня снизу вверх. В её взгляде недоверие боролось с отчаянной детской надеждой.

— Хорошо, — прошептала она. — Я пойду собирать вещи…

Я смотрел, как она суетливо складывает в рваный пакет какие-то свои нехитрые пожитки. Смышлёная, битая жизнью девчонка. По-хорошему, мне было бы абсолютно похер на эту ситуацию. Украли и украли, сам виноват, расслабился. Зачем лезть в это болото?

Но я не мог проигнорировать её Дар. Если я, Прародитель, не могу с ходу классифицировать её способность к скрытности, значит, это нечто ультра-уникальное. Оставить её здесь — значит подарить теневому миру Империи идеальное оружие.

А Папоротник не ошибается. Химеры чувствуют гниль в душе мгновенно. Если щенок говорит, что она добрая, значит, так оно и есть.

Я отвернулся к окну, давая ей пару минут, чтобы собраться.

— Я щас…

Она юркнула в смежную каморку, чтобы собрать свои нехитрые пожитки.

Прошла минута, другая…

И тут в лачугу залетел Кеша и спикировал мне на плечо.

— Хозяин… — зашептал попугай мне прямо в ухо. — А девчонка-то тю-тю. Птицы с улицы докладывают: она тупо сквозь глухие кирпичные стены прошла и чешет дворами в сторону теплотрассы. Щенка под курткой прячет.

Я мысленно хмыкнул. Вот оно что… Фазовый сдвиг, квантовая проницаемость или что-то из этой оперы. Пройти через твёрдую материю, прихватив с собой живой объект… Да, такой талант на улице не валяется. Теперь понятно, как она «вскрыла» мою клинику, не потревожив замки. Полезная способность и крайне редкая.

— Понятно. Теперь всё встало на свои места.

Бегать за ней по трущобам я, естественно, не собирался. Зачем тратить драгоценные калории?

Я прикрыл глаза и легонько дёрнул за ту самую невидимую эфирную ниточку, которая теперь связывала меня со щенком.

«А ну, мелкий, бегом к папочке».

Ждать пришлось недолго. Хлипкая входная дверь, державшаяся на одной петле, скрипнула и приоткрылась. В щель радостно протиснулся Папоротник, бодро процокал коготками по грязному линолеуму, подпрыгнул и уютно устроился у меня на коленях, активно виляя хвостом. Я принялся почёсывать его за ухом.

А через минуту вернулась и девочка, тяжело дыша. Она загнанным взглядом посмотрела на меня, точнее, на мои колени, где белый пушистый комочек по имени Папоротник самозабвенно грыз пуговицу моей куртки.

— Интересные у тебя способности, ничего не скажешь, — спокойно констатировал я.

Мать девочки, всё это время сидевшая в углу на грязном матрасе, медленно повернула голову. Сначала она посмотрела на дочку, замершую в дверях. Потом перевела мутный взгляд на смежную каморку, куда та юркнула пару минут назад собирать вещи.

Женщина сглотнула, побледнела и дрожащей рукой потрогала свой лоб.

— Твою ж мать… — просипела она, нервно ощупывая лицо. — Там же окон нет… Как она… Опять белочка пришла. Рано в этот раз…